Наследница (СИ), стр. 95

Она уткнулась ему в грудь, тихо смеясь.

— Ричард, ты — негодяй. Как меня напугал! Я тебя, наверное, сама убью!

— Убей, любимая. Тогда, возможно я получу что-то, что гораздо больше поцелуя, то, о чём я даже мечтать не смел.

Валенсия выпрямилась, настороженно глядя в глаза Ричарду.

— Что это ты имеешь ввиду?

Ричард ничего не ответил, только смотрел на неё влюблено и улыбался своей светлой улыбкой.

Позади них раздался смех. Смеялись четверо: Фредерик, Ёрика, Араторн и Лидия. Дядька Бертран усмехался, поглаживая свой ус.

— Валенсия! — Смеясь, проговорил принц. — Как это «о чём»? Ты разве не поняла?

Девушка взглянула на смеющихся.

— Поняла, не глупее тебя, Федя! — Потом опять посмотрела на Ричарда и… улыбнулась. — Это только после свадьбы!

— Значит, ты согласишься стать моей женой, Валенсия? — Ричард затаил дыхание.

— Я подумаю! — был её ответ.

— Эй, банда! — Услышали они веселый голос. Все резко оглянулись.

На них стояли и смотрели смеющиеся Святослав и Эллия. Стояли, обнявшись, тесно друг к другу прижавшись.

— Все живы, как я посмотрю? — Спросил граф де Конт утвердительно.

К ним бросились Араторн, Фредерик, Лидия и Ёрика. Валенсия помогла подняться Ричарду. Он стоял, опираясь на свою невесту. Чуть погодя к ним подошли все остальные.

— Валенсия, сестрёнка, — Слав смотрел вопросительно на девушку, — ты дала согласие Ричарду? Нет? Тогда — дай! Я считаю, он это заслужил.

Валенсия тяжело вздохнула:

— Хорошо, я согласна!

Их обступили. Теперь уже восемь молодых людей стояли, обнявшись все вместе.

— Мы победили! — сказал Фредерик.

— Мы выстояли! — подхватил Араторн.

— Мы стали сильнее! — добавил Святослав.

— Мы стали счастливее! — Воскликнула Эллия Александра.

— Война ещё не закончилась, а они уже обнимаются! — Услышали они, хорошо знакомый большинству из них голос. В зале стояли Лис и Её Величество королева Александра.

— Отец! Мама! — Вскрикнул Фредерик.

— Дядька! Ваше Величество! — Воскликнули остальные, кроме Святослава и Эллии.

— Да-да, это мы! Мда, ребятки. Бардак вы тут развели кошмарный. Впереди много работы. Нужно окончательно вычистить Аквитанию от всей дикой нечисти, и всё начинать приводить в порядок. Вот когда мы это сделаем, тогда и о свадьбах будем говорить. Договорились?

— Договорились, дядька! — ответил я за всех.

Эллия подошла к матери.

— Прости меня, мама, — Прошептала теперь уже не наследная принцесса Аквитании, совершенно спокойно. Было видно, что ей неприятно это самое извинение, возможно не до конца искреннее, так как обида в душе девушки теплилась несмотря ни на что, однако первый шаг — это уже многое!

Королева обняла дочь, прижав её к себе, и погладила по голове. Никогда ещё Александра не позволяла себе такой нежности на глазах у всех.

— Ничего, родная. Главное, что всё закончилось и закончилось хорошо.

Эллия неожиданно отстранилась от матери.

— Мама? — смотрела на королеву удивленно. Сначала ей в лицо, потом на живот. — Ты беременна?

Королева укоризненно посмотрела на дочь, сильно смутившись.

— Могла бы и не говорить это вслух. Как ты догадалась? У меня еще маленький срок.

— Я просто почувствовала. В Аквитании родиться еще одна принцесса? Наша с Фредериком сестра?

— Нет, дорогая. — Лис усмехнулся. — Эта девочка родиться в другом мире.

— Почему? Неужели мы не увидим с братом свою сестру?

— Скорее всего, нет. Хотя… кто знает. Вам обоим прекрасно известно, что двух девочек в королевской семье Аквитании быть не может. Так что… вам нужно думать о своих детях.

