На стороне бога, стр. 8

– Минут тридцать – сорок. А почему вы спрашиваете?

– Тогда убийца должен был пройти мимо вас. Кто из мужчин заходил в комнату, где была Катя Шевчук?

– Ее убили? – изумился Отари. – Но почему? Зачем?

– Этого мы пока не знаем. И не нужно нервничать. Лучше позовите женщин, нужно постараться успокоиться и понять, что именно произошло. Вы не помните, кто именно проходил мимо вас?

– Этот таджик проходил, кажется, в свою комнату. Его зовут Алтынбай, если не ошибаюсь. Наши женщины все время ходили туда-сюда. Мамука был. И вы. Больше никого.

– Ясно. Позовите женщин. И скажите, чтобы они не волновались. Все самое страшное уже произошло.

– Конечно, конечно. А вы уверены, что ее... Ах да, извините. Сейчас позову.

Отари повернулся и двинулся на кухню. Дронго прошел в конец коридора, где работал художник. Он дотронулся до холста. Сырое полотно, свежие краски. Художник, безусловно, работал. Но как он мог не заметить возможного убийцу? Или он был так увлечен работой? А может быть, убийца кто-то из пришедших?

Он услышал шаги в коридоре и повернул обратно. У комнаты, где лежала убитая, уже толпились люди. Отари привел свою жену и супругу Мамуки.

– Какой ужас! – все время повторяла Нани. – Какой ужас!

Людмила стояла, скорбно сжав губы. Она взглянула на Дронго и ничего не сказала. Он поспешил спуститься вниз, где четверо мужчин с азартом играли в карты. Из бильярдной слышались восклицания Рахмана-аки, очевидно обыгрывавшего своего напарника. Дронго прошел к этой комнате, толкнул дверь, которая легко поддалась, и вошел в бильярдную. Усманов обернулся.

– Что случилось? – весело спросил он.

– У нас несчастье, – сообщил Дронго, – убили женщину.

– Как это убили? – Усманов легко встал, закрыл нарды. За ним растерянно поднялся Олег Шарай. Они вышли в гостиную, где мужчины уже бросили играть в карты. Слова Дронго услышали все.

– Какое убийство? – растерянно спросил Мамука. – Кого убили? О чем вы говорите?

– Наверху убили молодую актрису, – пояснил Дронго. – Катю Шевчук.

– Не может быть, – ошеломленно сказал Погорельский.

Сережа Буянов бросился наверх по лестнице, словно рассчитывая оживить мертвую. Все поспешили к лестнице.

– Кто ее нашел? – спросил задыхавшийся Усманов.

– Я, – признался Дронго. – Я вошел в комнату, когда она была уже убита. Но она еще теплая. Убийство произошло минут тридцать – сорок назад.

Они ворвались в комнату в тот момент, когда Буянов безуспешно тормошил тело несчастной, все еще не веря в случившееся, а Наталья Толдина пыталась его успокоить.

– Неправда! – кричал Буянов. – Это неправда! Это несправедливо! Все против нее. Это несправедливо!

Погорельский, не решившийся войти в комнату, стоял в коридоре и курил трубку.

– Успокойтесь, – попытался оторвать Сергея от мертвого тела Отари, – не нужно. Ей уже ничем не поможешь.

Вейдеманис подошел к убитой, взглянул на нее, наклонившись, внимательно осмотрел шею, затем поднял голову и посмотрел на Дронго.

– Ее задушили, – уверенно сказал он, – совсем недавно. Она даже не сопротивлялась. Ей сломали шейные позвонки, очевидно, убийца был сильным мужчиной.

– Да, – кивнул Дронго, – я тоже так подумал.

– Господи, здесь даже телефона нет! – С ужасом сказал Мамука. – Какое несчастье! Нужно организовать погоню. Убийца не мог далеко уйти.

– Вы думаете, что убийца пришел в такую погоду сюда специально для того, чтобы убить молодую женщину? – Что-то в голосе Вейдеманиса выдало его скептицизм. Мамука не ответил. Потом пожал плечами:

– Мы играли внизу. Усманов и Шарай тоже играли. А наверху были Отари и ваш друг.

– Еще Алтынбай, – напомнил Вейдеманис. И в этот момент в комнату вошел Нуралиев. Он был в майке и в брюках. Услышав крики, он поднялся с постели и, выйдя в коридор, понял, что произошло несчастье.

– Вы ничего не слышали? – спросил у него Дронго.

– Нет, – мрачно ответил низким голосом Алтынбай.

