Мстительная пышка (СИ), стр. 6

— Эээ… я думала, вы сами их вызываете… — я даже остановилась на половине зала от растерянности. — И вообще! Что вы так долго там делаете, если их приход доставляет вам такие «неудобства»?!

Моё возмущение и попытка оправдаться подняли настроение Орлову ещё больше… опустив моё собственное.

— Маленькая ещё о таких вещах спрашивать… — щёлкнув меня по носу, оставляя закипать от досады, Тимофей обошёл с другой стороны, заговорив по-японски.

Хлопая обиженно глазами, как заторможенная, присела за столик, не замечая восхищённых взглядов японцев, которые о чём-то стали спорить с Орловым.

Услуги адвоката в г. Боровичи Бесплатная консультация. Для бизнеса и частных лиц. Выезд в районы. Директ Перейти

Еду только принесли, а шеф уже перестал излучать радушие.

Все были заняты переговорами, а я погрузилась в себя, обиженно насупившись из-за последней реплики Орлова:

«Что значит «маленькая»?! Вообще-то, мне двадцать пять лет, если что! У меня на лбу, что ли, написано — «нетронутая сильным полом»?!»

Так, злясь на весь белый свет, подписала себе смертный приговор, когда японский переводчик, перебив моего начальника, обратился ко мне:

— Пусть решает сама! Тим, ты же ей не хозяин? Девушка, скажите, вам интересна работа моделей?

— Естественно. Я бы не работала в модельном агентстве, если бы мне не нравилась эта атмосфера, — слукавила я, не понимая сразу, к чему ведёт мужчина, банально попавшись на крючок самомнения Орлова, бросившего мне, словно прикормку в воду, своё недовольство:

— Она не подойдёт для этой работы!

«У них новый проект, что ли? Меня хотят поставить руководителем очередных фотосъёмок рекламы?»

— Почему это? — совершила главную ошибку, банально раздражаясь от заблаговременной уверенности Орлова в моей несостоятельности… неважно чего!

Мой вопрос спровоцировал появление перекошенной раздражением физиономии начальника.

— Вот и славно! — взял быка за рога переводчик, излучая свем своим видом счастье в быстром разрешении какой-то, известной всем, кроме меня, проблемы. — Тогда мы составим с вами контракт в ближайшие дни. Господин Тошима именно так представляет новое лицо его фирмы! Ваши большие серые глаза покорили сердце главы компании «Utsukushī josei».

«Хмм… причём тут мои глаза? Да и название какое-то незнакомое. «Я и японский язык» — вот где «небо и земля»! Понял, Тимошка!» — насмешливо взглянув на смурного начальника, прикрывшись от бизнес-партнёров ресторанным меню, показала ему язык.

— Что ж. Раз все нюансы решены, простите нас за поспешность… и опоздание… мы… нам пора… мальчишник, знаете ли…

После работы переводчика, японцы понятливо заулыбались, что-то быстро говоря Орлову, лицо которого сначала вытянулось, а потом быстро приобрело слишком ликующее выражение.

— Да. Именно. Поэтому, ещё раз всё обговорив с моей… моей невестой, окончательное решение озвучим с ней завтра.

Отчаянно хлопая глазами, поднялась за Биг-боем, не зная, когда начинать открыто возмущаться: сейчас или когда мы выйдем.

«Я же правильно поняла?! Он меня назвал своей невестой?!»

Едва поспевая за Орловым, медленно закипая, догнать смогла его только на парковке, и то, высказаться мне не позволили:

— Я против, чтобы ты подписывала с ними контракт! — резко развернулся ко мне Тимофей, хватая за предплечья, немного встряхивая, когда его машина пикнула сигнализацией. — Ещё чего не хватало: рекламировать нижнее бельё!

— ЧТО?! — ошарашенно хлопая глазами, открыла рот от удивления.

— Ты, безголовая, неужели не поняла, на что идёшь?! Согласилась, лишь бы мне наперекор?!

Правдивость высказывания начальником я подтверждать не рискнула: слишком уж неадекватно он выглядел.

Впервые прислушавшись к поговорке — «Молчание — золото», прикусила язык.

