Упраздненный ритуал, стр. 8

– Хорошо, – согласился Дронго, – только закажите мне чай.

– А мне кофе, – попросил Вейдеманис.

– Вот Раис нам все и закажет, – сказал Керимов, кивнув в сторону своего бывшего одноклассника. – А мне закажи пива, – добавил он, проходя первым.

Они повернули направо и, войдя в бар, сели за столик. Аббасов подошел к бармену и сказал ему несколько слов. Затем вернулся к их столику.

– Почему вы так уверены, что завтра все пройдет нормально? – спросил Дронго.

– Я попросил начальника городской полиции выделить несколько человек для охраны, – пояснил Керимов, – каждый из наших ребят приедет завтра на встречу с одним из сотрудников полиции. В самой школе тоже будут сотрудники полиции. Думаю, что все пройдет нормально. После традиционного вечера мы развезем ребят по домам в специальном автобусе. Вы видите, что мы все предусмотрели. Думаю, завтра у нас все будет в порядке.

– Вы верите в существование маньяка? – уточнил Дронго.

– Конечно, нет, – усмехнулся Керимов, – это выдумка нашего Раиса. Он всегда любил фантастику, вот ему и мерещатся всякие выдумки. Никаких маньяков не существует. Рауф случайно сорвался с горы. Причем не в день нашей традиционной встречи, а на следующей день, в воскресенье. Олега Ларченко наверняка убил какой-нибудь паразит из «залетных», который был в тот вечер в отеле. Может, узнал, что у Олега были с собой деньги. Вы ведь знаете, что в странах СНГ кредитными карточками почти не пользуются. Наверно, у Ларченко были с собой наличные, вот убийца и польстился на крупную сумму.

– А на Эльмиру Рамазанову напал обычный бандит? – спросил в тон своему собеседнику Дронго. – Вам не кажется, что вы несколько односторонне трактуете события? Ведь у Рамазановой, кажется, ничего не пропало. И зачем нужно было сначала наносить ей удар, чтобы она потеряла сознание, а затем задушить? Это ведь не совсем логично.

– Вам все рассказали, – Керимов с явным неудовольствием посмотрел на притихшего Аббасова. Тот молчал, никак не комментируя их разговор.

– Возможно, следователь ошибся, – холодно сказал Керимов. Он, очевидно, не любил, когда ему возражали. – Может, убийца ударил ее по голове, чтобы ограбить, но затем она стала приходить в сознание. Кстати, судмедэксперты доказали, что в тот момент, когда ее душили, она была в сознании. Возможно, она начала приходить в себя и грабитель испугался. Может, она попыталась закричать. Эльмира всегда была немного эксцентричной женщиной. Грабитель хотел, чтобы она замолчала, и невольно задушил ее. После чего, напуганный возможным появлением свидетелей, сбежал с места событий. У нас в городе такое случается по нескольку раз в месяц.

– Вы сами верите в подобную версию? – спросил Дронго. Керимов взглянул на него так, словно сам Дронго совершил эти убийства.

– Такова официальная версия, – сухо сказал Керимов, – расследованием занимается городская прокуратура. Думаю, мы найдем виновного.

Бармен принес кофе, чай, пиво и минеральную воду.

– Значит, вы считаете эти события лишь цепью случайностей? – переспросил Дронго.

– Можете не сомневаться, – убежденно заявил Керимов, – у нас не Америка. Здесь маньяку негде разгуляться.

– Маньяки есть не только в Америке, – терпеливо напомнил Дронго, – Чикатило, например, жил в Ростове. Это совсем недалеко отсюда.

– Чикатило убивал детей, – напомнил Керимов, – и не ждал для этого целый год. Чтобы найти жертву, ему достаточно было просто «выйти на охоту». Он ведь не убивал воспитанников детского садика, в котором вырос.

– Значит, вы не верите в определенную закономерность всех трех случаев?

– Нет, не верю. Первый случай произошел вообще в другой день, в воскресенье. А следующие два – просто совпадение. И если завтра ничего не произойдет, вы убедитесь, что я был прав.

– А если произойдет? – вмешался Вейдеманис.

