Пророчество (ЛП), стр. 50

Не говоря ни слова, он перекатил меня на спину. Проведя пальцем по моим приоткрытым губам, он начал двигаться медленными, неспешными толчками, которые обжигали моё тело. Приподняв бёдра, я обхватила ногами его бёдра и приняла его глубже.

Его ритм ускорился, раз за разом нарастая, проникая всё глубже и глубже, пока я уже не знала, где заканчивался он и где начиналась я. Это казалось таким правильным. Таким идеальным. И было несправедливым то, что должно было быть сделано. Это было неправильно.

Освобождение сокрушило моё тело и сердце. Я закричала, когда его тело резко дёрнулось рядом с моим. И когда мы оба вернулись на землю, мы начали всё с самого начала. Я отчаянно пыталась запомнить ощущение его кожи на моей, её вкус, какая она на ощупь и как пахла. С помощью рук и языка, я боготворила каждый его дюйм, и всё же этого было недостаточно.

Никогда не будет достаточно.

Он притянул меня на колени, скользнув в меня одним движением. Я застонала. — Ты такая красивая и такая сильная. Никогда не забывай об этом. Ни при каких обстоятельствах. Никогда не забывай это.

Слёзы кололи глаза, пока полностью не ослепили меня. — Сет…

— Пообещай мне. Он обхватил ладонью мой затылок, обнажая моё горло. И осыпал дождём поцелуев всю шею. Снова и снова мы занимались любовью, пока первые сумерки не начали сочиться сквозь окна.

И тогда время пришло.

Обняв Сета, я разрыдалась ему в грудь. Мои внутренности скрутило, они заледенели. — Я не могу. Не могу сделать этого.

Он прижал меня к груди. — И не нужно. Я не собираюсь делать это здесь. Я уйду. Так будет легче.

Я отстранилась, положив руки ему на плечи. — Как тебя может это устраивать?

— Да, запросто, — он поцеловал кончик моего носа и смахнул слёзы тыльной стороной ладони. — Я люблю тебя. А любовь бескорыстна.

От этого я заплакала ещё сильнее, потому что я никогда не была бескорыстна в любви. Никогда. — Ты этого не заслуживаешь.

Лёгкая улыбка тронула его губы. — Некоторые сказали бы, что давно к этому всё шло, — Сет нежно уложил меня на кровать и сел. Он несколько секунд разглядывал кинжал: — Я собираюсь уйти. Тебе не нужно…

Паника охватила меня, я встала на колени. — Нет… нет! Пожалуйста. Не уходи. Я буду здесь, — я взяла себя в руки и смахнула слёзы. — Я буду здесь.

Он взглянул на меня. — Я не хочу, чтобы ты это видела.

— А я не хочу, что бы ты был один, — соскользнув с кровати, я подняла платье и оделась, сердце колотилось, в животе мутило. Я встала перед ним: — Пожалуйста. Пожалуйста, не уходи. Я должна быть здесь. Я должна… — я сделал медленный вдох. — Я должна быть с тобой. Должна быть частью этого.

— Джози….

— Я никогда себя не прощу, если позволю тебе быть одному, — это была чистая правда. Я расправила плечи: — Я помогу тебе.

Сет на миг закрыл глаза, и ненадолго я подумала, он скажет мне «нет», но он кивнул. Он встал с кровати и поднял кинжал. — Время настало.

Я оцепенело стояла, когда он медленно опустился на колени рядом с кроватью. Я опустилась рядом, прижимаясь к нему всем телом. — Я не хочу, что бы ты… я не хочу, что бы ты… уходил, — сказала я, потому что не могла заставить себя выговорить правильное слово.

— Я знаю, — Сет поцеловал мои мокрые от слёз губы и отодвинулся так, что его тёплое дыхание согревало расстояние между нами. — Закрой глаза.

Я крепко зажмурилась, но слёзы продолжали течь. Моё сердце полностью разбито, его невозможно исцелить. Из всего, что я пережила, именно это убьёт меня. Мы сможем победить Титанов и спасти миллионы жизней, но я никогда уже не буду прежней. Колоссальная часть меня погибнет медленной смертью, потому что я больше не смогу жить той жизнью, в которой нет Сета.

Но я обхватила руками его кисти рук.

А его руки сжимали кинжал.

