Игры стихий, стр. 1

Игры стихий - i_001.jpg

Дарья Вознесенская

Игры стихий

1

Дзы-ынь. Дзы-ынь.

Я открыла глаза и застонала.

Голова раскалывалась, а это означало, что с проводами очередной Ленкиной «любви», не дошедшей до стадии кольца и венца, мы переборщили.

Поплелась в ванную. Где-то я читала, что треть книг современных писателей начинается со сцены похмелья. Чтобы читатели могли отождествлять себя с героем. Или с героиней.

Я мрачно уставилась на свой весьма потрепанный вид в зеркале и покачала головой:

– Хреновая героиня из тебя, Анечка.

Вот как так получается: в студенчестве водка без закуски и часовой сон на кухонном полу организму не казался чем-то непереносимым, а в двадцать пять лишний бокал дорогого вина превращает утро в пытку? А что будет в тридцать? Покроюсь чешуей и обзаведусь пятнадцатью кошками?

Настроение было под стать внешности, а внутри зудела неясная тревога. Странно. Ведь я не склонна к рефлексии и непонятным переживаниям. И по жизни оптимистка, точнее «позитивная дура», как любил заявлять мой бывший, когда хотел поругаться. Аспирин, душ, фен, макияж, любимые джинсы и кашемировый свитер. Немного помогло. Я сама мисс Позитив сегодня. За окном выла мокрая, серая вьюга: город уже просыпался. Отковыривать с машины лед вперемешку со снегом не хотелось, сегодня проще доехать на метро, тем более что кроме работы мне никуда не надо. Так что я отбросила ненужные мысли и решительно натянула дубленку и шапку.

Ага, сейчас взбодрюсь.

Ехать до работы не слишком далеко, но взбодриться действительно успела, как и большинство моих коллег. Мы вваливались в наше офисное здание слегка пожеванные морозом и транспортом и разбегались по своим столам и кабинетам. Профессия у меня довольно простая – экономист, точнее финансовый аналитик, но мне, как ни странно, она нравилась. Мир отчетов, цифр, графиков и диаграмм мог стать захватывающим, если ты действительно увлечен своим делом.

И более понятным, чем мир людей. Нет, я не была социофобом и интровертом, человечество я любила, хотя в моей жизни было не так много примеров приятного сосуществования с представителями своего вида. Взять хотя бы моих родителей. Так себе опыт. Но задумываясь иногда о своей прошлой жизни, я понимала, что именно их поведение меня закалило и сделало такой, какая я есть. Нет, меня никто не бил и не мучил в детстве – просто не любили и не замечали, а если замечали, то исключительно с практической точки зрения. Я ушла из дома в семнадцать, уже не хотела и не могла там оставаться, и приехала с одной сумкой покорять столицу, как и сотни, тысячи молодых людей. И осталась. Адаптировалась ко всему. Самостоятельная и не всегда простая жизнь не ожесточила меня, напротив, именно здесь я оттаяла и обрела уверенность в себе.

– Аня, шеф спрашивает, готов ли отчет, который он поручил тебе сделать, – противно пропела трубка голосом секретарши коммерческого директора.

– Тело «феррари», а мозги от инвалидной коляски, – пробормотала я любимую присказку и отправилась на ковер с бумагами. Хорошо хоть, ковер сегодня был мягким, а мой отчет пришелся по нраву. Упреки я бы выдержала с трудом: нервы натянуты до предела.

Что ж со мной такое? Как будто жду, что произойдет какая-то пакость. Я с тоской посмотрела в окно и решила в ближайшие же выходные смотаться куда-нибудь покататься на доске: размеренность моей работы легко уравновешивалась экстремальными видами спорта и походами. Ну а как еще добавить приключений в пусть приятную, но обычную жизнь?

«Ты как?» – сообщение от Лены.

«Хочу сбежать от действительности, – хмыкнула я. – Может, рванем куда-нибудь на выходные?»

«Да! Туда, где много парней!»

