Туманы Унарры, стр. 37

— Хорошо, — хмуро согласилась Нелла, — освободим вашу квартиру. Но завтра.

— А может, прямо сейчас? — почти без надежды спросил инор.

— Завтра, — упрямо повторила девушка.

И лицо у нее было такое, что хозяин квартиры понял — настаивать бесполезно, здесь как бы хуже не сделать. А то оскорбленная в лучших чувствах инорита останется на весь срок, указанный в договоре, недействительность которого придется доказывать в суде. Девушки, оставшиеся без женихов и без денег, все принимают слишком близко к сердцу. Хотя… У этой же есть муж… Видно, именно об этом подумал хозяин квартиры, потому что последним его вопросом было:

— А семейного жилья у вас нет?

— Есть, — успокоил его Федерико. — Но в другом городе. В Ровену мы приехали ненадолго и завтра уедем.

Инор еще некоторое время постоял. Сбивчивые извинения перемежались у него с пожеланиями скорейшего отъезда и счастливейшей семейной жизни. Когда наконец удалось закрыть за ним дверь, с облегчением выдохнули оба: и Нелла, и Федерико.

— Вернемся к нашему разговору? — предложил Федерико.

— К какому разговору?

— Который был до прихода этого типа.

— Мы же не разговаривали…

— Вот именно…

Федерико потянулся к жене, но в этот раз она легко увернулась и отошла на расстояние, которое, наверное, посчитала безопасным. При желании Федерико легко бы преодолел его за единый миг. И желание у него было…

— Не надо, — Нелла выставила перед собой руки в защитном жесте, словно на нее кто-то собирался нападать. — Не надо ко мне подходить. Хватит с меня всего этого.

Вид у нее был донельзя расстроенный. Вот ведь сволочь этот Гросси! Вроде и нет его рядом, а все равно умудрился нагадить. Причем в тот самый момент, когда Федерико уже решил, что дело сдвинулось с мертвой точки.

— Конечно, хватит. Нужно бы на него заявление написать.

Нужно бы, но в сложившейся ситуации бессмысленно. Этот негодяй вывернет все так, что они же и окажутся крайними, преследующими пострадавшего влюбленного, который просто хотел помочь бывшей невесте. Заявление Гросси, лежащее в унаррском Сыске, сильно ограничивало их возможности. Предусмотрительный оказался проходимец. Наверное, поняла это и Нелла, так как пренебрежительно махнула рукой и сказала:

— Буду считать это платой за свою глупость. Но больше никаких выплат. Никому. — Она выразительно посмотрела на мужа и добавила: — В том числе и вам, инор капитан.

И этот переход опять на «вы» неимоверно расстроил Федерико. Вот только что, буквально полчаса назад, они были близки как никогда раньше, и вот все опять вернулось на круги своя. Он с отвращением огляделся. Казалось, всю квартиру пропитал дух Гросси, все здесь напоминало об этом негодяе. Да здесь просто воняет!

— Так, — Нелла заглянула в комод, — чистое постельное белье Кристиано забрал. Придется вам, инор капитан, ночевать на этом. Как-нибудь одну ночь перетерпите. Тем более, — с неожиданной ехидцей добавила она, — здесь спала Паола. С воспоминаниями о ней вам не будет одиноко.

После этого Федерико окончательно здесь разонравилось. Что ему до того, где ночевала или будет ночевать Паола? Нелла его привлекала куда больше.

— Без тебя мне будет везде одиноко, — попробовал он пошутить.

— Думаю, вы прекрасно найдете мне замену, — возразила Нелла. — В любом случае я здесь ни на минуту не останусь. Меня тошнит от всего этого.

Федерико понял, что он тоже здесь не останется, да и жену нужно проводить. Кто знает, какие планы у преступника, который напал на Паолу, вдруг тот решил, что если уж рвать ниточки, то все? С ним, Федерико, Нелле было бы безопаснее, и ради нее он даже готов перетерпеть ночевку в этой отвратительной квартире, поначалу показавшейся даже симпатичной, но если уж эта инорита что-то себе в голову вбила, то и поступит по-своему.

— Поблизости от Академии есть гостиницы? — спросил он.

