Мой план (СИ), стр. 65

Открыв телефон, я быстро написала короткое сообщение Лизи: «Всё». Ответ пришёл моментально: «Что всё?». Хихикая, я вновь заводила пальцами по экрану: «Я больше не в твоих рядах». На этот раз подруга не торопилась, вероятно, гадая, что я имею в виду, и чтобы не мучать её, я уже было хотела написать, как в окно постучали, а лицо моей лучшей подруги показалось в темноте. Впустив её в комнату, Лизи ошарашено смотрела на меня в течении минуты, после чего бросилась на меня с визгом и объятиями.

— И… как? — улыбалась она, перейдя на шёпот.

— Эм… смешно.

— Смешно? — поморщилась Лизи, выгнув бровь.

— Ага, — кивнула я, — надеюсь, я ничего не испортила, ты же меня знаешь.

— Да, верно.

Упав на кровать, я коротко пересказала всё Лизи, опуская подробности до минимума. Мне не стыдно делиться с ней всем, как и ей со мной. В детстве мы поклялись на мизинчиках, что всегда будем делиться друг с другом любыми тайнами, разочарованиями, радостью. У нас нет друг от друга секретов, и это делает нашу дружбу кристально чистой. Я не знаю, что могу утаить от неё, она — моя лучшая подруга всю жизнь, и всегда ей будет. Никто и никогда не сможет встать между нами, и когда я говорю никогда, значит, это действительно никогда не произойдёт. Я уверена в ней более чем на тысячу процентов. Лишь сигнал о новом сообщении, отвлёк меня от хихиканья с подругой. И по телу разлилось тепло, когда на экране показалось имя моего парня с вопросом: «Всё в порядке?». Заверив его в том, что всё очень хорошо, я получила пожелание спокойной ночи, на которое ответила взаимностью.

Как бы мне не хотелось смывать с себя аромат Тома, я всё же ополоснулась под душем и упала в кровать, где получила объятия и улыбку Лизи. Я не знаю, кто даровал мне такую подругу, но перед ним я буду благодарна всю жизнь.

— Ты — моя самая лучшая подруга, — прошептала я в темноту.

— А ты — моя, — улыбнулась Лизи.

Глава 23

— Ты в курсе, что у тебя ещё есть мы? — говорит Эван, вышагивая в ногу со мной.

— Ну, да.

— Том — это не мы.

— Я обедаю с вами. На уроках с вами. И даже на переменах с вами.

— Ага. На обеде смотрю на Тома. На уроках думаю о Томе. На переменах ищу глазами Тома.

— Иди в задницу, — хихикаю я.

— Ты окончательно поехала.

— И что?

— Ничего, — кивает он, — но мне нравилось, когда мы играли в бейсбол. Было круто. Чтоб ты понимала: ключевое слово было.

— Хорошо, давай поиграем завтра? У меня сегодня курсы.

— Вот это уже другое дело.

Алиша всё это время молчит, и я подозреваю, что с ней не всё в порядке, но мы не так хорошо общаемся, чтобы я выясняла причину. Но сейчас я вижу, как на ней абсолютно нет лица. Фигурально оно есть, но выражает мрак и тоску. Это мне не совсем нравится. Решаясь вступить с ней в тихий диалог, я уже делаю шаг в кабинет вслед за ними, когда моё запястье сковывает ладонь, вслед чему я резко оборачиваюсь. Серо-голубые глаза Тома смотрят на меня, попутно вытягивая за собой. Если это что-то серьёзное, то ему лучше поторопиться, потому что до начала урока осталась пара минут. Но он молчит, ведя меня за собой, что немного пугает и удивляет.

— Том, мне нельзя опаздывать, все знают скверный характер мистера Боуи, — напоминаю я, но он не останавливается, продолжая идти вперёд и даже больше, он ускоряет шаг.

Выйдя из школы, Том следует дальше, а я уже ничего не понимаю, слушая звонок на урок, который только что помог получить мне штрафное задание за опоздание. Сколько минут — столько тысяч слов. И на моей шее уже тысяча.

— Прыгай, — кивает Том, открыв передо мной дверцу машины.

Задержав на нём несколько секундный взгляд, я всё же послушно занимаю пассажирское кресло. Том прыгает следом и тут же выруливает на дорогу, оставляя школу за спиной. Новое полученное сообщение от Эвана гласит: «Ты заблудилась в дверном проёме? Где ты?», быстро набрав ответ, что я с Томом, и меня, похоже, можно не ждать, я поворачиваюсь к своему парню.

