Полукровка (СИ), стр. 17

То, что он не смог спасти агентов и оператора, ещё не значило, что Глории суждено было здесь умереть, как и им.

Не останавливаясь, а только, буквально уже в момент столкновения с несущимся на него оборотнем, уйдя немного вправо, Кирт, молниеносным ударом меча снизу рассёк горло животного. Только чудом ему удалось избежать обмена смертельными ударами. Ведь саблевидные когти зверя пронеслись буквально в сантиметре от его собственного горла.

— Бежим! — Приказал он Глории, схватив её за руку и увлекая за собой в направлении выхода.

Один из оборотней, гнавшихся за беглецами, прекратив прямое преследование, кинулся наперерез к выходу. Теперь зверь преследовал одну единственную цель. Отрезать от выхода Кирта с Глорией.

Достигнув выхода первым, оборотень, загородив его собой злобно рыча и скаля клыки, уставился, на взятых теперь в тиски беглецом. Именно в тиски. Так как сзади к ним уже подбирался его собрат.

Если бы не грозно блестевший в лунном свете окровавленный меч атланта, то оборотни давно бы уже бросились в атаку на окружённых ими людей.

— Чего они ждут? — Смотря то на переднего, то на заднего оборотня, шёпотом спросила Глория, у застывшего рядом с ней в боевой стойке Кирта.

— Своего вожака. — Пояснил ей Кирт. Краем глаза он наблюдал за подходившим к ним оборотнем-Егоровым. — Слушай меня внимательно и делай то, что я тебе скажу. — Быстро зашептал он девушке. — На открытом месте, я не смогу уберечь тебя от их когтей и клыков. Поэтому, сейчас же, медленно отступаем в тот угол. — Глазами, он указал на находившийся в пятнадцати метрах от них угол зала. — Там, ты будешь в безопасности. Пока, я смогу не пропускать туда оборотней. Всё, начинаем отходить.

Видя, что их жертвы стали отходить не к выходу, а к углу, где они сами себя загоняли в ловушку, оборотни тоже, медленно двинулись вслед за ними. Двинулись, чтобы окончательно зажать беглецов в угол. Откуда тем больше некуда будет бежать. Разве что, только прямо им в пасти.

Метрах в десяти от угла, Кирт остановился. Глория же продолжила пятиться. Пока, через несколько секунд не упёрлась в угол. Подумав в этот момент про себя — что здесь, она и умрёт.

— Ты думаешь, сможешь её защитить? — Разгадав план Кирта, с вызовом прорычал Егоров. — До чего же вы, атланты благородны. Бросив её, ты, может быть, и смог бы от нас убежать. Так нет же! Из-за своего благородства, ты решил остаться и умереть, вместе с ней.

Ни какого ответа со стороны Кирта не последовало. Он не собирался отвлекаться на дискуссии с противником, на котором сейчас было сосредоточено всё его внимание.

В любой момент оборотни могли стремительно атаковать. Причём, атаковать так стремительно, что отвлекись он в этот момент хоть на краткий миг… и те тут же воспользуются этим. И тогда, даже всё его мастерство воина, вся его сила и реакция, не спасут, находившуюся за его спиной девушку. Не спасут ту, чью жизнь он собирался, во что бы то ни стало сохранить.

А ведь Егоров и в самом деле был прав. Прав, по поводу того, что сам Кирт смог бы от них уйти. Уйти, если бы бросил Глорию. Бросил на съедение этим зверям.

Но девушка, несмотря на их краткое знакомство, успела запасть ему в сердце. И поэтому, он не хотел оставлять её на съедение оборотней. Хотя, благородство и воспитание атлантов, сыграло в его выборе тоже большую роль.

Настоящий воин-атлант, прошедший с самого детства обучение боевым искусствам у лучших наставников и мастеров Атлантиды, никогда не бросал беззащитного человека. Особенно, когда тому угрожал кто-либо из монстров.

Бывали, конечно, и исключения. А верней закон выживания. Закон, к которому мог прибегнуть ослабевший воинским духом и отвагой воин-атлант.

И закон этот гласил, что, если воин-атлант видел, что шансов у него на победу нет, то, чтобы не погибнуть самому вместе с жертвой монстров, которую он никак не мог спасти, воин должен был попытаться спастись, хотя бы самому. Спастись, даже путём бегства. Бросив на расправу монстров того, кого он не мог спасти.

