Гроза Островского, стр. 1

ГЛАВА 1

- Мама, я не выйду за него, последний раз тебе говорю!

- Как не стыдно, ты же понимаешь, что от этого вся наша семья зависит! Как можно быть такой эгоисткой, Кира! Твой отчим уже полгода не может устроиться на работу! Да и у меня полно сложностей, ты ведь знаешь… А сейчас у нашей семьи появился шанс! Впервые в жизни вылезти из этого болота, нищеты. Знаешь ведь как я об этом мечтала… И сейчас обрубаешь мечты матери на корню…

- Нам не хватает денег, потому что в этой семье никто не хочет работать, - отрезаю. – Выдавать дочь замуж ради обогащения – это средневековье, тебе не кажется? А ты всегда хвасталась что имеешь современные взгляды на жизнь. Может достанешь их из своего запылившегося сундука воспоминаний? И отправишь мужа на работу. Он добытчиком должен быть, а не лежать сутки напролет на диване!

- У Николая радикулит! – возмущенно кричит мама. – А я, сама знаешь, с ног сбилась в поисках достойной работы! И девочки, Стеша с Витой – тоже. Но ничего найти не можем, кризис повсюду... И тебе должно быть стыдно, ведь ты получаешь сущие копейки в своей автомастерской! А могла бы и поприличнее что-то найти, помогать семье. Да в том же Макдональдсе наверняка платят больше! Но ты так любишь свои железки, ни на что не променяешь. И кто тут эгоист, а? Да тебе Дмитрий Павлович сотню мотоциклов купит. Он влюблен, дуреха, пойми. Будешь умной девочкой – сможешь крутить им как хочешь.

- Не хочу я старпером крутить. И никогда за такого не выйду.

- Ему всего-то тридцать пять.

- А мне всего двадцать!

- Он богат и влиятелен. Как сыр в масле кататься будешь. Все мы! Ты только подумай!

- Ты только о себе и думаешь! Я не выйду за старика!

- А за кого выйдешь? За молокососа Валерку, у которого дыра в кармане да вошь на аркане?

- Мам, я не понимаю о чем ты.

- Поговорка такая, деточка. Твоя бабушка любит ее повторять.

- О, ну так мне не понятно, потому что я не знаю своей бабушки. Точнее, не общаюсь с ней.

- Поверь, детка, это к лучшему. У твоей бабушки сложный характер. Но на свадьбу она приедет.

- Что? Ты уже на свадьбу ее пригласила? Я не выйду…

- Выйдешь, потому что выбора нет. Николай заложил дом.

- Наш дом?? Боже, мама!!

- Это Его дом.

- Но мы продали свой, чтобы он… Ох, нет, мне дурно. И я не выйду…

***

Иногда мне кажется что моя жизнь – перевернутая вверх тормашками сказка о Золушке. Вместо злой мачехи – тупой отчим, две сестры мегеры – точно по канону, полный короче комплект. Вот только за принца, появившегося на горизонте, богатого, и в общем надо признать, довольно симпатичного, меня, Золушку, заставляют выйти буквально силой. Это же бред! Почему богатый и вполне себе симпатичный сорокалетний мужчина не может найти себе невесту добровольно? Почему надо заставлять меня, я ведь совершенно не хочу замуж. Не хочу денег, да просто не хочу незнакомого мужика!!!

- Познакомитесь, - сухо отрезает моя мать.

Ну, по мне так с этого надо было начинать. А сейчас, извините, осадочек остался. Предложите мужику на крайняк одну из моих сводных сестер. Почему нет? Думаю, они будут счастливы.

Вообще-то, если кто-то рискнет назвать меня Золушкой – могу и в морду дать. Я девушка боевая и спортивная. С двенадцати лет меня накрыла любовь к любым проявлениям скорости и экстрима. Я обожала качели, тарзанки, самокаты, ролики, ну и разумеется самые жуткие аттракционы в парке. Мать не знала что со мной делать. Ужасно переживала, что дочь ведет себя как мальчишка. Не желает отращивать волосы и носить платья. Николетта всегда говорила, что это от отсутствия сильного плеча и твердой руки в нашей семье. Ведь она растила меня без мужа – папа погиб на буровой вышке где-то далеко, в Америке. Какого его понесло работать в такую даль мама не могла объяснить внятно. Став взрослее я начала подозревать, что все это сказка, которую придумала родительница. Она вообще часто лгала, придумывала несуразные истории, иногда совершенно неправдоподобные, даже немного безумные. Поругалась из-за этого с лучшей подругой Ириной – единственным разумным человеком в нашем окружении. Мне тогда было десять лет, и стало для меня настоящей трагедией. Ирина была не просто подругой, а моей крестной. Очень доброй, заботливой. Мама часто просила ее посидеть со мной в детстве. Для меня Ира была второй мамой. Делала со мной уроки, покупала вещи, которые не разрешала мама. Ролики, самокат. Николетта категорически была против подобных вещей. А я – обожала.

Ирина с матерью учились вместе в школе. Крестная говорит, что моя мать всегда была такая. Немного не от мира сего. Вечно какие-то фантазии, вымышленные герои бесконечных романов. Ну и в реальности мужчин было слишком много – родительница вечно за кем-то увивалась, с кем-то флиртовала и переживала бурные отношения. Даже внешне мы с Нико – так близкие подруги, ну и я заодно, зовут мою родительницу, так вот, мы полные противоположности. Она – пышногрудая блондинка, ростом всего сто шестьдесят пять сантиметров, всегда вызывающая у мужчин инстинкт защитника и самца. Я же – довольно высокая, худющая брюнетка, почти весь подростковый возраст проносившая на голове мальчишеский ежик.

Вообще-то Николетта должна бы понимать и принимать мою необычность, ведь сама считалась женщиной креативной, относила себя к богеме – была неплохой художницей-портретисткой, вращалась в светских кругах нашего города, и, надо сказать, неплохо зарабатывала на своей мазне, которая мне не нравилась, если честно. Но толстосумы пищали от восторга. Но видимо нашей семье на роду было написано переживать остро конфликт отцов и детей –потому что своих бабушку и дедушку я видела крайне редко. Бабуля тоже была художницей, жила в далекой деревушке под Калугой, практически затворницей. Тоже с десятым, наверное, по счету мужем. И с нами связь практически не поддерживала. Насколько я смогла вытянуть из матери – причиной была давняя ссора. Обидно конечно, когда нет бабули. Дедушка, родной отец моей мамы, умер пять лет назад – говорят пил сильно. С бабушкой он давно был в разводе, и пить начал именно когда она его бросила. В общем, мы даже на похороны не поехали… Я тогда только школу заканчивала.