Бегущий по лезвию бритвы, стр. 14

— Спасибо, мисс Роузен, — сказал он и начал складывать части прибора: он закончил повторное тестирование. — Теперь все.

— Вы уходите? — спросила Рейчел.

— Да, — ответил он. — Теперь я удовлетворен.

— А остальные девять испытуемых?

— В отношении вас шкала адекватна, — ответил он. — У меня достаточно материала для выводов; шкала по-прежнему эффективна.

Повернувшись к Элдону Роузену, который мрачно застыл около двери в комнату, Рик спросил:

— Она знает? — Во многих случаях анди не знали, кто они; ложные воспоминания вводились им в память — в основном с ошибочной надеждой на то, что их реакция на тестирование окажется противоположной.

Элдон Роузен сказал:

— Нет. Мы программировали ее полностью. Но думаю, что до самого последнего времени она подозревала. — Девушку он спросил:

— Ты, наверное, догадалась, когда он решил задать тебе еще один вопрос?

Побледневшая Рейчел рассеянно кивнула.

— Не бойся его, — успокаивал Элдон Роузен. — Ты ведь не сбежавший андроид, нелегально проникший на Землю; ты собственность «Роузен Ассошиейшн» — рекламная модель для показа эмигрантам. — Он неторопливо подошел к девушке и положил ей руку на плечо, надеясь успокоить; от его прикосновения, как от резкой боли, девушку передернуло.

— Он прав, — сказал Рик. — Я не собираюсь усыплять вас, мисс Роузен. Счастливо оставаться. — Он двинулся в сторону двери, но резко остановился. Обоим «Роузенам» он сказал:

— Сова действительно настоящая?

Рейчел бросила быстрый вопросительный взгляд на старшего Роузена.

— Он все равно уходит, — спокойно ответил Элдон Роузен. — Не имеет никакого значения; сова поддельная. Живых сов не осталось.

Рик кивнул, что-то пробормотал в ответ и рассеянно вышел в коридор.

«Роузены» молча смотрели ему вслед.

Все уже было сказано. «Вот так ведет себя самый крупный производитель андроидов», — сказал себе Рик. С такой хитростью и такими манерами Рику раньше не приходилось сталкиваться. Таинственный и закрученный, новый тип личности; ничего удивительного в том, что у сил, стоящих на страже закона, столько неприятностей из-за «Нексус-6». «Рейчел, — осенило его. — Она и есть „Нек-сус-6“! Я впервые столкнулся с андроидом данной модели. И, проклятье, они едва не взяли меня за горло; они подошли ужасно, чертовски близко к тому, чтобы уничтожить шкалу Войт-Кампфа — единственный метод, который у нас остался для того, чтобы вычислять их. „Роузен Ассошиейшн“ проделала хорошую работу — по крайней мере, предприняла серьезную попытку защитить свой товар. А мне предстоит столкнуться вплотную еще с шестью… — отметил он, — прежде чем я закончу свою работу».

Он получит свои деньги. Каждый цент.

Если сам останется жив.

Глава 6

Телевизор грохотал; Джон Изидор — сквозь великую пустоту здания — спускался на нижний этаж по устланным пылью ступеням; еще шаги он узнал знакомый голос Бастера Френдли, радостно болтающего для своей многомиллионной аудитории:

— ..Стоп, друзья! (Щщелк, трракк, щщелк!) Самое время для короткого прогноза погоды на завтра; для начала порадуем жителей Западного побережья США. Со спутника «Мангуст» нам передали, что осадки будут особенно ощутимы около полудня, а потом слегка утихнут, так что если кто из вас, проторчав все утро дома, намылится выйти прогуляться в это время.., говоря о ваших ожиданиях, осталось всего десять часов до того момента, когда я сообщу нечто чрезвычайно важное; скажу вам, друзья: это действительно стоит посмотреть. Я припас для вас поразительную новость. Возможно, вы предполагаете, что это обычное…

Изидор постучался; телевизор мгновенно замолчал, канув в небытие. Он не просто замолчал, он перестал существовать, как будто стук загнал его в могилу.

Изидор чувствовал, даже сквозь закрытую дверь, — смолкший голос из ТВ не в счет — присутствие в квартире живого существа. Непонятые способности, вдруг проснувшиеся в нем, воспроизвели — или на самом деле восприняли — ощущение молчаливого ужаса, исходящего от загнанного в дальний угол квартиры незнакомого существа, в страхе притаившегося в безнадежной попытке избежать встречи с ним, с Изидором.