Эпилог

 Спустя три месяца…

Четыре пары стояло на берегу Великой. Четыре прекрасные невесты в белых пышных платьях, и четыре жениха в богатых одеждах сверкали церемониальными, легкими доспехами. Каждый стоял со своей парой.

— Помните, мы вот так сидели на этом же месте, когда выезжали все на пикник. — Проговорила Лидия, прижимаясь к Араторну.

— Это когда Эля настучала своему брату мечом плашмя по заднице? — Уточнил молодой граф де Конт. Обнимая за талию свою супругу, юную графиню де Конт. После чего все рассмеялись, и громче всех смеялся принц. — Помним Лидия.

— Я тогда сказала: «Тихо, только вода мягко плещется, да цикады стрекочут. Когда-нибудь мы будем вспоминать это с тихой грустью». А ты Слав спросил меня: «Почему с грустью»?

— А ты ответила: «Потому, что это наша молодость. Сейчас мы молоды, юны. Но время неумолимо. И мы будем становиться всё старше и старше…», и я тебя теперь понимаю. — Проговорил Святослав. — Да, мы становимся старше. Иногда за какой-то год, мы можем стать старше на десяток лет. Но ты Лидия должна ещё помнить, что сказала Эля…

— А я сказала следующее: «Не думай, Лидия, о таком далёком будущем. Думай о том, что у тебя есть сейчас! Наслаждайся этим»! — Молодая графиня улыбнулась.

— Да, Эля! Ты права! Зачем сейчас думать о том, что будет через много лет. Мы по-прежнему молоды, юны, несмотря на то, что нам пришлось пережить. Мы любим, и мы любимы. Нужно жить сейчас, наслаждаться каждым днем, часом, мгновением своей молодости. Дарить эту молодость своим любимым, и наслаждаться любовью, которую дарят они нам. Давайте все вместе крикнем «ДА»!

— ДА — А–А — А! — разнеслось по глади воды многоголосый крик… крик юности и больших надежд!

* * *

В апартаментах кронпринца, расположенных на втором этаже королевского дворца, находились: кронпринц Александр, его венценосная супруга — королева Александра, первая грант дама королевства — графиня Алисия де Конт, начальник королевской гвардии — Эмиль граф де Конт, Верховный Маг Аквитании — Анри, начальник личной охраны Её Величества — граф Белегохтар, более известный как Билли, маршал Аквитании — граф де Ла Монж, Его высочество — принц Аквитании Фредерик, его супруга — принцесса Аквитании Ёрика, Святослав граф де Конт, его супруга Эллия Александра — принцесса Аквитании и графиня де Конт, граф Араторн, его супруга — графиня Лидия, барон Ричард Лэнегем, его жена — баронесса Валенсия Лэнегем.

Кронпринц Александр посмотрел на свою жену. Александра носила уже свободные платья, что бы скрыть, начинающий выпирать живот. Королева кивнула ему. Лис встал с кресла и стал прохаживаться по кабинету.

— Друзья мои, дети и питомцы мои! У вас у всех, за исключением Её Величества, есть вопросы ко мне, непонимание и, особенно у моего старшего дитя Эллии Александры, обиды на меня и её мать, — проговорил Лис и тут же поднял руку, останавливая тех, кто хотел возразить. — Сейчас говорю я. А вы все просто слушайте. Я знаю, о чём говорю. Так вот, к вопросу о том, почему мы с Её Величеством отбыли накануне драматических и кровавых событий в неизвестном направлении и даже не оставили каких-либо указаний, что же вам всем делать, и как избежать катастрофы?! Это так? — Кронпринц смотрел внимательно на свою дочь.

Эллия была сосредоточена. Она взглянула на отца и, замерев на какие-то мгновения, согласно ответила:

— Да!

Лис удовлетворённо кивнул сам себе.

