Допустимая погрешность некромантии (СИ), стр. 40

Господин Шакка был прав! Дмитрий Александрович совершенно точно не какой-нибудь обычный человек. И он сбежал, как только я его раскрыла. Сбежал, как будто чего-то боялся! Не меня же, в самом деле?

После такого уже и Костя окончательно поверил во всю мистику и теперь совсем иначе расспрашивал Тайишку о ее мире и детстве. Сама Тайишка пребывала в ужасе и повторяла, что если Дмитрий Александрович хороший человек, а пока ничто тому не противоречило, то мы можем сильно ему насолить, открыв господину Шакке. Что он сделает? С того станется и перетащить Дмитрия Александровича в свой жуткий подвал для своих жутких экспериментов. С другой стороны, мы ведь понятия не имели, что происходит! А если Дмитрий Александрович только притворялся хорошим, а сам такой же точно некромант с некромантскими замашками? И на кого в этом случае ставить?

На третий день, так и не определившись, я попрощалась с Костиком и Тайишкой и напомнила им о контрацепции. Мне это тело еще понадобится, потому я не постеснялась повторить несколько раз. Оба сильно засмущались. Странно, я за Костей раньше такой трепетности по отношению к дамам не наблюдала, ну да ладно — без меня договорятся. Мне бы со своим договориться.

Глава 16

Возвращалась я в плохом настроении. Во-первых, так и не определилась, стоит ли сдавать Дмитрия Александровича. А во-вторых, я, хоть и провела дома целых два дня, чувствовала себя там лишней. Костя с Тайишкой разве что на месте от нетерпения не подпрыгивали, когда я уходить собралась. Интересно, до них дошло, что их отношения продлятся ровно до тех пор, пока я не вернусь окончательно? Или они надеются, что я не вернусь вообще? Я! В свое родное тело и в свой родной мир! Как будто я еще кому-то доказывать должна свое исконное право. Ладно, чем бы дети не тешились, лишь бы потом не делали вид, что я им всю малину испортила.

Я очнулась в спальне Шакки, но в кресле сидел Эльрик. Парень, как только я открыла глаза, бросил в сторону:

— Марушка, сообщи господину, что Ольга вернулась.

Та, оказывается, стояла возле двери.

— Как вернулась?! И что же, он теперь снова ее любить начнет? Ладно-ладно, пойду сообщу.

И только после этого Эльрик посвятил внимание мне:

— Ты здесь совсем недолго, но уже успела сделать из Марушки склочную бабу. Чего еще ждать?

Я села и потянулась. На мне было какое-то новое платье, довольно широкое и удобное, хоть и с вычурными кружевами на груди. Вот зачем кому-то понадобилось меня переодевать? Или они хоронить меня в этом помпезном наряде собрались?

— И тебе привет, Эльрик. Смотрю, господин тебя заставил нести караул. А сам он чем занят?

— Так ёки и занят. Нарадоваться не может, что новенького демона получил. Но ты вовремя, он уже пару часов назад про тебя спрашивал.

— И сколько ты тут сидишь, бедолага? Кстати, а тебе уже сообщили, что ты будешь учить меня читать?

Эльрик начал было кривиться, но словно передумал и улыбнулся:

— Знаю. И господин хорошо за это платит. Он вообще хорошо платит, так что мне до темного пня, что делать придется.

Сквозь окно донеслись крики. Я даже вопроса задать не успела, как Эльрик объяснил:

— Это Марушка. Ругается теперь со всеми подряд, и не замечает, наверное, что остальные слуги на ее крики не реагируют. Если желаешь наводнить это местечко полным хаосом, попроси господина им всем вернуть эмоции. То-то веселуха здесь начнется!

Он рассмеялся. С Эльрика станется лишний раз всхохотнуть. Я уж было подумала, не посоветоваться ли с ним о Дмитрии Александровиче, но вовремя осеклась. Я пока не могла быть уверена, что он не выдаст меня, да и в дельной помощи тоже сомневалась. И потому договорилась с ним с завтрашнего же вечера начать занятия. Неплохо будет пообщаться с ним поближе, а там уже и решать.

Судя по всему, Эльрик не особенно горел желанием при мне засиживаться, и, убедившись, что я в порядке, просто ушел.