— Я люблю тебя, — хрипло прошептал он, прижимая кончик острия к груди, прямо над сердцем. — Я всегда буду тебя любить.

Когда я открыла глаза, из меня вырвался звук, больше похожий на животный. — Я люблю тебя. О, Боже, как же сильно я тебя люблю.

— Я знаю. Я знаю, Джози.

— И я буду рассказывать нашему ребёнку о тебе. Каждый день. Каждую секунду, я буду рассказывать нашему ребёнку, каким великим ты был и как сильно ты любил нас, — сказала я, делая рваные вдохи. — Наш ребёнок будет знать тебя. Я обещаю.

— Спасибо, — Сет вздрогнул. — Я люблю тебя.

Мои руки дрожали на его хватке, я почувствовала, как он отстранился, и в последнюю минуту инстинкт взял верх. Я попыталась остановить его, но… было слишком поздно.

Я закричала, когда он вонзил кинжал себе глубоко в грудь. И последнее, что я увидела это его глаза, его прекрасные янтарные глаза. Думаю, я видела, как в них вспыхнуло удивление.

Вспышка яркого света мгновенно ослепила меня, а потом случился сильный взрыв жара. Меня шатнуло вперёд, когда кинжал выскользнул из моих обессиленных пальцев.

Я была одна.

Я свернулась калачиком, крик боли и отчаяния всё ещё исходил из меня, вырываясь из самой души.

Сет даже звука не издал, убеждаясь, что последние слова, которые я запомню, это как он сказал, что любит меня и теперь… он исчез.

Сета больше нет.

Часть 28

Джози.

— Джози, — вновь прозвучал нежный голос, на этот раз ближе. — Джози, позволь мне помочь тебе.

Сжав руки в кулаки, я не откликнулась на тихую просьбу Алекс. Она проверяла всё ли у меня в порядке уже как несколько часов, на протяжении всей ночи. С каждым разом она становилась немного смелее. Поначалу она просто стучала в дверь, но, в конце концов, она достала ключ, открыла дверь и вошла в комнату. На этот раз она склонилась надо мной и прикоснулась к моим плечам.

И я по-прежнему не реагировала.

Я не могла.

Алекс покинула комнату, и я осталась там, где была со времени как Сет… со времени как он ушёл. Я свернулась калачиком на месте, где он преклонил колени.

Полагаю, Алекс знала что произошло.

Или они услышали, как я кричала ранее.

Хотя вероятней всего, Аполлон вышел на связь с ними. Я не знала.

Ничего из этого не казалось настоящим. Ничего, за исключением боли. Она была слишком кровоточащей и слишком всепоглощающей, чтобы не быть настоящей. И возможности избежать её не было.

Я не могла двигаться. Я не могла спать. Я не могла думать ни о чём ином, кроме Сета… за исключением первого раза, когда я увидела его и услышала, как он заговорил и затем как он впервые поцеловал меня.

Эти события проигрывались в моей голове снова и снова, занося в летопись каждую проведённую с ним минуту, и теперь все секунды, проведённые врозь, казались такой потерей времени.

И я плакала.

Я плакала так сильно, что было сложно представить, как человек мог пролить столько много слёз, и только когда я уже думала, что проплакала все глаза, я вспоминала его последние слова, как он поблагодарил меня и сказал, что любит, и я вновь начинала плакать. Мои глаза опухли. Горло горело, а голова казалась чугунной, но слёзы были нескончаемы.

Боль была бесконечной.

Лёжа в комнате и смотря на кинжал, я подумала о сне, который мне постоянно снился. О том сне, где я была в белом платье и я… я умирала.

Сон был вовсе не обо мне.

Некоторые вещи только сейчас обрели смысл. Белое платье было на мне. Слёзы. Они не перестанут течь. Оцепенение. За болью и скорбью, было только необозримая пустота. Но в моём сне, вся покрытая кровью, умирала я. В реальности, умер Сет, но крови не было.

Мои пророческие способности были отстойными.

Раскрыв кулак, я скользнула рукой по платью к моему животу. Я снова закрыла глаза. Я не знала, сколько прошло времени, но в дверь опять постучали, и на этот раз я услышала, как меня зовёт другой голос.

— Джози? — в комнате был Дикон, и он очень медленно подошёл поближе ко мне.

Прошло несколько минут, и затем я почувствовала лёгкое прикосновение к плечу. Я открыла глаза и уставилась на кинжал.