Дочь моего врага. Цвет горечавки (СИ), стр. 1

Дочь моего врага. Цвет горечавки

Матильда Аваланж

ПРОЛОГ

Визитерша была с ног до головы закутана в серый шерстяной плащ, полностью скрывавший ее одеяние и очертания фигуры.

Принимая ее в своём кабинете, лорд-маг Аеск Ланфорд учтиво приветствовал гостью, хотя сейчас она была совершенно некстати. Юноша был слишком взволнован, но никак не выказывал это внешне. Дело было сделано, и сейчас ему нужно побыть в одиночестве, чтобы посмаковать это горько-сладкое ощущение свершенной мести.

Он совсем недавно прибыл в Лигейю, и их с баронессой Евгенией Миллард представили друг другу на приеме в честь градоправителя, где они перемолвились от силы парой слов. Визит Евгении в его особняк стал для Аеска полной неожиданностью.

Правда, скорее приятной, нежели наоборот: баронесса была роскошной женщиной с очаровательными чертами лица, которые не портил даже, на взгляд Аеска, немного длинноватый нос. А необычный персиковый оттенок ее пышных волос был предметом зависти всех знатных дам Лигейи.

— Чем обязан, баронесса? — начал было светскую беседу лорд-маг, но замолчал на полуслове.

Евгения Миллард резким движением сбросила свой простой плащ, под которым оказался наряд, от которого у молодого мужчины перехватило дыхание.

На ней был отделанный черным кружевом и кроваво-красным шёлком корсет, полностью открывавший внушительный бюст. Тем пикантнее смотрелись скрытые блестящими стикини соски. Груди Евгении Миллард выглядели настолько соблазнительно, что Аеск нервно сглотнул. Корсет заканчивался в районе бедер гостьи, ниже были красные кружевные чулки с черными атласными бантами, плотно обтягивающие аппетитные ляжки баронессы с нежно-розовой кожей, напоминающей цветом ("И, скорее всего, на ощупь", — пытаясь сохранить самообладание, подумал лорд-маг) мякоть спелого персика.

Баронесса, совершенно не стесняясь своего более чем фривольного вида, уселась в кресло прямо напротив Аеска. От ее движений голые груди со стикини волнующе колыхнулись, но лорд-маг приказал себе не думать об этом. Принимая ее игру, он никак не прокомментировал наряд Евгении Миллард и с возрастающим интересом ждал, что будет дальше.

— Я пришла к вам по делу, лорд-маг, — хрипло проговорила баронесса, неотрывно глядя в глаза Аеску и, немного раздвинув ноги, закинула одну на другую.

Нет, невзирая на все доводы разума, невозможно было остаться равнодушным, когда перед тобой в таком наряде сидела такая женщина. Особенно, когда ты молодой и, чего уж там скрывать, не очень опытный в делах любовных лорд, недавно закончивший Арриксакскую дворянскую академию магии, и возвратившийся домой.

— Что вам нужно? — Аеск подался вперед.

Евгения с видом опытной соблазнительницы улыбнулась и ответила, облизнув острым язычком губы:

— Ваш член.

Лишь она это сказала, лорд-маг почувствовал, что его достоинство шевельнулось, а затем резко вздыбилось сквозь плотную ткань панталон, став плотным, тяжелым и наливаясь горячей, густой кровью. Животное желание пронзило его.

Баронесса удовлетворённо кивнула, покачивая бедрами, обошла столик и опустилась перед Аеском на колени. Зазывно глядя мужчине в глаза, Евгения распустила тугую шнуровку и высвободила член, которому в его обиталище явно стало тесно.

Под восхищенным взглядом Евгении фаллос лорд-мага восстал еще выше, а на головке блеснула серебристая капля, похожая на каплю жидкого стекла.

— Волшебно… — выдохнула женщина, не отрывая взгляда от эрегированного органа. — Восхитительный экземпляр! Совершенная форма, идеальные линии и такая бархатистая, нежная кожа…

— Как вы это делаете? — задыхаясь, прохрипел Аеск. — Ваша магия, она…

— О, легко! Смотрите… — перебила его баронесса и с голодным блеском прищурилась, отчего член налился таким бешеным и всепоглощающим желанием, что лорд-маг едва сдержал стон.

