Падение небес (СИ), стр. 11

***

Утром, хочешь того или нет, по всем проходила волна от ошейника и выступала в качестве будильника. Я потянулся, сладко зевнул, насколько это можно, когда спишь на жесткой подстилке и куске соломы. Ужасные условия ещё одна из причин, почему следует выбраться отсюда как можно скорее.

Я было хотел поймать Шера, чтобы расспросить его на тему волнующих вопросов, но с удивлением обнаружил, что нас подняли раньше, чем обычно. Не прошло и минуты, как раздался следующий приказ и пришлось спешно топать на улицу, чтобы не словить бодрящий набор ощущений.

Выглядела общая процессия как толпа зомби, что следует за своим повелителем. Таг, будь он неладен, встал перед строем и объяснил, что от нас требуется. Большей части рабов следовало отправиться в город, собрать останки монстров, притащить сюда то ценное, что можно разделать, а остальное утилизировать. Это мой свободный перевод его фразы:

— А ну пошевеливайтесь, уроды, нужно расчистить улицы города от дерьма!

Ну уроды и зашевелились в нужную сторону. Дальше нас распределили на отряды по пять разумных и мы гуськом побежали наводить порядок. Приказу рад я не был, но воспользовался ситуацией сполна, чтобы изучить ближайшую территорию. Как располагались улицы, где какие здания стояли, где собирались наиболее сильные маги и так далее.

От рабских домов, вдоль стены, через казарму к воротом. Казарма — это такое здоровое квадратное здание, где под сотню магов тусуется. Крепость в крепости. Со стороны выглядит внушительно, а если магическим зрением глянуть — как фейерверк под новый год. На воротах при выходе с территории дворца есть посты, патрульные ходят вдоль стен. Пробежали через выход, дальше вниз по дороге своим ходом. Мимо крупных особняков, потом тех, что помельче и так пока в городе не оказались.

Уборка в городе ничем интересным не отличалась. Знаете, жизнь раба вообще скучная. Делай, что говорят и ни о чем не думай. Нами руководили маги, которые и показывали, где находятся изрядно порубленные куски ночного монстра.

По встреченным разрушениям, я мысленно восстановил ту часть сражения, которую не увидел. Монстр действительно разделился на части, только на мою долю выпало увидеть девять кусков, а ведь были и другие группы уборщиков. То есть можно утверждать, что чудовище разделилось больше, чем на пятьдесят кусков.

Да, это наверняка снизило его боевую мощь, но и остатков хватило, чтобы знатно потрепать город. То тут, то там встречались разломы, следы применения заклинаний, выбитые двери и окна в домах. Город заплатил свою цену за вторжение. Не фатальную, но готов спорить, что пара десятков разумных погибла. Интересно, это большие потери для местных или нет? Как у них вообще с рождаемостью? Может есть сложности, учитывая их силу и изолированный образ жизни, поэтому каждый член общества на счету. А может наоборот, ценность нулевая, так как ресурсов на всех мало, из-за чего смерти только облегчают жизнь остальным.

На улицах, пока убирались, не скажу, что видел много гулхар. При желание их всех можно пересчитать, что невозможно в действительно большом городе. Так что деревня есть деревня, пусть и большая. Но сколько ещё таких поселений разбросано по острову? Я ведь сейчас находился на краю. Сам город занимал малую часть одного острова, а их здесь три сцеплено. Если здесь живет тысяч пять гулхар, а поселений хотя бы штук десять, то это пятьдесят тысяч. Много или мало? По меркам Земли — капля. Но вдруг я ошибаюсь в расчётах. Они ведь пальцем в небо, скорее мысли вслух, но точно уж не факты.

Когда нас подводили к очередному куску монстра, то господин маг, провались он сквозь землю, говорил, что нужно с ним сделать. Какую часть отделить, а какую выбросить. Собирали по большей части внутренние органы, клыки и кости. Удивительно, но не в каждом мини-монстре встречалось сразу всё. Какие-то органы были только в отдельных частях, чему я быстро перестал удивляться, принял это как данность. Не уверен, что это вообще органы были. Но явно какие-то ценные образования, раз их столь бережно собирали.

