Нравится, когда ты танцуешь (СИ), стр. 1

Нравится, когда ты танцуешь

Надежда Мельникова

Глава 1. Работа моей мечты

В мой первых выход на сцену от страха и смущения дрожали руки, ватные ноги подгибались. Ступая по подиуму, обутая в стрипы на черно-прозрачной платформе и двадцатисантиметровом каблуке со стразами, я думала лишь о том, как бы не свернуть себе шею. Более опытные девчонки посоветовали выпить немного спиртного для храбрости. Несколько месяцев подряд, каждую рабочую ночь, я жутко напивалась к утру, чтобы заглушить чувство стыда и отвращения по отношению к самой себе. Но постепенно я привыкла и перестала обращать внимания на похотливые глаза. Мужчины не смотрят так в метро или автобусе. Этот взгляд превращает вас в вещь, которой просто хочется попользоваться в свое удовольствие.

Да, пьют стриптизерши много. Кто-то вообще не может танцевать, не закинувшись. Количество напитков, которые разрешено употребить, у танцовщиц разное, и зависит от заведения, в котором работаешь.

На кастинге в московском клубе в первую очередь смотрели на грудь. Даже несколько шагов делали, наклоняя голову к плечу и разглядывая полушария, как картину на стене. Если она не понравится менеджеру, то на сцену тебя не выпустят. Грудь могла быть маленькой или большой, но их интересовала форма, она должна была быть красивой. Среди нас были девчонки, которых не брали в шоу, но потом они исправляли свои недостатки хирургическим методом и возвращались обратно.

 Средний возраст работниц у шеста – двадцать четыре года. На утро, когда напившиеся девчонки смывали с себя тонны макияжа, они выглядели старше своих лет. И, если хотите, то «бл*дее». Для большинства - это осознанный выбор. Им это нравилось. Высокие каблуки, шикарные платья каждый вечер, которые в обычной жизни надеть некуда, а еще мужчины. Много мужчин... Некоторые гости приходили «только к тебе». Эта красивая жизнь манила стриптизерш.

Но здесь очень большая конкуренция. Однажды, мне подпилили стрипы, и я с грохотом ударялась головой о пол. Другая «подруга» смазала шест маслом, чтобы невозможно было на нем танцевать. Все дело в так называемой цветовой дифференциацией браслетов на запястьях танцуль. Белый - у новеньких, красный - ты «девушка-вечеринка» и на сцене даже не раздеваешься, синий - опытные танцовщицы, и их основная масса. Последний уровень - это черные браслеты, они как черные жемчужины клуба. Их всего трое в нашем заведении, и я среди них. За мой приватный танец кому-то придется выложить половину месячной зарплаты, но дороже всего стоит услуга «пенное джакузи».

Сюда приходят гости с деньгами. Есть такая шутка, что у стюардесс все просто - у них мужчины разделены по классам. Выходит, нам, стриптизершам, даже проще, у нас эконом-класса просто нет.

Глава 2. Есть особый список

В зале полная темнота, лишь тусклый свет синего прожектора освещает мой силуэт. Сцена пуста, мне никто не мешает. Я одета в черную фетровую шляпу, темный пиджак, белую мужскую рубашку и туфли на головокружительном каблуке. Сквозь сизый дым видны очертания длинных ног. Я придумала этот номер сама, люблю привносить немного драмы в шоу. Свет освещает мое лицо, на макияж я потратила больше часа, зато теперь похожа на голливудскую актрису. Делаю затяжку и откидываю сигарету в сторону, вообще-то я не курю. Это тоже для драмы.

Подбегаю к пилону, совершаю несколько плавных движений. Они уже аплодируют, от того, подгоняемая зрителем, чувственно приседаю, лаская собственные бедра. Кручусь, расстёгивая пуговицы пиджака, а затем выгибаюсь, демонстрируя золотистые трусики на тонких веревочках. Снимаю шляпу, мои длинные белокурые волосы падают на плечи. Бросаю головной убор бармену, тот легко ловит его, складывая на кучу реквизита. Раньше танцовщицы швыряли одежду в толпу, но забрать обратно сложно, и мы стали проделывать этот маленький трюк. Срываю с себя пиджак и роняю под ноги, ослабляя галстук. Влажным, горячим, полным желания взглядом осматриваю толпу, пусть думают, что я хочу каждого из них.