Дронго невольно посмотрел на его широкие плечи, мощные руки и перевел взгляд на Вейдеманиса.

– Я очень устал и спал, – добавил Нуралиев, – но услышал крики и вышел в коридор.

– Как вы ее нашли? – спросил неожиданно Усманов.

– Заглянул в комнату и нашел, – пояснил Дронго.

– Вы всегда заглядываете в комнаты к молодым женщинам без разрешения? – спросил Усманов.

– Я ее не убивал...

– Этого я не говорил. Только мне очень интересно, почему вы пошли именно к ней. – Усманов говорил с легким акцентом, но на хорошем русском языке.

– Дверь была приоткрыта, – пояснил Дронго. – И это заставило меня насторожиться. Я проходил по коридору, кстати, за минуту до этого я беседовал с Отари, он может подтвердить мое алиби. А еще раньше был на кухне. Я толкнул дверь, и она легко открылась. Это меня удивило. Я помнил, что у молодой женщины депрессивное состояние и она вряд ли в таком настроении оставит дверь открытой. Отсюда я сделал вывод, что все это достаточно странно. А когда вошел, обнаружил убитую.

– И вы сразу поняли, что ее убили? – насмешливо спросил Усманов. – Может, она спала. У вас есть опыт в таких вопросах? Или вы часто делаете подобные «выводы»?

Дронго хотел что-то ответить, но неожиданно улыбнулся. Вейдеманис взглянул на него и тоже улыбнулся. Это было так неожиданно, что Усманов нахмурился:

– Что смешного я сказал?

– Вы не поняли, какой именно эксперт стоит перед вами, – пояснил Вейдеманис. – Вы решили, что если Мамука – ваш коллега, то и мой друг тоже работает в этой области. Он эксперт по расследованиям преступлений. Это Дронго, господа. Самый известный аналитик в мире.

Наступило молчание. Все старались не смотреть друг на друга.

– Ну, значит, вам и карты в руки, – пробормотал Усманов, выходя в коридор. Он был явно смущен.

– Теперь ты просто обязан найти убийцу, чтобы оправдать мои слова, – шепнул Вейдеманис.

– Лучше бы ты ничего не говорил, – мрачно заметил Дронго.

Он подошел к Нани, которая стояла рядом с убитой.

– Что вы думаете? – спросил он у врача.

– Ее задушили, – кивнула она, – но я не могу понять, как убийца попал в комнату. В коридоре работал наш Отари, он бы наверняка услышал его шаги.

– Может быть, через окно? – предположил Дронго. – Здесь рядом веранда. Она кончается у окна. Если кто-то заранее открыл окно, то убийце было нетрудно влезть на веранду и оттуда через окно проникнуть в комнату. Нужно будет осмотреть веранду. Эдгар, пойдемте вместе со мной.

– Мы можем чем-нибудь вам помочь? – спросил Олег Шарай.

– Только если не будете мешать, – ответил Дронго. – Идите вниз и постарайтесь ничего не трогать в комнате.

– Значит, у нас есть свой комиссар Мегрэ, – прокомментировал Погорельский, стоя в коридоре.

– Вас это не устраивает? – с характерным прибалтийским акцентом спросил Вейдеманис. Свой сарказм он даже не пытался скрыть.

– Нет, почему, – хмуро ответил режиссер, – сейчас меня уже ничто не может удивить.

Дронго и Вейдеманис прошли по коридору. Ветер и дождь усилились, это был уже настоящий ураган. Дронго попытался открыть дверь на веранду, но она не поддавалась. Вейдеманис прошел на кухню и принес небольшой топорик. Вдвоем они открыли наконец дверь. Шквальный ветер ворвался в коридор. Погорельский, все еще стоявший недалеко от них, убрал трубку. Они вышли на веранду пригибаясь.

– Здесь мы ничего не найдем! – прокричал Вейдеманис. – В такую погоду невозможно найти какие-нибудь следы!

– Все равно посмотрим, – упрямо сказал Дронго, пригибаясь и направляясь к окну. Тренированный мужчина мог дотянуться до него. Дронго наклонился и попытался достать рукой. Это ему удалось. К его удивлению, окно было закрыто. Он толкнул сильнее, оно поддалось. Дронго наклонился еще больше и попытался в него влезть. Кто-то закричал. Очевидно, в комнате убитой все еще были люди.

– Не волнуйтесь, – попросил Дронго, – я проверяю, как можно было влезть в окно. Эдгар, пройди обратно в их комнату и объясни женщинам, что я не убийца.