Последний синклит, стр. 17

– Это меняет все, – решительно заявил Хашаб, – вы же понимаете, о чем я говорю. У них – свои ценности, а у нас – другие. Эти западные эксперты наверняка договорятся, чтобы либо решить все сообща, либо подставить нас двоих. Я не доверяю ни одному из них.

– И даже Хеккету? – усмехнулся Дронго. – Говорят, что одно время вы даже были компаньонами.

– Тем более ему, – быстро ответил Хашаб. – Он – настоящее исчадие ада. Если существуют слуги дьявола, то он один из них. Разве можно доверять такому человеку, как Уорд Хеккет? Для него нет ничего святого. Я почти на сто процентов убежден, что это он спланировал убийство молодого Роберта Чапмена. Это в его стиле. Не просто убрать человека, а подставить невиновного.

– Да, – согласился Дронго, – он иногда так делал. Но я не думаю, что это тот самый случай. Он бы побоялся приехать в Дартфорд, если бы был виноват. Хеккет очень осторожен. Он не стал бы бросать вызов стольким экспертам.

– Именно это он и сделал, – ответил Хашаб. – Я не сомневаюсь, что Хеккет продумал убийство Роберта до мельчайших деталей.

– Вы думаете, что это он убил врача?

– Конечно. Все сходится. Хеккет подстроил через врача убийство Роберта Чапмена, а вчера вечером решил, что его можно убрать. Кстати, Сюзан рассказала мне, что этот Эндерс очень интересовался свойствами различных сильнодействующих лекарств. Вы меня понимаете? – торжествующе спросил Хашаб. – Он наверняка имел отношение и к попытке отравления маленького Энтони. А Хеккет, поняв, что все раскрыто, предпочел убрать его. Все сходится.

– За исключением одной детали, – возразил Дронго. – Эндерс был единственный, кто не работал у сэра Энтони три года назад. Вам не кажется, что эта деталь опрокидывает все ваши умозаключения?

– Конечно, нет, – возбужденно взмахнул рукой Хашаб. – Может быть, Эндерс имел сообщников. Миссис Бердсли рассказала мне, что он успел за несколько месяцев подружиться со многими сотрудниками и чувствовал себя в семье Чапменов достаточно свободно.

– Это говорит о его хорошем характере, – возразил Дронго. – Кстати, должен вас поздравить. Я думал, что у вас несколько другой интерес к миссис Бердсли, а вы, оказывается, успели многое узнать.

– Вообще-то блондинки мне всегда нравились, – улыбнулся Хашаб, – а в данном случае я просто совмещаю приятное с полезным.

– Вам никто не говорил, что вы циник?

– А наша профессия предполагает цинизм, Дронго. Или вы всегда работаете в белых перчатках? Сколько людей вы лично убили? Десять, двадцать?

– Ни одного, – холодно ответил Дронго. – Я вообще не люблю оружие. За всю свою жизнь я стрелял только несколько раз, и всегда это была самозащита.

– Какая разница, как это называется? Вы стреляли в живых людей, пусть даже и в нападавших на вас. Поэтому не говорите мне о цинизме.

– Зачем вы меня позвали?

– Чтобы договориться! – возбужденно пояснил Хашаб. – Если эти преступления спланировал Уорд Хеккет, то нам нужно его прижать. Вместе. На стариков мало надежды. Комиссар вообще чутье потерял, а мистер Доул словно пришел из прошлого века. Более или менее я рассчитывал на Симуру, но и он не потянет. Мы с вами самые молодые. Давайте договоримся, вычислим Хеккета и поделим деньги пополам.

– А почему вы так уверены, что это Хеккет?

– Больше некому, – пояснил Хашаб. – Может быть, еще Важевский. Либо он, либо Уорд Хеккет. Стариков я отметаю, а японский эксперт слишком оригинален, чтобы придумать подобные преступления. Он бы создал нечто изощренное и в то же время простое, как японская икебана, – хмыкнул Хашаб. – А правильный Квернер всю жизнь занимался шпионами. Значит, либо Хеккет, либо Важевский. Я ставлю на первого.

– В таком случае у Хеккета должен быть помощник. Алан Эндерс на эту роль явно не подходил. Его не было в доме Чапмена в момент убийства его внука.

– Почему Эндерс? – возбужденно спросил Хашаб. – Вы помните, что именно сказал сэр Энтони? Среди записей убитого Роберта был найден список экспертов. Наши фамилии. Вполне вероятно, что сам Роберт решил обратиться к Хеккету, чтобы избавиться от своей девушки. Но Бог решил иначе. Что у них там произошло, я точно не знаю, но вполне вероятно, что она выстрелила в него.

