Заячье бегство / Rabbit's run (СИ), стр. 1

========== Часть 1 ==========

(1) Policy of Truth – Depeche Mode

(2) Evil Ways – Blues Saraceno

(3) Feeling Good – Nina Simone

(4) USA Toll Roads – Система частных автомагистралей, на которых взимается плата за проезд.

(5) Найобрэра (англ. Niobrara River) — река в США, правый приток Миссури. Название «Найобрэра» (или «Ниобрара») происходит из языка индейцев сиу, где оно звучало как «Ní Ubthátha khe», что означает «вода, разлившаяся до горизонта». Вблизи реки также находится одноименная деревня на 300 жителей.

«Боже, почему всё это происходит со мной? Что я сделала не так?»

После развода родителей отношения Сары с матерью сильно испортились. Положение усугублялось тем, что каждый новый материн ухажёр стремился наложить на невинное тело шестнадцатилетней Сары свои лапы. И дело было не в том, что она давала повод. Проблема была в мужчинах, которых выбирала её мать. Предательство мужа и последовавший за ним развод практически уничтожили самооценку Кэтрин О’Нил. Она всю себя отдала этому браку, но теперь в возрасте сорока с лишним лет осталась, как ей казалось, совершенно одна. Чтобы заполнить образовавшуюся пустоту, она начала встречаться с первым же мужчиной, обратившим на неё внимание. Он манипулировал ею, распоряжался её деньгами. А когда слепая покорность женщины ему наскучила, нацелился на её дочь.

Были ли его попытки обратить на себя внимание Сары реальной угрозой или же его просто забавляла её растерянная реакция, для миссис О’Нил оказалось совершенно не важно. Она выставила любовника из дому, влепила дочери пощечину и взяла с неё слово, что та больше не станет вмешиваться в её жизнь. Однако через некоторое время сценарий повторился с ужасающей точностью.

На этот раз домогательства зашли несколько дальше вульгарных шуточек и случайных прикосновений. В школе классу Сары читали лекцию о домогательствах, потому она прекрасно осознавала, что происходит. Мужчина, что называл себя её «папочкой», зажал Сару в ванной комнате, когда она чистила зубы. Он схватил её сзади, прижал своим телом к раковине и, удерживая её одной рукой, второй свободной начал ощупывать её лобок под пижамными штанами. Она хотела закричать, но поняла, что это бесполезно, ведь на помощь ей никто не придёт.

— Хорошая девочка, — шепнул он ей на ухо.

По спине пробежала дрожь, руки и ноги сковал холод. С отвращением она взглянула на расплывающееся в улыбке лицо мужчины, отраженное в зеркале.

«Скажи «нет», убеги и расскажи кому-нибудь», — вспомнила она слова лектора.

Собрав остатки смелости, она замахнулась и ткнула зубной щеткой в глаз мужчине, а после вырвалась из захвата.

— Тварь! — проскулил тот и бросился догонять неё. Однако её уже не было в квартире.

Вырвавшись из дома, Сара бросилась к двери соседки напротив. Она знала, что та не запирает дверь до поздней ночи, потому что частенько выходит покурить на лестничную клетку. Оказавшись внутри своего временного убежища, Сара повернула торчащий в замочной скважине ключ и, дрожа, опустилась на пол. Слёзы катились по её щекам. В местах, где её касались, появилось саднящее чувство. Она ощущала себя грязной, использованной. Ей было стыдно, что она допустила это. А ещё она не могла понять, что сделала не так, что заслужила всё это.

Слегка удивлённая поздним визитом соседка поспешила к непрошенной гостье. Одного взгляда на Сару мисс Андерсон оказалось достаточно, чтобы вообразить примерную картину произошедшего. Иногда, живя с кем-то так близко, можно стать невольным свидетелем чужой семейной драмы.

— Ты в порядке, милая? — мисс Андерсон протянула руку и дотронулась до её плеча.

Сара испуганно дернулась и замотала головой. Соседка принесла из комнаты одеяло и накинула ей на плечи. Затем осторожной, но в то же время сильной хваткой приподняла ее и поставила на ноги. Ноги Сару не слушались, однако увлекаемая движениями соседки, она в итоге оказалась в гостиной.

— Мама сегодня опять допоздна работает? Побудешь здесь, пока она не вернется.

