Туманы Унарры, стр. 10

Федерико зевнул. Хотелось спать, а не ломать голову над загадкой. Тем более что самое простое решение — уточнить завтра у слуги, в каком именно кафе. И потом он непременно наведается туда сам, уж очень вкусным оказался ужин. Но сейчас главное — дойти до кровати, а не уснуть где-нибудь по дороге.

Но в спальне его ожидал неприятный сюрприз: кровать оказалась занята. Да, про жену-то он совсем забыл. Ладно, переживет. И Федерико, недовольно сопя, начал раздеваться.

— Здесь сплю я, — предупреждающе сказала Антонелла.

— Ну извините, у меня других спален нет.

— Можете поспать в гостиной, она у вас есть. И там очень симпатичный диванчик.

— Если он вам так нравится, охотно его уступаю. Можете даже подушку забрать. Одеяло не отдам — оно одно.

— Вы мне казались таким воспитанным инором, — жена попыталась ему польстить.

— Первое впечатление часто бывает обманчивым.

— Могли бы и уступить мне кровать как… гостье.

— Я вас в гости не звал, — отрезал Федерико. — Жениться на вас тоже не собирался.

— Вот и нужно было не убегать утром, а сразу развестись.

— Завтра разведемся, — щедро пообещал Федерико. — Вот прямо с утра.

Он подхватил с кровати подушку и взял из шкафа плед. Ладно уж, поспит в гостиной, орк с ней, с этой женой, еще начнет рыдать, выяснять отношения, которых нет и не предвидится, а ему надо выспаться.

— Спасибо, — донеслось ему вслед. — И спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — мрачно ответил капитан.

Кто бы мог подумать, что она вот так запросто отвоюет у него кровать…

ГЛАВА 6

Поначалу Антонелла думала убирать лишь для видимости, а когда найдет какие-нибудь бумажки с именем и фамилией мужа, записать данные и пойти к нему на работу. Слуга, конечно, обратился к ней как к иноре Каталано, а она сама вспомнила, что Паола называла мужа Федерико. Но все же подтверждение нужно, а то вдруг его зовут как-то по-другому, вот стыд-то будет… Еще решат, что у нее что-то с головой не в порядке.

— Вы уж простите, инора Каталано, что я вам не поверил, — смущенно вертелся вокруг нее слуга, который даже соизволил представиться как Гвидо Колуччи. — Дело в том, что женитьбу инора капитана ничего не предвещало. А он не похож на тех, кто женится вот так, с бухты-барахты.

— У нас вчера случилось временное умопомешательство, — ответила Антонелла, разумно умолчав о том, что умопомешательство случилось у нее, а Федерико был настолько пьян, что мало осознавал происходящее, фактически она действительно женила его на себе. — Но сегодня утром оно прошло, и мы сразу решили развестись.

— Как это развестись? — всполошился Гвидо. — И не думайте. Никакое это не умопомешательство, это рука Богини вас свела. Умопомешательство у хозяина случилось, когда он предложение Морини сделал. Какое счастье, что она ему отказала!

С этим Нелла никак не могла согласиться: если бы капитан женился раньше, то сама она вчера не потащила бы его в Храм.

Слуга капитана ходил по пятам и пел дифирамбы своему хозяину. В таких условиях искать документы было невозможно. Нужно было срочно его куда-нибудь отправить.

— Гвидо, вы же хотели на рынок, а я вас задерживаю, — намекнула Антонелла.

— Инора Каталано, я и позже могу сходить, а вдруг вам помощь потребуется: подвигать чего или еще что. На рынок я и завтра схожу. Продуктов у нас пока хватает.

Пришлось не делать вид, а действительно убирать. Для начала Антонелла собрала все разбросанные вещи, среди которых была и одежда мужа, не слишком чистая. Пожалуй, это подходящий повод отослать слугу из дома.

— Гвидо, а кому вы отдаете в стирку одежду? — доброжелательно улыбнулась девушка. — Я смотрю, уже много грязного накопилось.

— Раньше я сам стирал, — гордо возвестил слуга. — Но это тогда, когда у инора капитана жены не было. Теперь вы наверняка захотите все это взять в свои руки. И потом, вот эту рубашку вы совершенно напрасно в грязное белье положили. Инор капитан ее еще ни разу не надевал после стирки. Не смотрите, что она мятая — я просто ее еще не погладил.