– В таком случае собаки почувствовали бы постороннего в доме, – напомнил Дронго.

– Нет, – торжествующе сказал Хашаб, – этого бы не произошло, если бы сам Роберт привел эту несчастную к себе домой. Собаки почувствовали бы его присутствие и повели себя спокойно.

– Получается, что Роберт обратился к Хеккету, чтобы избавиться от несчастной женщины, которая носила его ребенка? У вас извращенная фантазия, мистер Ихсан Хашаб, – холодно заметил Дронго.

– Ничего подобного, – улыбнулся арабский эксперт. – Вы думаете, я только говорил комплименты Сюзан Бердсли? Ничуть не бывало! Она мне все рассказала. Роберт был бабником. Самым настоящим бабником. Впрочем, как раз за это я его не осуждаю. Он сделал ребенка несчастной Маргарет, которая работала в их фирме. Разумеется, девушка была вынуждена уволиться. Он тянул с объяснением, в результате из-за большого срока беременности врачи отказались делать аборт, посчитав, что это угрожает жизни молодой женщины. И конечно, он не хотел на ней жениться, иначе чем объяснить тот факт, что он даже не представил ее отцу и деду, хотя она уже семь месяцев носила его сына?

Хашаб торжествующе посмотрел на Дронго.

– Вот видите, – сказал он примирительным тоном, – я уже все узнал. Вы не можете даже возразить. Давайте договоримся. Нам нужно прижать Хеккета и получить деньги.

– Согласно вашей логике – врач должен был убить несчастного ребенка, – сказал Дронго. – Для чего им смерть мальчика?

– Как вы не понимаете! – всплеснул руками Хашаб. – Мальчик – это улика. Это связь несчастной Маргарет с нашим миром и с семьей Роберта Чапмена. Пока мальчик жив, она будет под постоянным контролем семьи. Но если ребенка не будет... Кому она в таком случае нужна? Хеккет боится, что его план будет раскрыт, и решил убрать ребенка. Вот и все объяснение.

Дронго молчал. Хашаб вскочил с дивана и заходил по комнате, ожидая ответа. Наконец Дронго произнес:

– Вам не откажешь в логике, мистер Хашаб. Но она слишком порочна. Хеккет, конечно, мерзавец. Но убрать ребенка только для того, чтобы оставить его мать без поддержки Чапмена, – это, по-моему, слишком невероятно. По-русски говорят, что это притянуто за уши. А ваша мысль о том, что Роберт хотел убить мать своего ребенка, вообще не выдерживает никакой критики. Вы ведь бабник, мистер Хашаб. Это сразу видно по вашему лицу. Неужели вы не знаете, чем настоящий бабник отличается от других мужчин?

Хашаб остановился, глядя на Дронго. Тот поднялся со стула.

– Он не уважает женщин, – пояснил Дронго. – Для него женщины – лишь объект его страсти. Но полагать, что такой ловелас, как Роберт, решился на убийство своей возлюбленной? Я не могу в это поверить. Донжуаны могут врать, но не умеют убивать. И я знаю лишь одно исключение.

– Что вы хотите сказать? – вспыхнул Хашаб.

– Четыре года назад в Иордании вы застрелили двоих молодых людей, – холодно пояснил на прощание Дронго. – Мне говорили, что вы действовали на редкость хладнокровно. Скорее я могу заподозрить вас в организации убийства Роберта Чапмена. Спокойной ночи, мистер Хашаб.

– Вы ненормальный! – крикнул ему вдогонку взбешенный Хашаб.

Дронго посмотрел на часы. До появления неизвестного в его номере оставалось несколько минут. Он спустился по лестнице, спеша на свой этаж. Интересно, кто мог написать ему подобное письмо? И почему неизвестный назначил встречу в такое время?

Глава восьмая

Ждать пришлось недолго. Через несколько минут в дверь кто-то осторожно поскребся. Именно поскребся, а не постучал. Дронго подошел к двери и посмотрел в глазок. После сегодняшнего убийства Эндерса нужно быть осторожнее. Но когда Дронго увидел, кто именно стоит за его дверью, он даже растерялся. Он был убежден, что написавший записку – это кто-то из ближайшего окружения сэра Энтони. К этому кругу Дронго относил двух секретарей, помощника и начальника охраны. Технический персонал, состоящий из повара, двух горничных и погибшего врача, он даже не учитывал в своих раскладках. И выяснилось, что он поторопился с выводами. На пороге стояла Линда, вторая горничная семьи Чапменов. Кажется, сэр Энтони сказал, что она приехала из Шотландии. Девушка была явно напугана. Она озиралась по сторонам, словно ожидая подвоха.

×
×