Я закатила глаза. Я, конечно, тоже не пай-девочка, но до подруги мне далеко. Только-только выпутаться из очередных сложных отношений, причем с боем и потерями с обеих сторон, и снова туда же? Такое чувство, что у нее в голове тикают часики: «Тик-так, тик-так, ты – самка, срочно иди, найди кого-нибудь и отложи яйца». Я рассмеялась: что за ассоциации в голову приходят! У меня пока мандраж на тему «возраст, свадьба, дети» не наблюдался. Но хорошо, что свидание на завтра назначено. Кирилл, мой новый знакомый, пригласил на выставку американского фотохудожника. Хорошие фотографии я любила, но выбор немного удивил: может, он просто проверяет, есть ли у меня лабутены?

А сегодня книжка, чай и спать. Поехала домой и вышла на остановку раньше, чтобы вдохнуть немного свежего воздуха в парке, благо погода улучшилась. Ощущение тревоги, переходящее в легкую панику, не проходило. Я даже наверх посмотрела: вдруг какашка летит, но наверху было только меркнущее небо. И в этот момент раздался звон, в голове прозвучало: «Ахтари сорато, миртурэ потор, пирено – столиантаро кисе торатино…» – и я автоматически – автоматически?! – перевела: «Сила пятерых, приди и спаси, разрушь, победи, установи свою ладонь и отдай сердце».

И то же мгновение почувствовала удар в грудь, настолько сильный, что перестала дышать. От удара я шарахнулась в сторону, начала падать, но почему-то так и не достигла земли: меня поглотила тьма, сменившаяся ослепительным круговоротом. Резкие рывки, тошнота, и я буквально вывалилась куда-то в обжигающий воздух, полетела вниз и шумно шлепнулась на сухую землю. Во время падения успела заметить множество красных, горящих ненавистью глаз на оскаленных мордах, но тут их поглотила и растворила синеватая волна. Потому что в момент моего соприкосновения с землей что-то произошло: как в фильмах про волшебников, где главный стучит посохом и от этого посоха по земле проходит сила, уничтожая врагов. Вот примерно так, только в роли посоха на этот раз выступил мой голый зад.

Я дождалась, когда пройдет головокружение, и осмотрелась. Так. Кажется, я попала.

Про попаданок я читала, но разве не должны у меня были спросить разрешения и торжественно ввести в сияющий портал?

Я же просто выпала из своего мира.

И пока, в прямом смысле слова, выпадала, потеряла и одежду, и сумку.

Зато обрела зрителей.

Красноглазых «собачек» уже не наблюдалось, зато рядом со мной стояла троица в старинной одежде – какие-то бархатные штаны, расшитые камзолы и плащи. Даже мантии скорее. Очень симпатичная троица. Самый высокий – блондин, чуть пониже, но более мощный и взрослый – темноволосый – и довольно изящный рыженький. Прям классика жанра.

Мне стало еще более неуютно. Сидеть голой на сухой траве под изумленными взглядами троих мужиков – это, конечно, не худшее, что могло случиться в моей жизни, но радости не приносило никакой.

А может, промелькнула надежда, я просто при падении стукнулась и теперь лежу без сознания и вижу сказочные сны? Но во сне вряд ли попу колет трава. И мутит меня вполне реально, а горячий ветер доносит болотистый запах. Все эти ощущения не оставляли и шанса, что у меня галлюцинации. Для надежности ущипнула себя – больно.

Вот и съездила на выходные «прокатиться», да прямо-таки к парням и съездила! Я уже готова была сделать классический жест «рука-лицо», как осознала, что на этой самой руке лежали волосы.

Волосы?!

Я завизжала от ужаса и вскочила на ноги, наплевав, что таким образом могу открыть все, что они прикрывали до этого, и начала крутиться, осматривая себя со всех сторон.

У меня. Короткая. Стрижка! Была…

Я крашу свой блеклый русый цвет в темный шоколад! Красила…

И когда я не смотрю в зеркало, волос я не вижу!

То, что теперь было у меня на голове, явно мне не принадлежало, хотя росло оттуда, откуда надо – из луковичек-предательниц. Пряди рыжего, серебристого, шоколадного, блондинистого и черного цветов, вьющиеся до самой задницы. Зрелище умопомрачительное, то есть я понимала, что, наверное, нереально красиво, но как?!

– Дайте мне зеркало! – наконец голос у меня прорезался. Писклявый какой-то. Я даже не задумалась, вежливо ли это и поймут ли они меня, мне важно было убедиться, что я в принципе в своем теле.