Стягиваю галстук и протаскиваю между ног, начинаю тереться, будто оседлала породистого жеребца. Грязное, откровенное, привольное движение, от которого у мужчин, чьи столики ближе всего к сцене, на лбу выступают капельки пота. А потом подхожу к самому краю, глубоко приседаю, кручу галстук в руках, набрасывая, как удавку первому попавшемуся гостю, тяну его к низу живота, так, что  он утыкается носом в мои трусики, и тут же отпускаю, отталкивая. Мужчина чуть за сорок безмерно счастлив, а я получаю купюру, отхлестав его галстуком, как кнутом.

Они уже свистят, улюлюкая и выкрикивая пошлости, возвращаюсь к пилону и на время забываюсь, получая от танца истинное наслаждение, подгибая колени и делая несколько оборотов, вытягивая ногу выше головы, садясь на шпагат. В эти минуты я не предмет вожделения, я – артистка.

Трусь попкой о пилон и, наконец, снимаю рубашку, оставшись в золотом, усеянном камнями лифчике и трусиках, что лишь немного прикрывают мою женскую сущность. Кто-то взбирается на сцену, охрана тут же уводит его в сторону. А я снимаю бюстгальтер, сжимая, трогая, лаская свои полные груди.

Я знаю, что интересует вас больше всего. Сплю ли я с клиентами для которых танцую? Если в меню есть пункт с астрономической ценой, то речь идет о том самом.

На барной стойке всегда есть список, согласных на выезд с клиентом девушек. Когда красавица приходит работать в клуб, ее сразу спрашивают, будет ли она увольняться на полчаса, час, на всю ночь… Все происходит добровольно, получают эти девушки, конечно, гораздо больше.

Увольнение стриптизерши стоит от тысячи долларов. Хотя, можно и вовсе не заработать, клубы отбирают от пятидесяти до семидесяти процентов.

Я вздрагиваю, вспоминая рассказ о том, как девчонки поехали в гостиницу. Клиенты что-то нюхали, пили, затем упала дверь, в номер ввалились незнакомцы, началась драка. Девочки отошли в сторону, какой-то мужчина спас их, толкнув в ванную. Они просидели там полночи, пока ребята выясняли отношения. Еле ноги унесли. Некоторые стриптизёрши возвращаются со шрамами. Я никогда не могла понять, как после всех эти историй они могут спокойно работать.

Однажды моя приятельница сказала гостю что-то не то, он достал пистолет и приставил к ее животу. А охрана никак не отреагировала, нам самим пришлось успокаивать клиента, но ей повезло.

Иногда после увольнений и вовсе не возвращаются. Удивительно, что все знают, с кем девочка поехала, куда, на следующий день находят труп женщины, а в нашем клубе по-прежнему ждут этого гостя. И вот, что странно, другие танцовщицы не боятся с ним ехать.

Меня в особом списке нет. Если кому-то нравится спать с незнакомыми мужчинами, то это их право.

Мой основной заработок – это приватные танцы, но даже от них мне идет лишь половина. Танцы на сцене почти не оплачиваются. Это что-то вроде рекламы. В отдельной комнате я двигаюсь для мужчины топлес, под конец трэка должна снять трусики, зачастую без прикосновений.

В один из субботних вечеров я танцевала приватный танец, и в какой-то момент мужчина скрутил мне руки. Было действительно страшно, сердце стучало о ребра, я попыталась отбиться, но, когда поняла, что силы неравны, стала общаться. Невероятно, но это подействовало, он ослабил хватку, и я, воспользовавшись моментом, убежала.

Все это очень трудно, за ночь приходится танцевать до десять раз перед разными мужчинами. Я сразу предупреждаю, что не работаю с интимом, аккуратно отшиваю, если клиент настаивает.

Обманывать не стану, у меня было двое гостей с которыми я покидала клуб. Первым был мужчина постарше, у нас завязался страстный роман, но это не привело к серьезным отношениям, ну а второй…

Глава 3. Стена, которой у меня никогда не было

Я обожаю шикарные образы. Все эти школьницы в клетчатых юбочках, сексуальные уборщицы с метелками и болельщицы команд с помпонами не для меня. Сегодня я великосветская дама, которая забыла надеть платье.

×
×