Подчинение, стр. 6

– Чего ты ждешь? Когда я сам себе минет сделаю?

Я подняла голову, но встретила только темный взгляд. Дыхание перехватывало. Я никогда ничего подобного раньше не делала и даже не примеряла на себя… Взять член в рот? Или попросить сначала, чтобы он хотя бы не кончал туда?

Максим нетерпеливо надавил мне на затылок:

– Помогай себе рукой, обхвати у основания.

Это я сделать могла. Член в ладони напрягся чуть сильнее. Я закрыла глаза, наклонилась и обхватила головку губами.

– Сначала оближи языком. Следи за зубами. Потом начинай двигаться и насаживайся как можно глубже. Если будешь помогать рукой, то все закончится быстрее.

Я провела языком по головке. Еще раз – чуть с большим нажимом. Член напрягался, я попробовала скользить рукой вдоль ствола и добилась очень скоро полной эрекции. От этого понимания спонтанно отстранилась, не в силах заставить себя продолжать.

– Это еще что такое? – поинтересовался Максим жестко.

Я отодвинулась еще немного. Было противно, но я заставила себя оправдываться, чтобы не разозлить его еще сильнее:

– Господин, пожалуйста! Я сейчас… сейчас возьму себя в руки. Я никогда этого не делала… сейчас!

Но едва взглянула на эрегированный член, неконтролируемо сжалась. И, вероятно, Максим Александрович заметил мою реакцию, поскольку мгновенно изменился. Он схватил меня за волосы и заставил подняться, бросил спиной на диван. Сам тут же навис сверху и упер член мне в губы.

– Рот открой.

И тут же надавил пальцами на щеки, обхватив лицо снизу – больно. Я была вынуждена приоткрыть, впуская. Он вошел резко, тут же назад и снова. Все ускоряясь, мощнее, толчками он трахал меня в рот, упершись руками в спинку дивана. Я сама не заметила, как вскинула ладони и вцепилась ему в бедра. Он замер.

– Руки убери за спину. Живо.

Я заставила выполнить приказ: сцепила руки за поясницей, отчего немного выгнулась вверх. Теперь ему стало удобнее проталкивать глубже, до самого горла. Из глаз брызнули слезы, я давилась и задыхалась, а он все продолжал и продолжал. Так долго, что у меня уже все тело сводило от неудобной позы. Он не щадил, входил еще резче, с невероятным напором. Тихо застонал или зарычал, а член будто напрягся сильнее. Поняв, что сейчас он кончит, не задумываясь о последствиях, попыталась извернуться, но он снова схватил меня за подбородок и до боли надавил на щеки над нижней челюстью. В горло дала струя спермы, еще толчок, еще. И только после этого он вытащил член изо рта. Зажал мои губы рукой и наклонился, чтобы я видела его глаза:

– Глотай.

У меня и выбора не оставалось, хотела вытереть слезы, но руки за спиной будто онемели.

– Поблагодари.

Я зажмурилась – просто не смогла бы произнести, глядя на него:

– Спасибо… господин.

– Теперь одевайся и пошли за стол.

Меня всю трясло, когда я тянулась за платьем. Максим так и стоял передо мной, спокойно застегивая джинсы.

– Понравилось? – я не ответила. – Так вот, каждое утро ты добровольно делаешь мне минет. И если вдруг я снова увижу брезгливое выражение лица, то мы повторим сегодняшнее – мне, в общем-то, все равно. А тебе?

Съесть за завтраком я так ничего и не смогла. Ковырялась вилкой в салате, чтобы не привлекать к себе внимания. Выпила, правда, три стакана сока, и только на последнем руки не дрожали так заметно, как вначале. На Максима Александровича я не смотрела.

Через пятнадцать минут напряженного молчания, Максим заговорил будничным тоном:

– На обед поедем в ресторан. Если нужно что-то купить – скажи. Будь готова к двенадцати. До тех пор можешь быть свободна.

Уже через секунду после этого распоряжения я скрылась в своей комнате.

Глава 5

Вместо того, чтобы терзаться и окончательно запинывать себя морально, я зарылась в одеяло и уснула, предварительно заведя будильник на одиннадцать. И только-только крепко уснула, как пришло время подниматься.

