Кровавая одержимость (ЛП), стр. 1

Тесса Доун

Кровавая одержимость

Название: «Кровавая одержимость»

Автор: Тесса Доун

Серия: «Кровавое проклятие» #3

Перевод: Panther_Lily, Elefant2012

Редактура: Светлана Тертычная, Дашуля Петрова, Наталья Мубарак

Сверка: Sali, Nenaglyada, Largit

Вычитка: Светлана Тертычная

Переведено специально для группы: https://vk.com/books_25

Перевод пролога предоставлен группой: https://vk.com/thedark_wood

Копировать материал без указания переводчиков и редакторов запрещено! Давайте уважать чужой труд!

«Кровавое проклятие‎» ‎

В восьмом веке до нашей эры принц Джейдон и принц Джегер Демир были изгнаны со своей румынской родины после того, как их проклял призрак. Кровавый, перерожденный благодаря крови их многочисленных женщин. Принцы принадлежали к древнему обществу, которое приносило в жертву своих же женщин до полного истребления, потому наказание для них оказалось суровым.

Они были вынуждены бродить по земле в темноте, как существа ночи. Они были обречены питаться кровью невинных и лишены возможности производить потомство женского пола. Согласно проклятию, у них должны были рождаться сыновья-близнецы, которых вынашивал человек, впоследствии умирая при мучительных родах. При этом первый близнец всегда ощущал потребность к самопожертвованию, к искуплению грехов своих предков.

Ошеломленный чудовищностью проклятия, принц Джейдон, чьи руки никогда не проливали крови, умолял своего обвинителя о снисхождении и получил четыре маленьких милости — четыре исключения из проклятия, которые будут касаться только его рода и его потомков.

Ψ Хотя они все еще оставались существами ночи, им было позволено находиться на солнце.

Ψ Хотя они все еще зависели от крови, им не требовалось больше лишать жизни невинных.

Ψ Будучи все еще неспособными произвести потомство женского пола, им была дарована единственная возможность и тридцать дней, чтобы взять в жены человеческую женщину, выбранную богами после знамения, которое являлось на небесах.

Ψ По-прежнему необходимо было приносить в жертву первенца, ведь у женщин рождались близнецы: одно дитя тьмы и одно дитя света. Они жертвовали первым, сохраняя при этом жизнь второму ребенку, чтобы продолжать свой род.

Итак…

Навсегда изгнанные со своей родины в Трансильванских горах Восточной Европы, потомки Джегера и потомки Джейдона стали легендарными вампирами. Они скитались по земле, управляя стихиями, выживая за счет чужой крови. Навеки связанные древним проклятием.

Они были братьями одного вида, разделенные лишь светом и тьмой…

Пролог

800 лет до н. э.

— Наполеан, беги!

Десятилетний мальчик споткнулся, его глаза были полны ужаса. Приказ отца потряс его до глубины души.

— Беги, сынок, быстрее!

— Нет, отец. Я не оставлю тебя! Отец, пожалуйста…

— Беги сейчас же! — Себастьян Мондрагон прижал руку к животу и упал на землю. Его пальцы судорожно сжались в кулаки, а тело скрутило от жуткого спазма. Трансформация началась. Извиваясь от боли, когда-то бесстрашный воин прошептал предупреждение в третий раз.

— Наполеан… сынок… пожалуйста, беги! Прячься!

Мальчик слышал голос отца словно издалека. Он хотел убежать, но не смог, словно прикованный к месту. Завороженный ужасом, Наполеан с трудом сглотнул и продолжал смотреть, как густой чернильный туман окружил искривленное тело отца. Длинные костлявые пальцы с кривыми когтями и узловатыми суставами сомкнулись на горле, прочертили глубокие раны на груди и пронзили внутренности. Кровь закапала изо рта Себастьяна, и внезапно его зубы начали удлиняться, приобретая форму длинных клыков.

Лишь неослабевающий крик боли заставил, наконец, Наполеана отступить.