Керимов взглянул на Вейдеманиса так, словно впервые увидел его. Затем покачал головой и убежденно сказал:

– Все будет нормально. Завтра в школе будет человек двадцать полицейских. Не считая нас с вами. А маньяки не ходят стадами. У психопатов вообще не бывает сообщников. Это я вам говорю как работник прокуратуры со стажем. Один маньяк, даже если он откуда-то и появится, ничего не сможет сделать. Мы просто не дадим ему такой возможности.

– Но вы не всех проверили на детекторе, – напомнил Дронго.

– Кто вам сказал? – Керимов посмотрел на Аббасова, покачал головой, – у тебя всегда был длинный язык Раис. Да, – согласился он, – мы проверили не всех. Остались Раис Аббасов и я. Но насчет нас двоих могу дать вам гарантию, что мы не маньяки и не убийцы. Наверно, вы согласитесь со мной, что трудно представить себе маньяком начальника отдела городской прокуратуры или преуспевающего бизнесмена.

– А вы считаете, что маньяк – обязательно опустившийся тип? – Дронго пожал плечами. – В последний раз я встретил убийцу-женщину, которая совершила два убийства, имея научную степень.

– Тогда это Леонид Альтман, – усмехнулся Керимов, – он успел защитить кандидатскую диссертацию.

– Нет, не он, – Дронго смотрел своему собеседнику в глаза, – вы еще не проверили Владимира Габышева, своего бывшего одноклассника. Он ведь живет в Москве. И именно его подозревали в совершении убийства Рауфа. Разве не так?

Керимов вздрогнул.

– При чем тут Габышев? – он нервно достал сигареты, попытался закурить, но сигарета сломалась у него в руках. Он явно нервничал. – Габышев ни в чем не виноват, – сказал Керимов, доставая вторую сигарету.

На Аббасова жалко было смотреть. Он как-то съежился в кресле и затаил дыхание.

– Габышев не виноват, – повторил Керимов. Так и не притронувшись к пиву, он внезапно поднялся и кивнул на прощание гостям. – Уже поздно, – холодно произнес он, – вам нужно отдохнуть. Я думаю, что завтра все будет в порядке. Но все равно хорошо, что вы приехали. Это немного успокоит ребят. До свидания. Завтра днем за вами заедет машина. Раис, ты идешь со мной?

– Конечно, – Аббасов вскочил и взглянул на Дронго, пожимая плечами. Он явно чувствовал себя неуверенно.

– До свидания, – сказал Аббасов на прощание.

Когда они ушли, Вейдеманис удивленно взглянул на Дронго.

– Ты позволил им уйти, ничего не уточнив. Можно узнать, почему?

– В каждой стране существуют свои особенности, – задумчиво сказал Дронго, – в этой стране сотрудники прокуратуры и полиции традиционно пользуются гораздо большими правами, чем остальные. Керимову явно не нравится всякое упоминание о Габышеве. Если учесть, что фамилия Габышева не совсем нравится и Аббасову, то можно сделать определенные выводы. Особенно учитывая тот факт, что Керимов однажды прикрыл Габышева. И мне интересно, почему он это сделал. Конечно, он не сомневается в непричастности Габышева к убийствам, но все-таки покрывает его. Я думаю, что мы правильно сделали, не став заострять внимание на Габышеве. Будет лучше, если Аббасов уедет с Керимовым. Через час мы встретимся внизу. Я думаю, что за это время мне удастся узнать, где находится Габышев, и мы нанесем ему визит.

– Каким образом ты это узнаешь? – изумился Вейдеманис. – В двухмиллионном городе ты можешь вычислить, у кого остановился приехавший из Москвы человек? Иногда мне кажется, что ты блефуешь. Или ты заранее знаешь его адрес?

– Ты забываешь о моих аналитических способностях, – строго сказал Дронго, но затем рассмеялся. – Дорогой мой Эдгар, ты ведь знаешь мой принцип. Нужно обращать внимание на различные мелочи, детали в разговоре. Аббасов сказал нам, что приехавший из Москвы Габышев остановится у своих родственников в «Монолите». Рядом со школой, в которой я учился, находится единственное здание в городе, которое так называют. Это прямо за памятником Низами. Остается только уточнить, в какой именно квартире живут те, к кому он приехал. Учитывая, что в этом здании у меня много знакомых, вычислить Габышева совсем нетрудно.

– Одного часа тебе хватит? – спросил Вейдеманис.

– Думаю, да. Через час мы поедем в гости к Габышеву. Надеюсь, что он захочет с нами разговаривать.