— Все события, которые произошли, должны были произойти именно так, а никак иначе. Вернее было два варианта развития событий. Один, назовем условно — «хороший», так как его выбор не привел бы к захвату Аквалона, а Эллия не расставалась бы со своим возлюбленным, другой — «плохой». Вы дети, выбрали именно второй вариант. Намеренно или нет, но это был ваш выбор, а значит, вы должны были за это отвечать. То, что произошло со всеми вами, всего лишь кульминация, завершающий этап того, что готовилось на протяжении тысяч лет. Начну с самого начала, что бы вам всем было понятно. Всё началось ещё во время Битвы Богов. Согласно теологическому учению Богиня Зари Эллия Александра сумела победить вождя проклятых и заточила его в темницу. Это так, но не совсем. Эллия на самом деле сумела обезоружить вождя проклятых Некроса, своего родного дядю и брата — близнеца своего отца — Хранителя Времени. Некрос являлся одним из старейших богов. Когда «Пламень» был выбит из его рук и сгинул, Некрос, на обещание сохранить ему жизнь, прекратил борьбу. Эллия и старейшие боги заключили вождя проклятых в Сердце Мира. Сердце согласилось на это с одним условием: Некрос побудет в заточении временно, не более тысячи лет, после чего боги должны изъять его и решить судьбу древнего. Минула тысяча лет, никто из богов на себя не взял ответственности по выполнению обязательства. Всех всё устраивало. Они забыли о своём обещании, в том числе и сама Богиня Зари. И если в течение первой тысячи лет его можно было изъять из Сердца без каких-нибудь последствий для самого артефакта, то позже сделать это было уже невозможно. Постепенно в самом Сердце стал нарастать дисбаланс. Некрос, сам того не ведая, влиял на чудо-кристалл. Начались сбои. Сердце начинало порождать не чистую магию, а некую энергию, которая могла трансформироваться в магию, а могла в нечто иное. Это стало оказывать сильное влияние не только на мир Зеона, но и на другие миры. Например, мой мир, в итоге растеряв магию, пошел по пути технологического развития, став антиподом мира Зеона. То же самое произошло в ещё нескольких мирах, часть из которых просто самоуничтожились. Мир Зеона, ждало нечто подобное, причем в самом наихудшем его варианте. Сердце всё это просчитало ещё тогда и начало действовать. Оно могло видеть будущее и соответственно оказывать влияние на настоящее. Изменять его… изменять в нужную ему сторону — не сам мир, вернее миры, а людей в них. Избавить Сердце от инородного тела могла женщина, рожденная при определенных обстоятельствах и определенных условиях. Да, Эллия, это ты. Ты — итог цепочки поколений, возраст которых измеряется в тысячи лет. И не только в мире Зеона, но и моем мире. Работа, проделанная Сердцем Мира, была просто титаническая. Причем все свои действия Сердце очень чётко выверяло, просчитывало и прогнозировало. Я не буду объяснять в деталях, как это выглядело, так как сам до конца этого не понимаю, скажу одно — при естественном ходе времени, те или иные люди, которые были моими предками и предками твоей матери, они бы просто не встретились никогда, а, даже встретившись, не обязательно создали бы семьи, или, по крайней мере, не родили бы дитя, которое должно было родиться и вырасти, что бы в свою очередь дать нужное Сердцу потомство. Сердце нивелировало негатив и наоборот, увеличивало влечение или любое другое позитивное чувство к избранному артефактом партнёру. Поэтому как в мире Зеона, так и в моём мире, сходились иногда люди, абсолютно не подходящие друг другу. И если в мире Зеона Сердцу было легче контролировать этот процесс, так как у него под контролем была королевская династия Элинингов, то с моим миром было сложнее. Кстати, особенность принцесс Аквитании, безудержное влечение избранного мужчины к ним, это один из даров Сердца. Плата Богини Зари за возвращение ей её возлюбленного мужа, заключалось в малочисленности её потомства, в отличие от всех остальных божественных отпрысков. В королевской семье рождался всего один ребёнок — девочка. Иногда два, но вторым рождался мальчик. И никогда ещё одна девочка. За исключением одного раза случившегося пятьсот лет назад. Когда у королевы родилось с небольшим промежутком две дочери. Тогда это посчитали чудом. Но чуда не было. Всё было чётко спланировано и предопределено. Особый упор был сделан на то, что младшая не наследная принцесса была амбициозна. Что в итоге спровоцировало гражданскую войну и Большую Смуту, чуть было не уничтожившую Аквитанию.

×
×