Спастись самому для того, чтобы потом, уже на более равных условиях, вести дальнейшую борьбу с бесчинствующими монстрами. Однако если был, хоть малейший шанс на победу, воин-атлант, оставался и сражался до последнего.

Это сейчас и делал в данный момент Кирт. Хотя, учитывая своё физическое состояние, он и мог прибегнуть к бегству. И только его собственная совесть, была бы в этом случаи напоминанием и упрёком, о брошенной им жертве оборотней.

В то время как Егоров-оборотень занял центральную позицию, прямо перед Киром, двое других оборотней, стали приближаться к загнанным в угол жертвам с двух сторон. Приближаться медленно и не спеша. Прижимаясь вплотную к стенам. А это не позволяло атланту одновременно достать до них обоих.

Бросься он, атаковать одного из оборотней, второй, тут же мог беспрепятственно прыгнуть на Глорию.

Чтобы этого не произошло, Кирт был вынужден на два шага отступить назад. С этой позиции, он мог теперь достать мечом и до стены справа и до стены слева. Но теперь, у него практически не осталось места для маневрирования.

— Ну, что атлант. Настало время умирать. — Прорычал смертельный приговор жертвам оборотень-Егоров.

— Ну, так и умрите! — Зловеще сверкнув глазами, рявкнул свой приговор Кирт. Свои слова он подтвердил действиями. Всадив лезвие меча в шею бросившегося на него от стены слева оборотня.

Одновременно со своим собратом, в атаку бросился и оборотень подступавший справа.

Чтобы успеть среагировать на эту двойную атаку, Кирт был вынужден израсходовать остатки всей накопленной во время медитации энергии. Но это того стоило.

Два удара меча, по своей скорости слились буквально в один удар. Казалось, только лезвие вонзилось в шею оборотня слева, как уже, оно полоснуло по глазам оборотня справа. Ослепило и тут же вспороло зверю брюхо.

Удар лапой, нанесенный Егоровым-оборотнем, выбил меч из руки Кирта. Теперь, уже полностью растратившего остатки заимствованной из окружающего мира энергии.

Оставшись без оружия, и без дававшей его телу дополнительную силу и скорость энергии, воин-атлант ринулся навстречу оборотню-Егорову.

Для решающей атаки зверь поднялся теперь на задние лапы. Возвышаясь над своим противником-человеком на целую голову.

Сплетясь в смертельных объятиях, человек и оборотень покатились по полу. По ставшим разноситься по мечете звукам борьбы, можно, было, даже подумать, что схватка происходила между двумя зверями. Кирт яростно рычал не хуже оборотня-Егорова. Рычал, отжимая рукой подальше от своего горла, разинутую пасть противника.

Периодически, то один, то другой из противников, оказывался сверху или снизу. Вскоре, Кирту удалось оказаться у оборотня-Егорова за спиной. Обхватив своими ногами его задние лапы, он сковал их движения. В это же время, он пропустил свои руки под передними лапами, обхватил ладонями волчий затылок.

Даже сквозь куртку было видно, как вздулись от неимоверного напряжения могучие мышцы на руках Кирта. Несколько секунд оборотню-Егорову удавалось сопротивляться невероятному физическому давлению, производимому на него противником. Но постепенно его сопротивление начинало слабнуть. И он начал сдавать.

Медленно, но уверенно голова оборотня наклонялась к могучей, покрытой шерстью груди.

Глория не могла поверить в то, что происходило. На её глазах, человек голыми руками борол одного из самых страшных ужасных монстров! Могучего, кровожадного оборотня!

И вот, раздался хруст. Хруст ломающихся шейных позвонков. Хруст, сопровождаемый последним предсмертным, постепенно утихающим рыком зверя. И уже через секунду оборотень-Егоров был уже мёртв.

Отпустив мёртвое тело своего врага, ставшее из зверя трансформироваться в человеческое, Кирт откатился в сторону. Сейчас он был слаб как никогда. Ведь только что ему пришлось окончательно растратить уже не заимствованную извне энергию, а свою собственную. Так что его первая попытка подняться на ноги, закончилась тем, что он упал обратно на пол.

×
×