Библиотека книг - Страница 257

Население объединенной Германии составляет 81 миллион человек (67 миллионов в Западной и 14 миллионов в Восточной); для сравнения: французов – 58 миллионов; поляков – 38 миллионов; голландцев – 15 миллионов; бельгийцев – 10 миллионов; австрийцев – 8 миллионов; швейцарцев – 7 миллионов и датчан – 5 миллионов.

Поэт-гусар Денис Давыдов (1784–1839) уже при жизни стал легендой и русской армии, и русской поэзии. Адъютант Багратиона в военных походах 1807–1810 гг., командир Ахтырского гусарского полка в апреле-августе 1812 г., Денис Давыдов излагает Багратиону и Кутузову план боевых партизанских действий. Так начинается народная партизанская война, прославившая имя Дениса Давыдова. В эти годы из рук в руки передавались его стихотворные сатиры и пелись разудалые гусарские песни. С 1815 г. Денис Давыдов член «Арзамаса». Сам Пушкин считал его своим учителем в поэзии. Многолетняя дружба связывала его с Жуковским, Вяземским, Баратынским.

«Не умрет твой стих могучий,

Достопамятно-живой,

Упоительный, кипучий,

И воинственно-летучий,

И разгульно удалой»,

– писал о Давыдове Николай Языков. В историческом романе Александра Баркова воссозданы события ратной и поэтической судьбы Дениса Давыдова.

Мир, в котором жизнь и цивилизация существуют лишь на побережьях Европы…

Мир, в котором ледниковый период так и не закончился.

Здесь викторианские сквайры охотятся не на лис и оленей, а на мамонтов и саблезубых тигров.

Здесь, по меткому выражению журнала «Локус», «Диккенс соседствует с Лавкрафтом».

Таков мир трилогии Джеффри Барлоу, блестяще начатый романом «Спящий во тьме» – и продолженный романом «Дом в глухом лесу».

Печать на древнем колодце разрушенного аббатства вскрыта – и в уютный, теплый деревенский мирок вторглось Зло.

Над лесом кружит чудовищная сова…

Обитателям деревни снятся кошмары…

Классический «сельский детектив» вдруг оборачивается чем-то СОВСЕМ ИНЫМ.

Потому что молодой помещик и его гость, расследующие загадочное, самоубийство, еще не до конца осознают, С ЧЕМ СТОЛКНУЛИСЬ.

Одетому туманами городу Солтхеду не привыкать к волшебству и магии. Однако теперь в нем вновь и вновь происходят события не просто странные, но – опасные. Смертельно опасные…

Череда нелепых совпадений – или связанные между собой магические преступления? Выяснить это предстоит великому частному сыщику, профессору метафизики Тайтусу Тиггзу и его другу и ассистенту наивному доктору Даниелю Дэмпу…

Катаклизмы XX столетия, увиденные острым и ехидным взглядом циркача, выступающего с крайне необычным трюком…

Озорная фантасмагория о крылатом коте, ухитрившемся самым фактом своего существования сотрясти основы основ диккенсовской Англии…

Ехидная парродия на «буколическую» литературу XIX века, превращающая скандал, случившийся в маленькой деревушке, в уморительный карнавал…

Калейдоскоп иронических страстей от Джона Барлоу!

Мемуары А. Г. Бармина (1899-1987), дипломата-«невозвращенца», долгие годы были в числе основных источников для зарубежных исследователей советского периода 20-30-х годов. Что касается отечественных историков, тем более массового читателя, то для них эта книга была просто недоступна, поскольку перевода ее на русский язык до настоящего момента не существовало. Причина этого кроется в том, что имя автора вслух не могло быть произнесено, так как он с середины 40-х годов возглавлял русскую службу радиостанции «Голос Америки». Между тем книга А. Г. Бармина представляет несомненный интерес. Автор, активный участник Гражданской войны, один из первых краскомов с академическим образованием, выпестованный, как и многие другие выдвиженцы революции, Л. Д. Троцким, был ему всецело предан. В книге представлена широкая галерея дипломатических и хозяйственных работников, видных военачальников, ставших в роковые 30-е годы «врагами народа». Хорошо передана и напряженная атмосфера тех лет, мучительная борьба людей между долгом и страхом репрессий.

Книга снабжена уникальными материалами и фотографиями из семейного архива Барминых (США).

Перевод с английского Юлия Кобякова

Автор послесловия и именного указателя Александр Колпакиди

В очерке американского журналиста разоблачаются нравы американской казармы, царящая в ней система подавления личности, политическое бесправие рядовых солдат вооружённых сил США.

Автор собрал обширный фактический материал, обличающий милитаризм, пороки воинского воспитания личного состава современной американской армии.