Мальчик побежал так, как не бежал еще никогда в своей жизни, его маленькое сердце яростно билось в груди, легкие горели от нехватки воздуха. Наполеан проскользнул через жуткий внутренний двор, огибая извивающиеся тела и прижимая руки к ушам, чтобы не слышать бесконечных криков. Повсюду мужчины падали на землю со стонами и проклятиями. Некоторые мгновенно умирали от шока… или от боли. Другие вытаскивали мечи из ножен и сами лишали себя жизни. Оставшиеся уступили жестокой пытке, беспомощные перед лицом окутавшей их тьмы.

Это было их наказание.

Их изменение.

Превращение в нечто противоестественное призрачными духами их жертв. Это было «Кровавое проклятие».

Наполеан не отрывал взгляда от цели: императорский дворец, крепость. Он и его друзья так много раз скрывались там, играя в прятки, убегая от разгневанных родителей, надеясь хоть раз увидеть кого-либо из королевской семьи. Мальчик знал это место как свои пять пальцев и продвигался вперед, отчаянно надеясь туда добраться.

Наконец он подбежал к знакомым серым воротам дворца.

Пролез в маленькую дыру под внешней стеной и свернулся калачиком, попытавшись стать невидимкой. Хотя Наполеан больше и не видел эту жуткую бойню в деревне, безумные крики боли продолжали доноситься до него, как гром во время грозы.

Мальчик дрожал, вспоминая момент, когда принц Джейдон появился из замка, его темно-зеленые глаза остекленели от страха. Он собрал верных людей возле себя, чтобы сделать заявление об их наказании — о том, что вскоре станет их новой жизнью.

Имея в запасе так мало времени на подготовку своих людей, Джейдон сделал все, что мог. Наполеан не понял ничего, кроме того, что последователи принца должны подтвердить свою преданность ему как можно быстрее, до того как начнется трансформация, или им придется встретить намного худшую судьбу.

Хотя отец Наполеана годами служил в тайной королевской страже, сражаясь с постоянно растущими армиями принца Джегера, сам мальчик был слишком мал, чтобы присоединиться. Следовательно, само собой подразумевалось, что он формально причислял себя к правильному близнецу, — на тех же, кто последовал за Джегером, милосердие не распространялось.

Тогда, как и остальные, Наполеан встал на колени, чтобы поцеловать кольцо принца Джейдона, проговорив клятву верности, — до того, как стало слишком поздно, — и принял то, что должно было наступить…

Мальчик вздрогнул, возвращаясь к настоящему моменту. Он пытался быть храбрым, но слезы страха наполнили глаза.

И затем внезапно Наполеан услышал злобный бездушный смех, который становился все ближе и ближе, достигая ушей.

— Нет. Нет. Нет, — хныкал мальчик, глубже прячась внутри расщелины и дрожа всем телом.

Туман закрутился в маленький вихрь, поднялся над землей и низко опустился, как будто у него были глаза, которые могли видеть… прячущегося Наполеана.

— Ты думаешь, что можешь сбежать, дитя? — прошипело жуткое создание, его смех отразился от стен. Пламя возникло из центра тьмы. — Умри, малыш! И переродись в монстра!

Мальчик закричал так громко, что крик взорвался в его ушах, а туман все приближался. Он окутал тощее тело, проник в рот и забрался в легкие.

И затем пришла боль.

Мучительная, безжалостная, непереносимая боль.

Кислота растеклась по его венам.

Пламя охватило все внутренние органы. Кости перестроились. Клетки взорвались. Весь организм изменился, преобразился… умер.

Наполеан слышал свои крики, но они словно принадлежали кому-то другому, кому-то жалкому и ничтожному. Он вцепился в собственную кожу, пытаясь содрать ее. Кусал руки и бился о землю. Корчился, метался и стремился уползти прочь, но ничто не могло остановить его мучения.

О небесные боги!

×
×