Заклинатель (СИ), стр. 23

— Это пациентка из триста первой? — спросил он, посмотрев на меня.

Не дожидаясь ответа, врач снял с каталки мою медкарту и пробежал ее взглядом.

— Куда вы ее везете?

Феб замешкался с ответом. К этому времени мы были всего в десятке метров от запасного выхода. Ничего кроме него в этой части коридора нет. Вряд ли байка о моем переводе в другую больницу сработает. Такой приказ должен был поступить свыше. Все были бы в курсе, и в моей перевозке участвовало бы куда больше теламонов рангом повыше медбрата.

Врач обернулся, прикинул направление коридора и нахмурился. До него дошло, что дело нечисто. Злата не стала дожидаться, пока он позовет на помощь. Она стояла к врачу ближе всех и просто врезала кулаком ему по лицу. Тот рухнул на пол как подкошенный.

— А что? — ответила она на наш с Фебом немой вопрос. — У меня не было выбора. Он все понял.

— Поторопимся, — опомнился Феб, — пока нас не хватились.

Последние метры до выхода мы преодолели бегом. Каталка грохотала по коридору. Несколько раз на дороге возникали препятствия в виде теламонов, но Феб быстро их устранял. В итоге наш путь был усеян телами мужчин в белых халатах.

Из больницы мы вырвались на полном ходу. Злата, которой Феб передал управление каталкой, едва успела притормозить перед автомобилем. Пассажирская дверца последнего открылась, и оттуда выбежала Рада.

Она помогла мне встать с каталки и перебраться в машину. Сестра практически несла меня на руках. Но ни Феб, ни Арей, который сидел за рулем автомобиля, не спешили на помощь. Теламоны предпочитали меня не касаться. Ведь на мне была теуи главнокомандующего. Законы теламонов запрещают дотрагиваться до чужой женщины. Впрочем, это не помешало им устроить мой побег.

Спустя минуту автомобиль, взвизгнув шинами, сорвался с места. На бешеной скорости он уносил наш квинтет прочь от больницы, а лично меня прочь от главнокомандующего.

Я откинула голову на подголовник сиденья. Меня все еще мутило от слабости, но главное я совершенно запуталась и не понимала, что чувствую. Вырвалась. Наконец-то. Отныне Аид меня не достанет. Теперь я счастлива?

Увы, я не испытывала даже радости. Только какое-то странное ощущение, будто меня закружил водоворот, и я никак не могу выплыть. Все несусь и несусь по течению. А чего хочу я сама? Как бы это понять…

22. Он

Пять дней Аид не покидал больницу. Постоянно дежурил у постели своей пары. К счастью, врачи утверждали, что девушка пошла на поправку. Жар спал, теуи потихоньку приживалась. В больнице ей обеспечили лучший уход и лечение, какие только могли предоставить теламоны.

И все же видеть Дарью бледной, в оплетение трубок и проводов было невыносимо. Аида мучили угрызения совести. Он устал навязываться и принуждать. Он ведь не такой. Никогда не заставлял женщин что-то делать против воли.

Все это чересчур для него. Он едва выдерживал накал. Непривычный к эмоциям Аид буквально сгорал в них. Еще немного и превратится в пепел, из которого уже вряд ли восстанет подобно фениксу.

Зараза! За что Даша так с ним? Почему отвергает его даже ценой своей жизни? Он на все ради нее готов. Происходящее с ним напоминало агонию. В Аиде умирал теламон и рождал кто-то другой, новый. И этот другой отчаянно нуждался в землянке по имени Дарья Соколова.

Он питался больничной едой, спал в кресле, кое-как приводил себя в порядок в ванной комнате палаты. Но на шестой день ему пришлось отлучиться из-за срочных дел. Часть бумаг ему привозили прямо в больницу, но в этот раз дела требовали его личного присутствия. Главнокомандующий не имеет права надолго покидать свой пост. Такова обратная сторона власти.

За ним прилетел личный аэролет. Аид поставил у дверей палаты охрану, а потом заставил летчика выжать из аэролета максимальную скорость. Не хотел долго отсутствовать.