— Эй, — позвал он. — Я живу наверху. Я услышал звук телевизора. Может быть, познакомимся, а? — Он подождал, прислушиваясь; ни звука, ни движения; его слова не убедили и не успокоили незнакомца. — Я принес кусочек маргарина. Вам, — добавил он, стоя вплотную к массивной двери, чтобы его голос проникал внутрь квартиры. — Меня зовут Дж. Р. Изидор, и я работаю на известного ветврача, мистера Ганнибала Слоата; я не бродяга; у меня есть работа. Я вожу фургон мистера Слоата.

Дверь осторожно открылась, и он увидел на фоне комнаты сжавшуюся робкую фигурку, девушка выглядывала из-за двери, прячась за ней, но крепко за нее держась, как будто черпала из двери силы, чтобы устоять на ногах. Страх придавал ей нездоровый вид; черты лица и линии тела казались размытыми, казалось, что она не живое существо, а скульптура, которую разбили, а потом наспех склеили. Ее большие глаза растерянно уставились на гостя, а губы скривились в неудачной попытке улыбнуться.

Он внезапно догадался и сказал:

— Вы думали, никто не живет в этом здании. Вы думали, оно давно опустело.

Кивнув, девушка прошептала:

— Да.

— По-моему, это чертовски здорово, когда у тебя есть соседи, — заметил Изидор. — Смешно, но вы мой первый сосед, — улыбнулся он. — Хотя, видит бог, в этом нет ничего смешного.

— Значит, кроме вас, здесь никого нет? — спросила девушка. — Кроме вас и меня? — Она почувствовала себя увереннее; отпустив спасительную дверь, она выпрямилась и поправила растрепавшиеся темные волосы. Теперь он смог убедиться, что у нее отличная, хотя и миниатюрная, фигурка, красивый разрез глаз и длинные черные ресницы. Застигнутая его появлением врасплох, она была одета лишь в пижамные брючки; в комнате, он отметил, царил беспорядок. Чемоданы, лежавшие повсюду, были открыты, а их содержимое разбросано по грязному полу, что показалось Изидору вполне естественным: она въехала в квартиру совсем недавно.

— Да, кроме вас и меня, в здании никого нет, — ответил Изидор. — И я не стану вас беспокоить. — Он нахмурился: его подарок, с которым он явился, памятуя о традициях довоенных лет, принят не был. Видимо, девушка не имела представления о том, что такое подарки. Или она не знала, для чего нужен маргарин. Он интуитивно это почувствовал. Казалось, девушка озадачена маргарином еще сильнее, чем появлением гостя. Страх, видимо, возникал в глубинах ее беспомощного сознания.

— Старина Бастер, — произнес он, надеясь снять сковавшее ее напряжение. — Он вам нравится? Я смотрю его каждое утро, а потом еще и вечером, когда возвращаюсь домой; я смотрю его за ужином. Смотрю и ночную передачу, пока не отправляюсь спать или пока не отключится ТВ.

— Кто… — хотела что-то сказать девушка, но сразу же остановилась, рассерженно сжав губы. Очевидно, рассердившись на саму себя.

— Бастер Френдли, — объяснил он. Казалось странным, что девушка ничего не слышала о самом остроумном комике телевидения. — Откуда вы приехали? — спросил он с любопытством.

— Не думаю, что это самое главное. — Она окинула его быстрым взглядом и, казалось, заметила нечто такое, что уменьшило ее сомнения; тело заметно расслабилось, а поза стала естественнее. — Буду очень рада, если вы составите мне компанию, — сказала она. — Но позже, когда я немного освоюсь. Только не сейчас, конечно.

— Почему? — ошарашенно спросил он; почти все ее ответы приводили его в подобное состояние. Возможно, подумал Изидор, он слишком долго жил здесь в одиночестве. Возможно, он выглядит в глазах других людей несколько странно. Говорят, что для пустоголовых именно это и характерно. Он нахмурился еще сильнее. — Я мог бы помочь вам распаковать вещи, — предложил он, ожидая, что дверь вот-вот захлопнется перед его носом. — И расставить вашу мебель.

— У меня нет мебели, — сообщила девушка, — а все эти вещи, — она обвела рукой комнату, — они здесь стояли и раньше.

×
×