Я через некоторое время заскучала. Похоже, ёки забавляет господина Шакку намного сильнее, чем я, потому что он не спешит бросаться ко мне после долгой разлуки. Решившись, направилась по известному пути в подвал. Внизу было по-прежнему прохладно и жутко, но на этот раз от стен эхом отдавалось сдавленное рычание.

Господин Шакка стоял перед огромной клетью. Сказал, не оборачиваясь:

— С возвращением, Ольга. У нас все получилось. Весь двор принес мне соболезнования, а его величество пообещал провести тщательное расследование. Письма написали даже те, кто в столице в день твоего убийства не был. На всякий случай. А у тебя какие новости?

— Я… Там Тайишка в моего бывшего влюбилась. И чем дольше я здесь нахожусь, тем запущеннее становится ситуация…

Я просто озвучила свои мысли по инерции, сама же была поглощена зрелищем. В клетке на полу лежала почти бесформенная масса, но она двигалась: иногда вверх поднимался столб и становился похож на человеческую руку, иногда вся эта огромная черная куча рвалась вверх широкой стеной и тут же снова падала на пол. И рычание раздавалось от нее. Я сделала шаг и вскрикнула оттого, что масса мгновенно поднялась и бросилась на прутья, в этом же положении и замерла.

— Отойди подальше, — произнес Шакка. — Ёки питаются эмоциями и для этого им не надо прикасаться к жертве.

Я послушно отступила к самой лестнице.

— Это так выглядят демоны на самом деле?

Некромант ко мне до сих пор ни разу не повернулся. Он словно бы взгляда не мог оторвать от занятного шоу.

— Не имею понятия. Ёки могут принимать любой облик — животного, человека или даже растения. Издали не отличишь. Поэтому они так опасны. Могут подойти слишком близко, и тогда уже простой человек не спасется. Они сжирают эмоции дочиста. Видела моих слуг? Так вот, после ёки и такого не остается.

— Ого, — я ответила, чтобы поддержать разговор, но меня неприятно потряхивало. — А чем вы его кормить собираетесь?

— Со временем можно будет перейти на обычную пищу. Асур ведь два года протянул. А пока… можно его покормить, например, Марушкой. У нее явно сейчас много лишних эмоций.

— Вы ведь шутите?!

— Шучу. Но она в самом деле раздражает. Вот, видишь, как он к тебе принюхивается? Это ты так за Марушку переживаешь или по мне соскучилась? Ёки не обманешь, он сейчас слюной от тебя захлебнется.

— А я, между прочим, слышу, как вы улыбаетесь!

— Улыбаюсь.

Он наконец-то развернулся и посмотрел на меня. Да зачем же природа создает такие глаза, от которых самой улыбаться хочется? Подошел ближе.

— Так соскучилась?

— Ни разу там про вас не вспомнила!

— Я тоже о тебе не думал. Некогда было, сама видишь. Понадобится уйма времени и сил, чтобы он начал хотя бы говорить.

— Вы все о демонах! — меня его ответ немного разочаровал. — В моем мире таких людей называют сумасшедшими учеными! Кто о чем, а Шакка о демонах!

— Так все-таки соскучилась?

— Кто вам это сказал?

Он уже подошел совсем близко и, притянув за талию, поцеловал в губы. Просто коснулся, без страсти или возможности продолжения. И при этом ёки так взвыл, что я дернулась в руках некроманта. Он не выпустил и тихо рассмеялся:

— Интересно, демон сейчас чьи эмоции улавливает — мои или твои?

Я попыталась отстраниться, но его рука была твердой, а голос настолько мягким, что я невольно начала путаться в ощущениях:

— Не знаю. Может, общие?

— Может. Ладно, тогда признаю — я соскучился. И очень рад, что ты вернулась сама.

Ёки, как будто был создан детектором лжи, завопил еще громче и начал биться о решетку.

— Я лучше пойду, — смущенно выдавила я. — Не хочу участвовать в пытках демона, пусть даже он и демон.

— Иди. Встретимся в спальне.

И отпустил. Я поспешила скрыться, но спиной чувствовала его взгляд и жгущую улыбку.

Уж не знаю, как у него с некромантией, но заставить волноваться он точно умеет. К счастью, в коридоре на втором этаже я столкнулась с Марушкой, и только за счет нее смогла отвлечься от мыслей. А она как будто ждала меня: водила сухой тряпкой по раме с картиной и поглядывала в мою сторону.