Антонелла с сомнением посмотрела на засаленный ворот: гладить столь грязное белье — это преступление. Сначала постирать нужно.

— Не проще ли было отдавать прачке? — спросила она. — Или ваш хозяин все пропивает?

— Что? — возмутился Гвидо. — Да инор капитан совсем не пьет! Так, разве что иногда пропустит стаканчик-другой. Но это никак нельзя назвать пропивает.

Если желание пропустить стаканчик-другой не появляется через каждые полчаса. Но вслух Антонелла ничего такого не сказала. В конце концов, какая ей разница?

— С его работой и пить нельзя, — продолжал бушевать слуга. — Там нужно трезвую голову иметь, это не с обычными преступниками общаться, а с магами, которые и приложить нехило могут, если зазеваешься. Вон, недавно совсем, убили молоденького лейтенанта. Только-только сюда прислали, и вот. А все почему?

— Тоже был пьян?

— Да что вас заклинило? Не пьют в отделении магического Сыска! Не пьют! — Гвидо оскорбился по-настоящему. — Это вчера инору капитану пришлось к родителям погибшего ехать, вот, видно, он немного и принял, чтобы тяжесть с души снять.

Антонелла засомневалась, верит ли сам слуга в то, что говорит. Нет, его желание переложить часть обязанностей на другого понятно, но нельзя же было не заметить, в каком состоянии был хозяин утром.

— А Доменико этот слишком доверчивый был. Не ждал пакости от того, кого к себе слишком близко подпустил, вот поэтому и погиб, — почти спокойно продолжил Гвидо. — На инора капитана тоже не один раз покушались, но его не проведешь, нет. Вот что я вам скажу, инора Каталано, повезло вам с мужем. Пойдемте, покажу, где таз для стирки и все остальное, — неожиданно завершил он.

Антонелла настолько растерялась от такого резкого перехода, что не только безропотно пошла, но еще и замочила белье, как будто действительно собиралась стирать. Гвидо говорил и говорил, словно перед этим вынужденно молчал несколько лет и теперь не мог остановиться. Из его пылкой речи Антонелла уяснила одно: идти на работу к мужу бесполезно — его там может и не оказаться, потому что, по мнению слуги, он постоянно где-то кого-то опрашивает или задерживает. У самой Неллы было несколько другое мнение, где проводит время капитан, сильно отличавшееся от мнения Гвидо. Да, выйти замуж оказалось проще простого, а вот развестись… Антонелла вздохнула.

— А Морини эта к нему липнет неспроста, — важно вещал Гвидо. — Наверняка по уши в каких-то махинациях замешана. Я вот даже думаю, не причастна ли она к этим убийствам.

— К каким убийствам? — навострила уши Антонелла.

Ей вспомнилось, как Паола говорила о том, что Федерико нужна приманка для маньяка, и приманка эта должна удовлетворять определенным требованиям.

— Убивают молодых магичек, — пояснил Гвидо. — Я думаю, Морини с конкурентками разбирается. Инор капитан не верит, но так она все силы прикладывает, чтобы… — тут он вспомнил, что говорит с женой обсуждаемого объекта, и смущенно продолжил: —…чтобы казаться законопослушной.

Что ж, поверить в то, что Паола использовала своего любовника, Антонелла вполне могла. Иначе для чего ей связываться с субъектом столь сомнительных достоинств? Какой толк от того, кто все время пьет? А вот прикрыть тылы в отделении по магическим преступлениям… Антонелла машинально прищелкнула пальцами, запуская очищающее заклинание в гостиной.

— Так вы тоже из этих будете? — восхищенно сказал Гвидо.

— Из кого «из этих»?

— Так из магов же.

— Пока нельзя сказать, что я полноценный маг. Учусь. Но кое-что умею, — подтвердила Нелла. — А уж бытовые заклинания даже первокурсники знают. Странно, что мой муж их не использует, — подпустила она шпильку.

— Будет он Дар на всякую ерунду тратить, — отмахнулся Гвидо. — У него для этого я есть.

Антонелла выразительно фыркнула, намекая на беспорядок в квартире. Слуга не менее выразительно улыбнулся, намекая, что теперь это ее забота. Размечтался! Нет уж, самое позднее завтра ее здесь не будет, и Гвидо придется самому решать все вопросы, касающиеся хозяина. Прачку нанять им точно не помешает.