В кабинет ворвался на полном ходу. Сперва бумаги: на столе уже лежали заранее приготовленные папки. Потом встречи, которые ждут уже давно. Старая привычка не позволила подписать все не глядя, хоть бегло, но Аид должен ознакомиться с документами.

Первая папка касалась выделения дополнительных средств на разработку капсул жизни из местного сырья. Не такой важный вопрос. Он точно не требовал немедленного рассмотрения.

Аид просмотрел список якобы срочных встреч. Все визитеры действительно нуждались в решении главнокомандующего, но ничего неотложного среди них не было. Парочка споров, одна жалоба, выделение средств. Пустяки.

Единственное, что представляло интерес — отчет по поиску того, кто послал ему видео. Аид отдал распоряжение секретарю разобраться в этом деле. Но отчет не содержал ценной информации. Айпи адрес «доброжелателя» вычислить не удалось. Это был тупик.

— Зайди ко мне, — вызвал Аид секретаря по селектору.

Тот появился спустя секунду.

— Я приехал, так как мне сообщили, что срочные дела требуют моего вмешательства, — сказал Аид. — Где они?

— Папки со всеми делами последних дней у вас на столе, сэр.

— И это все? Что здесь важного?

— Я не знаю, сэр. Сообщение о срочности посылал не я.

Аид собирался спросить, кто в таком случае его отправил, но так и не задал этот бессмысленный вопрос. Прямо сейчас это было неважно.

— Немедленно позвони в больницу и прикажи усилить охрану у палаты моей пары, — велел он секретарю. — И пусть заводят аэролет. Я возвращаюсь. Сейчас же.

Дурное предчувствие — вот что это было. Еще ничего не случилось, а он уже знал, что беда рядом. Из аэролета набрал охранника, дежурившего у палаты. Ответа не последовало. Чтобы теламон не взял трубку, когда ему звонит главнокомандующий — подобное невозможно. Значит, что-то стряслось.

Его нарочно выманили из больницы якобы неотложными делами. Не было никакой срочности. Зато была необходимость убрать его подальше от Дарьи. Чтобы он не помешал. Чему? Естественно, ее похищению. Именно так Аид рассматривал происходящее. Даша не сбежала от него. Нет, ее нагло выкрали. И, когда он найдет воров, они пожалеют, что появились на свет.

В больнице его встретила пустая койка, охранники без сознания в ванной комнате и пятеро теламонов из числа медперсонала с ранами разной степени. Но хуже всего было то, что он не чувствовал свою пару. Пытался ее найти через теуи и натыкался на пустоту.

В ярости Аид разгромил палату: перекинул стойку с капельницей, сломал прибор, считывающий показания больного, выкинул в окно тумбу, попутно разбив стекло. Та упала на припаркованный под зданием автомобиль, и округу огласила сигнализация.

Никто не решался зайти в палату, пока там бесновался главнокомандующий. Подчиненные толпились под дверью, ожидая, когда волна гнева спадет. Для них эмоции Аида были чем-то новым, неизведанным и пугающим. Впрочем, как и для него самого.

Немного спустив пар, он пришел в себя и отдал приказ просмотреть видеозаписи, хотя уже знал, что они покажут — как Дашу вывели из здания. Путь ее похитителей, усеянный телами, вел к запасному выходу.

Часть видео была стерта. Те записи, где похитители попали в объектив камер, тоже ничего не дали. Они были в одежде медперсонала и в масках — не опознать. Машина, куда Даша села, угнанная. Но, несмотря на отсутствие улик, Аид точно знал, где сейчас его пара. Разумеется, у командора восточной части Северного полушария. Его жена по совместительству сестра Дарьи не могла оставить это дело. Ей мало было подослать в его дом шпиона, она пошла дальше: выкрала его пару. Ни ей, ни ее мужу это с рук не сойдет.

Аид давно знал одну интересную деталь о семье командора. Он не планировал это использовать, но они его вынудили. Теперь пусть берегутся.

23. Он

Спустя час после исчезновения Дарьи Аид уже был в Башне — командном центре восточной части Северного полушария. Когда он приехал в город, Арей предлагал ему поселиться здесь, но Аид предпочел отдельный пентхаус. Он соблюдал дистанцию с подчиненными. Никаких личных отношений. Но теперь, похоже, придется нарушить собственные принципы.