— Да ты рехнулась?! Японцы слишком серьёзные партнёры, чтобы теперь разруливать ситуацию с твоим согласием дебильным оправданием! — гневно разглядывая меня, Орлов внезапно сменил гнев на милость. — Ладно. Чего уж теперь говорить об этом? Придётся тебе, действительно, какое-то время побыть моей невестой…

«Ну, уж нет! Я тогда точно голову потеряю! Слишком ты опасный… блин! Весь в моём вкусе…»

— Да и какая с тебя модель?!

— Так! — вырвавшись из слишком горячих мужских рук, сделала шаг назад, натурально обидевшись. Насмешливо усмехнувшийся Орлов задел мою гордость за живое. — Во сколько у вас мальчишник ваш дурацкий намечается?!

— Почему это он «дурацкий»?

— Я не просила мне вопрос для продолжения дискуссии с вами задавать. Время скажите, чтобы я пришла отрабатывать своё… «наказание», — едко передразнив приказ начальника, в нетерпении сложила руки на груди.

— В двадцать один… ноль-ноль, — мрачно ответил Тимофей, отмечая тот факт, что я стала в закрытую позицию, демонстрируя своё нежелание с ним вести беседу.

— Тогда — до девяти вечера… в офисе!

Забросив ручки сумки через плечо, потопала в сторону выхода из подземной парковки.

— Дарина! Постой! Давай я тебя подвезу.

— Нет. Рабочее время истекло, а время наказания ещё не наступило. До вечера!

Орлов остался стоять возле серого «Мерседеса», а я быстро доставала телефон, набирая сестре:

— Каринка. Привет! Ну, что я хочу тебе сказать? Ты дождалась! Сейчас я приду к тебе в салон… делай со мной всё, что хочешь, но, по выходу из него, я и весь мир должен остаться без сомнений, что выбор генерального директора компании «Utsukushī josei» меня, как лица его будущей продукции, заслуженный!

— Мать моя женщина! Дарина, ты будешь рекламировать для… для Пышек нижнее бельё?!

Чуть не споткнувшись на ровном месте, встала, как вкопанная. До меня, наконец, дошло, о чём говорил Тимофей Владимирович!

– ***. Систер… кажется, я со своей бараньей натурой влипла по самые «не могу»…

Глава IV

«Чувствую себя шалавой!» — заходя в лифт, который должен был меня доставить на этаж главы агентства «Дом Моды», беспрестанно одёргивала подол платья леопардовой раскраски, которое мне так «мило» подогнала Карина.

Не то чтобы мне не подходила длина вещи. Нет. Всё было в пределах допустимого — чуть выше колена, но даже эти пять сантиметров я себе никогда не позволяла убирать! Обычно, выбирая одежду в соответствии с разумностью весовой категории, мои наряды состояли из брючных костюмов или же юбок, доходящих длиной до середины колена. Это же… это было что-то новенькое.

«Помогла, так помогла!» — ворчала про себя, поправляя на плече лямку сумочки, отбрасывая за спину пару выбившихся локонов. — «Нет, конечно, я безумно благодарна сестре за её отклик на мой призыв о помощи! Что сказать? Ляпнула, сама себя подставила глупым упрямством! Отказалась последовать указаниям Орлова?! Вот! Теперь выгребай, дорогая!»

Сейчас я признавала за собой ошибочность своего поведения, но, как и прежде, моя натура отказывалась идти на попятную.

«Теперь это будет выглядеть совсем убого. Довыделывалась? Ешь большими ложками выросшие твоими «стараниями» плоды!» — именно это я называла — «силой духа»… если хотите, «ответственностью»!

Отвечать за свои слова, действия, поступки — одна из основных показателей этой силы, и я собиралась доказать, в первую очередь самой себе, что обладаю этой способностью!

Глубоко вздохнув, вышла из лифта, устремившись навстречу странному «наказанию», форма которого, выбранная Тимофеем, вызывала у меня много вопросов, ответы на которые рождали нереальное сомнение в их адекватности.

«Всё будет хорошо. Мне только и надо, что поработать на мальчишнике барменом… в конце концов, у личного помощника ненормированный рабочий день… а иногда и придурковатый босс!» — успокаивая себя, вошла на своё рабочее место, окинув приёмную придирчивым взглядом, внезапно хихикнув. — «Может, им кофе моего… фирменного предложить? Они тогда меня точно отпустят восвояси…»

×
×