Испытательный срок. (СИ), стр. 2

— Баольбин! — тихонько позвала я.

Буккан свесился из люка в потолке и прошептал:

— Госпожа. Баольбин хорошо себя вел? Вы довольны, что он наказал злую хуми за ложь.

— Ты просто чудо, Баольбин, — с чувством сказала я. — Я очень довольна. Надеюсь, злая хуми не останется квакушкой на всю жизнь.

— Нет, госпожа. Заклятие рассеется с рассветом.

— Малья? — с волнением спросил Михо, засовывая голову в телегу.

— Она здесь, — отчитался буккан с гордостью. — Баольбин скрыл вашу милую свинку заклятием невидимости. Чтобы злые хуми не обидели славное животное.

Буккан подозвал Малью, и та, появившись прямо из воздуха, с радостью воссоединилась со своим хозяином. Прислужник доплелся до нас, наконец, и с мученическим лицом вернул деньги, переданные обозными магами. Глядя на хитроватую рожу парня, трудно было поверить, что он отдал все, но никто толком не знал, сколько стоил остаток пути до Обры и не удержали ли маги чуток монет в качестве моральной компенсации, а такое, по словам Сонтэна, тоже могло произойти.

Мы обошли площадь, расспрашивая магов недавно прибывших обозов об их маршруте, но, как на зло, конечным пунктом у всех значилась Тунница. Прислужник по имени Тбор, продолжая ковыряться в носу, невнятно сообщил, что телег ходит много, но из-за войны эльфы всех проверяют и отбирают места для своих воинов. Да и тележных магов мало стало, всех призвали. Осталась лишь…

— … так, шушера всяка, — недовольно сказал парень, выразительно покосившись на здание постоялого двора.

— Что будем делать? — спросила я.

— Ждать, — ответил Сонтэн. — обойдем все станции окрест Тунницы, поспрашиваем. Нужны лошади, чтобы, если будет крайняя необходимость, нанять тягловую силу и дотянуть телегу до других станций.

— А если продать телегу и купить лошадей? Или осликов? — предложила я, внутренне содрогнувшись: с детства не ездила верхом и воспоминания о нескольких уроках в школе верховой езды хранила не самые приятные.

— Лошади очень дороги, — терпеливо объяснил Сонтэн. — Ослы, впрочем, тоже. Но беда не в этом. На тракте их ждет суровая и короткая жизнь. Нечисть в мгновение ока сманит живность с дороги, никакое Плетение не поможет. Нечисть сплотилась и нападает сообща. Обозы или патрули – другое дело, на обозах много людей и магии от движения телег, патрули носят с собой оружие и сильные боевые Нити, которые нам приобрести негде. Кроме всего прочего, нам нужно будет очень быстро преодолевать расстояние от одной станции до другой, особенно дальше, на севере, где станций мало. Животные на это не способны, придется сходить с тракта, а это очень опасно.

— А заговоренные тропы между поселениями?

— Надеюсь, нам не придется ими пользоваться. Только в самом крайнем случае. Там нужен договор, шебо. Ты же помнишь, как ублажала нечисть у Тонких Озер?

Еще бы, конечно помню. Одно из напоминаний об этом трогательном моменте даже живет у меня за перегородкой.

— Ладно, устроимся как-нибудь, — продолжил старый маг со вздохом.

— О нет, — простонала Лим чуть не плача. — Опять в телегу.

Все с тоской посмотрели на повозку. Еще пара дней в тесноте, и мы друг друга поубиваем. И так хочется выспаться на нормальных кроватях и вымыться по-человечески, не стуча зубами в продуваемых всеми ветрами деревянных будочках!

— У хозяйна Банчиса, — еле шевеля языком, флегматично выговорил Тбор, —свободные комнаты естя.

Сонтэн достал из-за пояса кошель с нашими деньгами, оставшимися от покупки еды, высыпал монеты на ладонь, добавил к ним те, что отдал нам Тбор. Ну что ж, гулять так гулять. Я присовокупила к кучке золотую монету. То же сделал и Эгенд. Лим робко сунула в руку мага пару серебрушек. Михо положил сверху кучки большую серебряную монету с драконьим профилем на «орле». Огунд сунулся со своими медяками, но его отодвинули в сторону. Все выжидательно посмотрели на файнодэра. Узикэль с мрачным лицом отошел к телеге и сел на приступку. Смирение – качество достойное.