Я выбрала самое закрытое платье – темное, с довольно пышной короткой юбкой. К счастью, нашлись и чулки. Я долго сомневалась, стоит ли доставать из сумки трусики, но потом отказалась от этой идеи – боялась разозлить. В конце концов, я ведь одета, никто и не заметит… а вот если заметит он… Даже предполагать не хотелось, что тогда будет.

И не ошиблась. В прихожей Максим запустил руку мне под подол и сжал ягодицу.

– Хорошая девочка, понятливая. В офис тоже нельзя – ты должна кожей ощущать, что я могу тебя взять в любой момент, когда захочу. Это просто маленькое напоминание.

«В офис?» – но этот вопрос я не произнесла вслух. Все-таки Максим Александрович теперь пугал меня в достаточной степени, чтобы я не забыла о правилах. Не нарываться хотя бы там, где могу. Он протянул мне короткий плащик – тоже не мой, но размер, как и в случае платьев, подошел. Наверное, предпочитает девушек одинаковой комплекции. Или покупал всю эту одежду специально для меня? Об этом я тоже спрашивать не собиралась.

Правда, едва мы вышли за дверь, подставил мне локоть. Я осторожно взялась и пошла с ним рядом.

– За пределами квартиры правила меняются, – он почему-то широко улыбался. – Нет, ты в любом месте подчиняешься мне и не споришь, но обращаешься иначе, можешь говорить о том, что волнует, и задавать вопросы.

– И вы ответите? – недовольно буркнула я. Ну, раз уж разрешил!

– Отвечу или нет, но не накажу. Ясно?

– Более чем.

То есть за порогом я становлюсь почти человеком? Не в полном, конечно, воплощении, но хотя бы не с заткнутым ртом. Тем не менее разговаривать все равно не хотелось.

Я молчала, пока мы ехали куда-то – мне было безразлично куда. Я только наблюдала в боковое окно за пролетающими мимо зданиями: живет себе город, шумит, людей укутывает пока еще теплыми ветрами, и не подозревает, что иногда происходит за закрытыми дверями. В моем случае я этому была только рада.

В ресторан мы вошли также под руку. Красивое место, шикарное, но посетителей в дневное время немного. Максим Александрович сразу повернул в сторону и направился к дальнему столику возле стены – очевидно, это его место. Подлетевший официант мое предположение подтвердил:

– Максим Александрович, добрый день! Сегодня у нас чудесная тушеная говядина. Вам пока подать обычный салат?

– Нет. Неси вино. Шато… или что там первое попадется.

Уже через полминуты официант вернулся с бутылкой и меню. Хотел разлить, но Максим махнул рукой – парень тут же испарился, будто его и не было.

Максим Александрович сам наполнил бокалы, один пододвинул мне.

– Пей.

Я послушно сделала глоток. На вкус очень приятное, терпкое, но не до вязкости – в другой бы обстановке и в компании другого человека я бы восхищалась вслух. Я не самый большой любитель алкоголя, да и пьянею быстро. Виной тому и недостаток опыта: дома спиртное не приветствовалось, и я никогда не бывала частью какой-то шумной компании, даже в студенческие годы. Не то чтобы меня игнорировали, просто я сама этого избегала. И снова винить можно только свою зажатость…

– Нравится? – в ответ я просто пожала плечами. – Что будешь заказывать?

Я только бросила взгляд на золоченую папку, но не хотела ее открывать:

– На ваш вкус, Максим Александрович.

Он улыбался так, будто пребывал в лучшем настроении, кивнул, подозвал официанта, заказал говядину и еще что-то – я не расслышала.

– Пей, – Максим кивнул на бокал.

Я сделала еще пару маленьких глотков. Хочет меня напоить? Чтобы в следующий раз, когда ему приспичит меня унизить, меня вырвало? Или тошнить меня будет тоже по его команде? Почему-то эта мысль нерационально рассмешила. Я ухватила бокал и залпом допила до дна. На голодный желудок подействовало почти сразу – даже в голове зашумело. Максим Александрович, не отрывая взгляда от моего лица, подлил еще.

– Мне не нравится твой настрой, – сказал он, но даже улыбаться не перестал. – Но все же спрошу – ты не против, если о наших отношениях узнают в офисе? У нас всего две недели, будет жаль тратить время впустую.