Крылья для ведьмы, стр. 48

Неслышно ступая, он опять направился к столику с напитками, не глядя на меня. Остановился подле него, но выбор сделать не торопился. Замер, устало ссутулившись и вновь погрузившись в какие-то невеселые раздумья.

Сердце кольнула острая жалость к Элдену. Как-то вдруг я вспомнила, какими суматошными у него выдались прошедшие дни. А ведь он так мечтал отдохнуть после королевского бала! А в итоге беды лишь умножились. И во многом из-за меня.

Неожиданно для себя я скользнула к нему. Не задумываясь о том, что делаю, обняла со спины, прижалась так крепко, как только сумела.

— Прости, — шепнула виновато, слыша, как под моим ухом ровно и сильно бьется его сердце.

— Почему ты просишь у меня прощения? — с легкой ноткой изумления спросил Элден, не торопясь выбраться из моих объятий. Напротив, накрыл мои пальцы своими руками, сжал их. С усмешкой поинтересовался: — Или ты еще что-то натворила?

— Нет, но… — Я грустно вздохнула. — Мне так жаль, что я ничем не могу помочь тебе! И тебе постоянно приходится следить за тем, чтобы я не угодила в какую-нибудь беду.

— Оливия, в этом и заключается любовь к другому человеку, — тяжело вздохнул Элден. — Не бывает счастья без волнения и страха за своего избранника. Это две стороны одной медали.

После чего осторожно повернулся ко мне. Привычная улыбка завибрировала в уголках его рта, когда он легонько очертил пальцем абрис моего лица. Подушечкой большого пальца тронул мои губы.

Зажмурившись, я потянулась к нему. Почувствовала, как его рука нырнула в мои волосы, чуть натянула их — и послушно запрокинула голову.

Поцелуй получился легким, почти целомудренным. По крайней мере, вначале. Но затем объятия Элдена стали крепче, а губы жаднее. Теплая тяжелая ладонь лежала на моем затылке, не позволяя мне первой оборвать ласку. А впрочем, я и не думала об этом. Напротив, вся подалась вперед, чувствуя, как кровь начинает быстрее пульсировать в моих жилах. Кожа покрылась теплыми мурашками от удовольствия. Хотелось, чтобы этот миг длился вечно…

И тем большим было мое разочарование, когда Элден внезапно отпрянул. Да так резко, что едва не перевернул столик, о котором, по всей видимости, напрочь забыл.

Я чуть не застонала от обиды. Что за муха его укусила?

— Прости, — виновато выдохнул Элден, не глядя на меня. — Оливия, меня часто называют «железным», но я ведь не такой. Я из плоти и крови. Сегодня произошло слишком многое. И я… я не уверен, что смогу совладать с собой. Что остановлюсь в нужный момент и не позволю себе большего…

Я растрогалась. Элден выглядел сейчас таким смущенным, таким милым, таким… нормальным, что ли. И не скажешь даже, что он умеет плеваться огнем.

— Элден, — пробормотала, кокетливо взмахнув ресницами, — а надо ли останавливаться?

Щеки вспыхнули от смущения, когда я сообразила, что именно сказала. Но усилием воли прогнала зарождающуюся панику, когда увидела, каким радостным блеском вспыхнули глаза Элдена.

— Оливия, — сказал он. — Но…

Я не дала ему договорить. Решительно шагнула вперед — и угодила в предусмотрительно распахнутые объятия. Первой настойчиво прижалась своими губами к его губам.

На сей раз Элден действовал гораздо решительнее. Жадными, требовательными поцелуями он прошелся по моему лицу, спустился по шее к линии декольте, и я прерывисто вздохнула, отчаянно цепляясь руками за его плечи — так внезапно ослабели колени. Мои пальцы дрожали, не в силах совладать с пуговицами на его рубашке, ногтями я то и дело царапала его разгоряченную кожу, и Элден каждый раз при этом вздрагивал то ли от боли, то ли от наслаждения.

— Хочешь фокус? — с неожиданным лукавством дохнул он мне на ухо. На дне его зрачков вспыхнул знакомый багровый огонь, который теперь уже не пугал меня. И мое платье вдруг без следа слизнуло бесцветное пламя, которое исчезло так же мгновенно, как и появилось, не причинив при этом ни малейшей боли.