Почтенный Банчис нашему появлению сначала не очень обрадовался. Он возился на заднем дворе, оттирая от копоти жаровни после наплыва постояльцев. Хозяин оказался крепким немолодым орком, немногословным, но с очень выразительным взглядом из-под низких бровей. Сим взглядом был немедленно удостоен прислужник Тбор, однако рабский пояс не способствовал расторопности парня. Медленно, с отрешенным видом, Тбор подобрал брошенную в него тряпку и принялся сонно двигать ветошью по бурым бокам жаровен. Банчис понаблюдал за парнем, устало сплюнул и пошел показывать нам комнаты.

— Сброшу по четыре медных, если сами приберетесь, — пробурчал он, поднимаясь по лестнице на второй этаж. — Я гостей уже не ждал. Обозы здесь нынче долго не стоят. Мне убытки одни. Говорят, орочий праздник в этом году не состоится, а я с него полгода кормлюсь. Служанка руку ушибла, а от этого дурня проку мало. Вот, смотрите комнату. Тут еще одна. Одеяла дам, дрова в сараюшке, жаровни где, вы видели. Если желаете, тутошний маг Нити сплетет на кровати от плохих снов и неспокойных духов.

— У вас и маг есть? — удивился Сонтэн.

— Есть. Прибился один, эльфийское отродье, от призыва бегает, он тут и за мастера, и так, по хозяйству. Нужон?

— Сами справимся.

— Как хотите.

Банчис направился к дверям, но Сонтэн его окликнул:

— Почтеннейший, а отчего обозы так рано ушли? Им до завтрашнего утра вроде стоять полагалось. И праздник опять же скоро.

— Полагалось. Да только приказ был как можно скорее народ развести. Через три дня основное войско на тракт выступает. Там уж не до обозов будет. И не до праздников. Остроухие велели по домам сидеть, лишний раз не шнырять. А кто на пути попадется, того с тракта сведут.

— А по старым трактам? Ездить можно?

— А что по старым? Кто туда нечисти в пасть полезет? Эльфы по главным пойдут. Хотя кое-кто и полезет. Тут давеча караван комедийский проходил. Народ веселый, но бесшабашный. Решили по старым дорогам прокатиться, чего-то там найти заковыристое. Уж как я их уговаривал – не уговорил. А вы не иначе те, кого утром за черное колдовство отцепили? — насторожился Банчис. — Я, слышьте, у себя на дворе колдовства не потерплю! Если правда, что та баба дурная кричала, убирайтесь! Сейчас мага позову!

Сонтэн не без труда убедил хозяина, что мы не черные маги, а та баба, что громче всех кричала, действительно дурная. Да и проклятая своим наговором. Банчис кваканье слышал и успокоился, даже развеселился, заставив Огунда пересказать историю с нарушенным шебо на бис. Чтобы окончательно задобрить хозяина и разрешить Малье ночевать с нами, я подарила ему узелочек с индийской гарам-масалой. Банчис совсем повеселел, на радостях пообещал подогнать нескольких слуг-бруни, которым он из-за отсутствия клиентов дал выходной, если мы расщедримся еще на пару щепоток специй им на еду.

Бруни согласились прибраться в комнатах и помочь перетащить вещи из телеги. Баольбин наотрез отказался переселяться с нами в здание, заявив, что не уживется с домашним мелким народцем, «вечно сующим нос, куда не надо». От Узикэля факт присутствия в телеге буккана пока удалось скрывать. Баольбин обещал тихой мышкой сидеть на втором этаже, если я стану носить ему еду. Буккан все порывался мне что-то рассказать, но я едва успевала шепнуть ему несколько слов, пока ходила туда-сюда с котомками. Оказывается, за несколько недель в телеге мы успели обрасти некоторым коллективным имуществом, в основном благодаря Михо, который оказался очень хозяйственным и запасливым молодым человеком.

Комнаты нам достались просторные. В каждой был камин с крюком для пузатого чайника и две деревянные кровати. Мужская часть нашего коллектива решила сэкономить и потесниться – вместо двух комнат взять одну. Кому-то предстояло спать на полу. Почтеннейший Банчис послал Тбора за матрасами, тот пропал и объявился, только когда хозяин послал за ним пожилого бруни, ужасно вредного и постоянно сквернословящего. Эгенд грозно отругал маленького слугу,  за то что он выражался «при дамах», и тот, злобно шипя сквозь зубы, растворился в воздухе.

×
×