Меня к этому, кстати, не подпустили, использовали только как грубую силу, когда надо было оттащить тушу. Расчленением же занимались, по всей видимости, специально обученные рабы. Это я понял по одному из разговоров, который удалось подслушать и расшифровать позже.

Дикари из моей четверки ничем не выделялись. Обычные, худые и жилистые, не особо чистые, как говорится, побитые жизнью. Я и сам сейчас не особо лучше выглядел. Один из них меньше других, низкорослый такой, именно ему и досталась разделка туш. Кто он мне было плевать, поэтому не стал даже имя запоминать. Тут ещё хрен поймешь, как их зовут и что они произносят, то ли имя, то ли очередное слово.

— Эй, чужак, давай тащи, чего встал, — было типичное обращение в мою сторону.

— Хочу и стою, — пробовал я говорить на их языке.

— Что ты сказал? — и в ответ лишь смех, — Совсем дурной? Говоришь как ребенок.

Со стороны выглядело это иначе. Ко мне обращались, минута уходила на то, чтобы сообразить, чего они хотят, от чего я выглядел заторможенным. Потом пытался ответить на их языке, что, разумеется, выходило откровенно убого. Надо мною ржали и оскорбляли, но понимал я это тоже не сразу, а бывало что и час приходил, чтобы перерыть весь словарный запас, провести аналогии и выстроить ассоциативные цепочки. Да, я тупил как незнамо кто. Хорошо хоть усиленная память работа, как надо. Я с лету мог запомнить любую фразу, помнил почти все диалоги в течение дня и мог их в своем воображение крутить, как мне того хотелось.

На самом деле в изучение языка сильно помогала практика в магии. Она, как ни что другое развивало воображение, силу и скорость мышления. Сами судите, я часами в уме рисовал руны, оперировал сразу кучей элементов. После этого плевое дело аналогичным способом представить набор тех звуков, что услышал. Дальше выделить отдельные слова, подставить к ним уже известные значения слов, вспомнить контекст и подумать, что означает оставшееся. То, что осталось непонятым, поставить в список на уточнение у Шера.

Кажется, работала способность к адаптации, я подстраивался под новые задачи и они давались всё легче. Это касалось как изучения рун, так и языка.

После разделки, туши грузили на телегу и тащили в место, которое я назвал свалкой. Гулхары относились к отходам жизнедеятельности и мусору довольно практично, в том плане, что не заморачивались. Когда увидел, удивился такой системе, но на заметку взял.

Первую телегу мы привезли на окраину города, где была огорожена забором здоровенная дыра, метров тридцать в диаметре, что пронизывала весь остров. Запашок от неё шел так себе. Нам приказали скидывать туши прямо туда и мне довелось наблюдать свободный полет куска чудовища. Видимо никак иначе тушу применить нельзя, может потому что тварь не пригодна в пищу или ещё для чего. Выглядела уж точно неаппетитно.

Я задержался рядом с мусорной дырой и постарался рассмотреть, что там внизу. Но ничего особенного. Только гладкие стены, видимо, чтобы грязь не застревала. Если здесь бывают дожди, уверен, они каждый раз хорошенько очищают налипшее на стенки дерьмо. Любопытное технологическое решение. Без изысков. Может и канализация у гулхар имеется? Если присмотреться, то видно, что ниже есть тени, напоминающие дыры. Рассмотреть сложно, но вполне может быть.

В любом случае, идея, что можно пробить путь через весь остров, который преимущественно состоял из камня, перспективная, — прикинул я задумчиво.

Глава 5. Иерархия

— Шер, у меня к тебе вопросы накопились. — прошептал я, когда прокрался в комнату.

Дикарь отчетливо дернулся, не ожидал, что рядом кто-то есть. Не удивительно, ведь сейчас уже ночное время, все разбрелись по своим местам, а мой учитель занимался по всей видимости какой-то важной работой. У него на столе мерцал светильник, магической конструкции. Напоминал он шар, внутри которого циркулировала энергия. Света хватало едва-едва, поэтому Шер сидел склонившись над чем-то, напоминающее бумагу. По крайней мере на этой штуке писали. Хотя качество по меркам земли оставляло желать лучшего. Чернила здесь тоже нашлись, кстати. Прям офисный клерк за работой, не иначе.

×
×