Тайна пропавших картин (СИ), стр. 1

Ольга Солнцева

Тайна пропавших картин

Глава 1. Старая любовь не ржавеет?

Тот, кто не помнит своего прошлого, осужден на то, чтобы пережить его вновь.

Джордж Сантаяна
Наше время.
1

В детстве я всегда вляпывалась в какие-нибудь истории. Мама говорила:

– Господи, ну, когда же ты наконец вырастешь?

А папа усмехался и называл меня «девочкой, склонной к приключениям».

Я выросла. Но только и во взрослом облике продолжаю попадать в разные истории. Вроде не ищу их, а они сами меня находят и в свои лапы захватывают. Причем, ведь знаете, поначалу похожи они больше не на приключения, а на полосы в жизни: то черная, то серая, изредка белая… Я даже иногда увлекаюсь их подсчетом. Ну, для того, чтобы духом совсем не упасть…

И вот недавно со мной случилось очередное приключение, которое я сначала рассматривала исключительно как широкую чёрную полосу.

В общем, слушайте…

…В пятницу меня направили в служебную командировку в областной город Полянск. Дело это обычное, потому что я – работник музея, и ездить по делам в область – одна из моих обязанностей. Вожу исторические документы от нас к ним, от них к нам. Если мы накопаем что-то интересное по истории Полянска – везем им. Иногда они отыщут информацию про наш городок Красный – мы едем забирать. Так что путешествую довольно часто. Устаю, конечно, в дороге. Ну, что поделаешь… Работа!

После очередной такой поездки, сделав все дела в Полянском областном музее, я возвращалась домой с вокзала – уставшая, словно отработавший смену цирковой акробат. Шла и ругала себя, глупую, что с какого-то перепугу утром надела босоножки на высоких каблуках. Поэтому сейчас чувствовала, будто ноги мои трансформировались в палки, которые преостро воткнулись в мое бренное тело, чем вызывали у меня страшные и болезненные страдания…

…Мой каблук отлетел от босоножки, когда до родных пенатов оставалось сто шагов. Я мгновенно вспомнила всех чертей, потому что только вчера отдала пятьсот рублей за то, чтобы в мастерской его поставили на место. Наклонилась, чтобы поднять каблук, но проходивший мимо мужчина, явно не привыкший смотреть себе под ноги, пнул его, и драгоценная часть моей босоножки угодила прямиком в приоткрытый канализационный люк.

Я задохнулась от негодования и резко выпрямилась с горячим намерением высказать этому представителю сильной половины человечества все, что хотелось. Набранный в рот воздух не понадобился, а я так и осталась стоять: грудь колесом и вылупленные глаза.

Спина удалявшегося мужчины была мне знакома до колик в животе. Она принадлежала Глебу Сидорову – покорителю сердец старшеклассниц школы № 1 нашего города!

И что, вы думаете, случилось? Сначала я лишилась каблука. А через минуту еще потеряла и голову. Как же иначе? Ведь моя первая школьная любовь, только что отправившая мой каблук в канализацию, удалялась от меня в неизвестном направлении.

Прихрамывая, в своих наполовину негодных босоножках, я попыталась бежать за Глебом. И почти догнала его – свою старую, но как оказалось, не покрывшуюся пылью, любовь. Даже собралась радостно его окликнуть. Но тут меня осенило: сейчас он увидит меня – в походных джинсах, со старой сумкой, предназначенной для служебных командировок, с хозяйственным пакетом, да еще и хромающую, как подбитая лошадь. К тому же, неизвестно, что там у меня на голове и на лице – целый день не наблюдала себя в зеркало! В общем, шансов убить его наповал своей неземной красотой явно маловато. Скорее, он упадет, сраженный моим потрепанным видом. Поэтому решила ограничиться тем, чтобы подсмотреть, куда он направляется. Ну, а выяснив место обитания своей незабываемой любви, я всегда смогу прийти туда снова, но уже при полном марафете.

Подумано – решено – сделано!