Евгения торжествующе и нетерпеливо улыбнулась, будто предвкушая самый вкусный десерт, после чего высунула язычок и самым его кончиком слизала серебристую капельку с головки члена. На миг оторвавшись, она прикрыла глаза и со стоном выдохнула: «М-м-м…». А потом взяла каменный фаллос в рот, и принялась с блаженством сосать, одновременно умудряясь ласкать языком отверстие, через которое навстречу этому требовательному язычку уже готова была хлынуть горячая тугая струя.

Но баронесса не дала этому свершиться, легко сжав член у основания, она задержала поток живительной влаги, после чего принялась облизывать гонады мужчины. Евгения осторожно заглотила сначала одно, посмаковала его, а потом принялась за второе.

Лорд-маг, закрыв глаза, откинулся в кресле. Рот Евгении Миллард перенёс его в совершенно другое измерение, в котором существовало лишь наслаждение.

И тогда баронесса с голодным стоном вновь набросилась на его член, обсасывая его как самый сладкий леденец на свете, головка блестящего от ее слюней фаллоса касалась ее то бездонной глотки, то распухших губ. Темп движений ее сосущего рта становился все быстрее, все яростнее, и вот, наконец, Аеск излил в ее рот мощную обжигающую струю, которую баронесса тут же с блаженством проглотила, смакуя, как вкус изысканного вина.

Похотливо улыбнувшись, Евгения оттерла с кончика губ каплю спермы, после чего облизала подушечку пальца и поднялась с колен. Качнув у Аеска прямо перед носом своими тяжеловесными грудями, она прошептала ему в самое ухо:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Пожалуй, лучший в моей коллекции…

Наклонившись за накидкой, баронесса напоследок продемонстрировала свою обтянутую красными шелковыми трусиками объёмную попку, после чего была такова, оставив обессиленного молодого лорда-мага со смутным ощущением, что он только что побывал в раю.

Едва успел Аеск хоть немного оправиться от произошедшего и хотя бы застегнуть ширинку, как в кабинет без стука, точно ураган, ворвалась Корнелия Ланфорд — супруга градоправителя, самая сильная магичка Лигейи и по совместительству его бабуля.

В свои пятьдесят семь Корнелия выглядела просто потрясающе и запросто могла кружить головы мужчинам моложе себя, если б захотела. Впрочем, ей никто не был нужен, кроме ее обожаемого второго мужа, который души в ней не чаял.

— Ты могла хотя бы постучать? — проворчал Аеск.

— В коридоре я встретила Евгению Миллард, — проигнорировав вопрос внука, заметила Корнелия, аккуратно расправляя платье цвета индиго, пошитое у лучшего портного города. — Я, конечно, не люблю все эти сплетни, но… Знаешь, какое у нее прозвище в высшем свете? Повелительница членов! Что ж, ее дар весьма специфичен, ведь она может одним взглядом поднять…

— Бабушка! — лорд-маг удивленно вскинул глаза на единственную оставшуюся в живых родственницу. — Не ожидал, что ты можешь вести подобные разговоры!

— С любимым внуком я могу вести любые разговоры, если это ему на пользу, — Корнелия Ланфорд пожала плечами. — Мужская половина Лигейи от нее в полном восторге — дамочка просто обожает удовлетворять мужчин ртом. Причем ей неважно — из высшего сословия счастливец или он простой пекарь, кузнец или каменщик. Ее подруга, Фанесса Тимо, как-то поделилась, — пожилая магичка понизила голос, — что Евгения запирает в воспоминание каждый инструмент, который оприходовала, и ведет им строгий учет! Ее цель дойти до тысячи, а сейчас она на седьмой сотне… Впрочем, думаю, за время, что прошло с того разговора, баронесса, может, уже и перешла за тысячу. Ну, что ты так на меня смотришь? Я обязана знать обо всем, что творится в городе. Вот и моему внучку, смотрю, счастье привалило…

— Я не намерен обсуждать с тобой это! — неожиданно твердо заявил молодой человек.

— Твоё право, — чему-то усмехнулась Корнелия и без перехода добавила, — Но ту тему, которую я на самом деле хотела затронуть, ты, мой дорагоценный внучок, игнорировать не имеешь права!

Лорд-маг поначалу отвел глаза, но затем посмотрел на свою ставшую вмиг суровой бабку открыто и прямо.

×
×