— Ты напоминаешь маньяка-убийцу, что происходит?

Смеясь, Том бросает в мою сторону быстрый взгляд и я уже не так нервозна, как до этой секунды.

— Ты когда-нибудь прогуливала школу?

— Нет, ты же знаешь, что в средней за это тебя прилюдно казнят.

— В старшей сделают то же самое, — улыбается он.

— И ты считаешь, что это должно утешить меня?

— Не-а.

— Может, ты объяснишь, что за спешка и куда мы едем?

— Как ты себя чувствуешь? — в один голос со мной, спрашивает Том.

Выгнув бровь, я смотрю на него, хлопая глазами, после чего издаю смешок.

— А что со мной должно быть?

— Не знаю, — кивает Том, искоса посмотрев на меня.

— Меня пугает твоё поведение и вопросы, — улыбаюсь я, — но да, со мной всё в полном порядке, как ты успел заметить, а вот на твоём месте я бы не радовалась.

— Почему? — смеётся он, смотря на меня, пока светофор отчитывает секунды красного.

— Ты напишешь за меня сочинение для мистера Боуи.

— Алекс, ты ведь знаешь, что он их не читает? Ему нравится сам факт наказания.

— Серьёзно?

— Вполне. Эллиот написал ему о том, как успел сходить на свидание сразу с тремя в один вечер и получил отлично.

— Может, это была обычная мужская солидарность.

— О, он не упустил ни одну деталь своего вечера, так что вряд ли. Если бы в действительности читал, то в личном деле Эллиота могла лежать парочка новых листов и его сочинение тоже.

— То есть, если я свалю всё на тебя, нам ничего не будет?

— Я бы так не рисковал, — улыбнулся Том, — хотя, пиши.

— Хорошо. Может, теперь я достойна, услышать ответ на свой вопрос?

— Да, — пожимает он плечами, — погуляем.

— У меня остался один урок, к чему эта спешка? — смеюсь я, хотя не могу лгать о том, что адреналин бурлит в крови, и мне нравится сей факт, что мы сбегаем ото всех.

— Не знаю, наверно, не хочу терять времени, потому что погода может испортиться в любой момент.

— Ладно, всё равно уже слишком поздно.

Том награждает меня ослепительной улыбкой, под которой я очередной раз дурею.

— У меня курсы в пять.

— Хорошо, сходим.

— Сходим? Ты пойдёшь со мной? — ахаю я, смотря на него с шоком.

— Да, ты же ходишь со мной на бейсбол, при этом ненавидишь его.

— Не правда! — возражаю я, — он мне нравится.

— Ты сама веришь в это?

Поджав губы, я хочу кивнуть, но получается, и кивнуть и отрицательно покрутить головой. Отлично, я отлично умею лгать.

— Нет, — хмыкаю я, заливаясь смехом, — хотя, может быть иногда, когда настроение располагает или когда… кхм… нет, только когда ты тренируешься со мной или играешь сам.

— Я никогда не был на подобных курсах, посмотрим, что из этого получится.

— Хорошо, — улыбаюсь я, примкнув к его плечу.

Том, улыбаясь, целует мой лоб и следит за дорогой, чего не делаю я. Мой взгляд блуждает по его рукам, на которых выделяются вены; даже закатные рукава до локтевого сгиба серой водолазки не смущают меня, ведь я отлично помню его тело. Что ж, Алекс, вчера эти руки гуляли по твоему телу, и держу пари, я соглашусь на это последующие миллиард раз. Закрыв глаза, я возвращаюсь в те минуты, когда снимаю с него одежду и в эту же секунду чувствую, как внизу живота разливается тепло, желая получить продолжение. Солнце ослепляет, и я жмурюсь под тёплыми лучами. Знала бы я, что в ноябре буду его девушкой и успею попрощаться с девственностью, то в таком случае могла иметь стимул изобрести машину времени.

— С тобой точно всё хорошо?

Подняв голову, я вскидываю бровь и улыбаюсь, рассматривая профиль Тома, когда он бросает в мою сторону быстрый взгляд.

— Что? Я просто беспокоюсь.

— Очень мило, — хихикаю я, легонько подтолкнув его в бок, — я в полном порядке. Я выжила и всё прекрасно.

— Выжила?

— Ну, да, это же всего лишь секс. Возможно, что сейчас половина людей на планете им занимается.

Том давится толи воздухом, толи слюной, посмотрев на меня, как на сумасшедшую.

×
×