И я припустила за ним со скоростью, на которую в данный момент была только способна…

Между тем, Глеб Сидоров шествовал по тротуару, не глядя по сторонам. Уверенный, с прямой спиной и широкими плечами, он всегда был неотразим. Но мне сейчас так хотелось увидеть еще и его лицо! На худой конец, профиль. Ведь с последней встречи уже прошло несколько лет.

С этой дикой идеей я помчалась оббегать с обратной стороны тот дом, мимо которого он через несколько секунд собирался проходить. Я неслась со скоростью подбитой лани, хромая ровно на высоту своего отвалившегося и навсегда пропавшего в люке каблука.

Пробежав дом по всей его длине и преодолев его ширину, а также заставив шарахнуться в стороны от меня пару человек и напугав до слез маленького мальчика, я наконец резко затормозила у кустов, которые отделяли небольшую аллейку двора и ту часть тротуара, где в любую секунду мог появиться мой ненаглядный. К счастью, кусты были густыми, и разглядеть сквозь них меня было бы проблематично. Я обрадовалась этому, ведь показываться перед ним в роли взмыленной коняки в мои планы не входило.

Внутри меня сидела уверенность, что он еще не прошел мимо. Подождав безрезультатно минуту, не выдержала и выглянула. Сначала посмотрела очень осторожно налево – туда, откуда он должен был идти: нет моего сокола! Посмотрела направо: на изрядном расстоянии наблюдалась его спина.

Дааа, Арсения, бегать быстро ты никогда не умела!

Включив максимальную скорость, на которую могла быть способна все та же «подбитая лань», но только уже удирающая от стаи голодных волков, я бросилась оббегать и следующий дом тоже.

Ширина дома… Дл-и-и-и-и-на дома… (О Боже, что ж она такая длинная, эта длина!)… Ширина дома…

Черт! В этот раз кустов, отгораживающих двор от тротуара, не было! Но… и нигде не видно моего ненаглядного Глеба! Нет с левой стороны. Нет – с правой. Исчез! Зашел в подъезд? Уехал на машине?…

Пропал, так и не показав мне своего личика?

А может, это был вовсе не он?!

2

…Совершенно измученная и хромающая на обе ноги (вторую намозолила, пока бегала «за тенью»), я приползла к своему дому. Подошла к подъезду и …нос к носу столкнулась с дядей Ваней – он работает там же, где и я. То есть в музее.

Дядя Ваня чинно выходил из моего подъезда.

– О, Арсения! – улыбнулся он от души. – Что ты тут делаешь?

– Здравствуйте, дядя Ваня! Вообще-то я здесь живу! А вы что тут делаете?

Дядя Ваня слегка сконфузился и ответил:

– Не знал – не знал… Да я так… к знакомым заходил, – и похоже, не желая объяснять, к кому именно, заторопился: – Ну, ладно, Арсения, увидимся завтра. Пока!

И пошел своей дорогой.

– До свидания! – сказала я ему в спину.

Честно говоря, я тоже была рада, что разговор не затянулся. Наш дядя Ваня – поговорить, ну сам не свой. А мне сейчас единственное, что хотелось, побыстрее добраться до квартиры и задрать вверх уставшие ноги.

…Наконец я дома!

Бросив сумку и пакет на пол в коридоре, я прошла в свою комнату и, упав без сил, пластом растянулась на кровати во весь рост.

Ну и денек!

Эта погоня за Глебом почти меня доконала…

За Глебом или не за Глебом?..

Я закрыла глаза, и воспоминания нахлынули на меня.

…Глеб Сидоров пришел в нашу школу, когда я училась в восьмом классе. А он поступил в десятый.

Женская половина школы тут же обратила на него внимание. Высокий, с темными прямыми волосами как раз той длины, когда еще учителя не говорят «Пора в парикмахерскую!», с серыми выразительными глазами… Тогда все девчонки старших классов, начиная с восьмых, втрескались в него. Хотя, кто знает, может, диапазон влюбленных был шире.

Короче, девчонки на переменках и после уроков обсуждали только Глеба. Каждая пыталась обратить его внимание на себя: проходили мимо, поглядывая с загадочным видом, писали записки с признаниями… А я… просто тихо мечтала и страдала, глядя на него со стороны. Вполне возможно: он так меня и не заметил.

×
×