При упоминании матери Сару снова затрясло. Она сидела на диване, поджав колени, укутавшись в одеяло, и старалась сдерживать всхлипы. Мисс Андерсон в нерешительности поглядывала на Сару. Она была обеспокоена её состоянием, но не знала как далеко в своих словах и действиях имеет право заходить. Она неплохо общалась с Кэтрин, когда девочка была еще совсем ребенком, но со временем, ввиду отсутствия каких бы то ни было общих интересов, их общение сократилось до сухих приветственных кивков. Соседка сочувствовала Саре, но лезть не в своё дело ей не хотелось. Снедаемая противоречивыми чувствами, она закурила прямо в гостиной.

— Хочешь поговорить о том, что произошло? — спросила она, набравшись решимости.

Сара закрыла лицо руками. Нужно было рассказать, так ей говорили в школе. Но сделать это было очень трудно. Сможет ли эта женщина понять? Что она подумает? Будет ли осуждать или поможет? А что, если она всё расскажет маме? Если мать узнает, она закатит скандал, может, даже опять ударит. Слёзы снова хлынули из глаз.

— Ну-ну, успокойся. Не хочешь — не надо, — она осторожно погладила Сару по голове, а затем покинула комнату.

Позже это показалось Саре немного странным, но в тот момент ей захотелось остановить её. Если бы мисс Андерсон просто обняла её и пожалела, то возможно она смогла бы ей открыться.

Сколько прошло времени, час или два, Сара не знала. В гостиной было темно и тихо. Одеяло дарило тепло и иллюзию защиты. Она задремала.

— Где она? — раздался визгливый голос за стенкой. За ним последовал звук открываемой пинком двери.

Сара вздрогнула. Она отлично знала, кому принадлежит этот голос. По двери квартиры мисс Андерсон забарабанили кулаком. Хозяйка квартиры приоткрыла дверь, но оставила цепочку.

— Тише. Ты всех соседей перебудишь, — ровным и спокойным тоном произнесла она.

— Заткнись, лесбуха сраная! Я знаю, что она здесь. Открывай!

— Кэтрин, ты пьяна. Тебе лучше вернуться к себе. Девочка побудет у меня до утра. Поговорите, как проспишься.

Соседка говорила осторожно и мягко. Однако это не уберегло от потока отборной брани в её адрес.

— Не указывай мне, что делать с моим ребёнком! Своих сначала роди. Если не откроешь эту чёртову дверь, я вызову полицию и скажу им, что ты домогаешься моей дочери!

Сара вновь ощутила дрожь во всем теле. Нет, с мамой поговорить не получится. Она пьяна и на взводе. Мисс Андерсон не сможет её защитить. Надо убираться отсюда. Она подхватила с пола домашние шлепанцы, в которых пришла сюда, и выглянула в окно. Квартира соседки, как и ее, находилась на втором этаже. Чуть поодаль от карниза к стене крепилась пожарная лестница, старая, ржавая и совершенно не внушающая доверия. Но у Сары не было выбора. Она сунула тапки за пазуху.

Сара шла по тротуару вдоль дороги. Время от времени мимо неё проносились автомобили, обдавая её смрадными волнами выхлопного дыма. В густом летнем вечернем воздухе этот запах становился тягучим и будто обволакивал её, не давая нормально вздохнуть. Она задыхалась. Из груди рвались беззвучные рыдания.

Сара прожила в Уишеке большую часть своей сознательной жизни, но теперь с болью осознала, что ей некуда пойти, не у кого просить помощи. У нее не было здесь других родственников, кроме мамы. Да и к школьным друзьям в такой час пойти она вряд ли осмелилась бы, ведь их родители тут же связались бы с миссис О’Нил и сообщили бы ей местоположение Сары. Так что ей не оставалось ничего, кроме как бесцельно слоняться по знакомым с детства улицам, тревожно вслушиваясь в ночную тишину города, сиротливо ловя мерцающий в окнах домов уютный свет. Снова и снова она прокручивала в голове события этого дня. Пыталась придумать, что скажет маме, когда вернется. Но каждый предполагаемый исход ничуть не радовал. Сара задумалась об отце. Ей было бы легче, живи он где-то рядом. Из Северной Дакоты до Оклахомы пешком не добраться. Она тяжело вздохнула.

×
×