«Драконы удивительно точно умеют регулировать температуру своего пламени, — прозвучали в памяти слова из давным-давно прослушанной лекции. — Они способны испепелить перышко, лежащее на листке бумаге. И при этом бумага даже не потемнеет от жара».

А в следующее мгновение Элден подхватил меня на руки, вновь отыскал мои губы, запечатлев на них долгий поцелуй. И окружающая реальность перестала интересовать меня.

Я не запомнила, как мы добрались до спальни, расположенной на втором этаже. Элден не стал тратить время на то, чтобы открыть дверь. Он просто щелкнул пальцами — и она с грохотом рухнула, сорвавшись с петель. Затем осторожно опустил меня на постель, опять поцеловал.

Я выгнулась под его лаской, такой уверенной и одновременно мягкой. Я даже не заметила, как Элден освободился от своей одежды. Просто вдруг обнаружила, что мои ладони скользят по его обнаженной коже.

Удивительно, но куда-то исчезло мое смущение. Я прекрасно сознавала, что комнату заливает яркий солнечный свет, и Элден видит меня всю — от головы до пяток — без защиты каких-либо покровов. И мне нравилось это. Я словно купалась в его взгляде. Восхищенном, влюбленном и таком горячем. От каждого его прикосновения, от каждого поцелуя во мне разгоралось пламя желания. Оно стало невыносимым, когда я почувствовала на себе тяжесть его тела. Вся потянулась к Элдену, как никогда желая ощутить миг полного единения.

— Оливия…

Просто поразительно, но Элден все-таки сумел остановиться. Навис надо мной на вытянутых руках, тяжело дыша. Над его верхней губой мелким бисером выступил пот. И мне было страшно представить, чего ему стоила эта пауза.

— Оливия, ты уверена? — спросил он. — Быть может, все-таки…

И вновь я не позволила ему завершить фразу. Вся подалась вперед, обвив его шею руками. Слепо ткнулась лбом в плечо, и Элден медленно опустился на меня.

Я вскрикнула от внезапной сильной боли. Невольно попыталась оттолкнуть Элдена, но тот лишь сильнее вжал меня в скомканные, сбитые простыни, не позволяя вырваться.

Ох, в любовных романах этот момент описывают немного иначе. А где же небывалое наслаждение? Наверное, именно так чувствует себя насаженный на булавку мотылек.

— Очень больно? — с раскаянием шепнул Элден, каким-то чудом не торопясь продолжать далее.

Вместо ответа я промычала нечто невразумительное, силясь не расплакаться. Глаза защипало от подступивших слез.

Элден осторожно отстранился — и мой живот вдруг обожгло от его прикосновения, когда он с усилием провел ладонью по нему, словно стирая что-то. Тотчас по телу пробежала теплая волна расслабления, в которой без следа растворились все неприятные ощущения. И я судорожно перевела дыхание, осознав, что какое-то время не дышала вовсе. Первой отыскала губы Элдена.

Когда он вошел в меня вновь, его поцелуй заглушил мой стон. Но на сей раз от удовольствия, а не от боли. И на какое-то время все проблемы этого мира перестали меня волновать. А потом и вся окружающая реальность разбилась на миллиарды сверкающих осколков во вспышке острого наслаждения.

Часть четвертая

НОВЫЕ ВРАГИ, СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ

ГЛАВА 1

Я тихо млела от счастья, прижимаясь к теплому боку Элдена, когда тот вдруг негромко фыркнул от смеха. Я насторожилась.

— Что-то случилось? — спросила, даже не пытаясь скрыть своей тревоги. — Тебе… Тебе не понравилось?

— О нет, Оливия, как ты могла такое подумать? Все было просто чудесно и волшебно, — поторопился разубедить меня Элден. Притянул к себе поближе и ласково чмокнул в лоб, после чего добавил, довольно щурясь: — Я просто вспомнил о твоем старом приятеле Эвотте. Теперь ты сколько угодно сможешь общаться с ним, не боясь быть испепеленной.

— Вряд ли Эвотту есть дело до меня, — глубокомысленно заметила я. — Думаю, у него сейчас медовый месяц.

Элден, все еще улыбаясь, снова поцеловал меня. Теперь уже в губы. И его руки отправились в очередное увлекательное путешествие по моему телу.

×
×