— Есть. А зачем вам?

— Затем, что сейчас я провожу тебя до общежития, сниму номер поблизости, и утром зайду за тобой. Здесь я бы остался ради тебя. А так… — Он окинул прощальным взглядом обстановку. — Вернем ключ и забудем.

— Вернем, — согласилась Нелла.

Держалась она отстраненно и независимо, но Федерико был уверен: не так уж он ей и безразличен, если она ответила на поцелуй. Значит, нужно просто немного терпения и настойчивости.

Он проводил девушку до ее комнаты в общежитии и самым наглым образом воспользовался тем, что Неллиной соседки там не оказалось. Второй поцелуй оказался ничуть не хуже первого, а даже лучше, потому что по его окончании жена выдохнула:

— Федерико, нехорошо…

Что нехорошо, узнать не удалось, потому что соседка как раз вернулась. Замечательная инорита. Не каждой дано так тонко чувствовать нужный момент. Наверное, специализируется по предсказаниям. Надо будет уточнить у Неллы завтра. Или не надо? Действительно, что ему за дело до чужих специализаций? Неужели они с Неллой не найдут более интересных тем для беседы?

Засыпал Федерико почти счастливым. Почти, потому что для полного счастья ему не хватало рядом жены. Но теперь это не казалось чем-то невозможным.

ГЛАВА 24

Нелла упорно старалась не смотреть на Федерико. Почему-то когда она на него смотрела, то начинала краснеть, неудержимо и жарко, сразу захватывали воспоминания о вчерашних поцелуях и она не могла больше ни о чем думать. Хорошо, что так вовремя пришел хозяин квартиры, а то только Богиня знает, чем закончились бы эти поцелуи. Нелла искоса бросила взгляд на мужа. Ему-то что! Вон какой невозмутимый, словно и не было ничего.

Нелла чувствовала, что совсем запуталась. И не только в личной жизни, в профессиональной деятельности тоже было не все гладко. Недаром завкафедрой артефакторики так серьезен сейчас. Он внимательно ее выслушал, а потом не менее внимательно начал изучать то, что она восстановила по памяти. По мере изучения листочков все больше хмурился и наконец сказал:

— На первый взгляд это действительно артефакт, срабатывающий при приступах витасуаре. Но как правильно отметила инорита Виллани…

— Инора Каталано, — ревниво поправил Федерико.

И не только поправил, но еще и обнял жену. Нелла отметила, что посмотрел он при этом не на заведующего кафедрой, а на аспиранта, вчера заставившего их весь день прождать инора, которого не было и который не собирался появляться в Академии. У аспиранта стал вид необычайно кислый, а ведь это они еще не пожаловались на обман. Может, и стоило бы?

— А вы — инор Каталано? — удивленно уточнил заведующий. — Насколько мне помнится, инорита недавно собиралась замуж совсем за другого. Я еще намекал ей, что искать пару лучше в своей среде, особенно столь талантливым особам.

На свою студентку он посмотрел с осуждением. Аспирант поддерживающе прокашлялся. Ветреность — не слишком похвальное качество, даже если оно не направлено на работу, и уж если ее проявлять, то только переключаясь на более достойный объект, со своей родной кафедры. Но про Кристиано вспомнили напрасно, Федерико нахмурился, у Неллы настроение окончательно испортилось, хотя и до этого было не слишком радужным: с ее-то подозрениями по артефактам для бывшего жениха.

— Это к делу не относится, — несколько резче, чем следовало, сказала она. — Мы сейчас говорим про схему, а с ней что-то неладно.

Заведующий кафедрой тут же переключился на артефакт. В самом деле, что такого интересного в замужествах студенток, пусть даже они собираются делать у него диплом? Все или почти все студентки рано или поздно выходят замуж, и не все ли равно за кого? А вот артефакты… В них столько тайн и загадок, что жизни недостаточно, чтобы все охватить, а значит, и отвлекаться на ерунду не стоит.

— Так вот, — деловито продолжил заведующий, словно и не вспоминал неудачную Неллину помолвку, — сдается мне, что вот этой завитушки, на которую указала… инора Каталано, здесь быть не должно. И я уверен, что к классической магии она отношения не имеет.