Красная Шапочка и Серый Волк: Офисный переполох (СИ), стр. 49

- Бедная, бедная моя девочка! Обещаю, - обнимаю ее и начинаю баюкать в своих руках, - Они все поплатятся за это.

Катрин разрыдался у меня на плече. Чувствовал всю ее боль и отчаянье, она так боялась, но не сдалась и вынесла все это.

Всхлипы прекратились лишь спустя десять минут.

В один прекрасный день в моей камере охранник забыл свой телефон. Я набрала номер телефона своей подруги, рассказал ей все, но она мне не поверила и тогда я отправила ей фотографии, которые я сделала на этот телефон. Камера была плохой, что не удивительно в то время, но фото получились вполне неплохие.

На следующий день в подвал ворвались военные и вытащили нас оттуда. Была такая суматоха! Все охранники, врачи и даже уборщики бежали оттуда, но не у всех получилось. В тот день Кристофера не было там, и он остался на свободе и просто замял это дело.

Сразу после освобождения пошла в больницу и оказалось, что я беременна. Записалась на аборт, но уже на следующий день. Когда я пришла домой, то там застала бывшего. В тот момент сделать мне что-то плохое он не мог, но он и не планировал. В тот момент он и посвятил меня в свои планы: его план заключался в том, чтобы создать свою собственную армию оборотней, но не простых, а ликанов. Кристофер бредил этой идеей несколько лет и вот он узнал об особых гормонах самок оборотней и предпринял попытку похитить одну. Ему не удалось, но в течение времени до него дошел слух о том, что человек тоже может стать парой и он решил проверить его. Слух как выяснилось, был правдой. Этот... ублюдок начал похищать «особых» девушек и издеваться над ними, ставить эксперименты.

Я вызвала полицаю, нажаловалось на то, что он меня бьет и пытался изнасиловать. Слава Богу, его увезли. На следующий день я сделала аборт, но неудачный и с тех пор я бесплодна.

- Но как мы поняли, - она улыбнулась, - Я - твоя пара, и могу выносить тебе деток. Не смотря даже на эту болезнь.

Я усмехнулся и обнял ее покрепче. Вот теперь я знаю обо всем. Какая же она храбрая, не сдалась, вынесла все это, и осталось такой же сильной.

- Знаешь, - снова заговорил она, - А ведь после Кристофера, спустя много лет, я влюбилась еще раз.

- И в кого? - ревностно заворчал я.

Девушка рассмеялась.

- В тебя, волчок. Ты даже не представляешь, как я ждала ТЕБЯ! Не спецназ, не оборотней в целом, а тебя. Грозилась, что ты придешь за мной, спасешь и прибьешь их всех.

Я замер от такого неожиданного признания в любви. Я уж думал, что не дождусь. Прислушиваюсь к ощущениям: волк ликует, требует немедленно показать паре, как любит ЕЕ и желает.

- Я тоже люблю тебя, - шепчу в ответ.

Она отстраняется от меня. В ее глазах стоят слезы, в них плескается счастья и любовь. Наши губы неожиданно встречаются, сплетаясь в горячем поцелуе.

Эпилог.

Полгода спустя.

Катрин.

Я сладко спала после невероятно тяжелых родов. Все началось с того, как я стояла и готовила любимое блюдо любимого мужа, которым является альфа в течение уже четырех месяцев. Острая боль пронзила мой уже довольно большой живот, и тогда я поняла - начались схватки. У оборотней беременность длится три-пять месяцев, а у пар-людей длится шесть-семь месяцев. Я была на шестом.

Я позвала Грея, и он тут же появился в дверях кухни, подбежал ко мне и поднял на руки. Потом я помню уже плоховато. Крики, похоже, мои, ор Грея, что все плохо работают, а его любимая пара - то есть я - страдаю, и он всех разорвёт после того, как это все закончится. Затем были роды, тяжелые роды. Было больно, что совсем не удивительно. Роды длились двенадцать часов, и все это время Грей находился за дверьми и бесновался, переживал за меня и рычал на каждого, кто подойдет слишком близко к двери. На его отсутствии настояла я. Не хотела видеть то, как он злится и рычит на врачей, мешая им.

Родился сначала мальчик, а за ним через пять минут последовала девочка. Двойняшки. Такие маленькие миленькие детки. Мне дали их подержать всего пару минут, а затем их забрали от меня, потому что я начала отключатся.

А теперь я лежу здесь и ничего не понимаю. Где мои дети? Где мой муж? И что произошло? Распахиваю глаза, мягкий свет не ослепляет глаза, светит мягко, не раздражая. Поворачиваю голову и вижу своего мужа с детьми на руках. На правой руке лежит мальчик, а на левой девочка. Я поняла это по пеленкам. У мальчика - голубая, у девочки - розовая.

- Грей, - зову его.

Он тут же откликается, его взгляд столь нежен и полон любви.

- Катрин, - с хрипотцой в голосе произносит мое имя, - Ты очнулась.

- Ага, а что произошло? И как они? Все хорошо?

Беспокоюсь больше о детях, чем о себе.

- Нормально. Ты потеряла сознание из-за переутомления. Я так испугался за тебя, - зашептал он.

Муж встает и идет ко мне. Девочка захныкала, а мальчик просто смотрел на свою сестренку глазами полного изумления. Беру сначала девочку, она тут же замолкает, а затем протягиваю руку, чтобы забрать мальчика. Грей улыбается и отдает мне и его.

- Какие маленькие.

У обоих малышей были черные, как самая глубокая ночь, глаза, и такие же черные волосы. Крошечные ручки и ножки, и такие же маленькие пальчики с крохотными ноготками. Грей говорил, что щенята открывают глаза спустя пару часов. Вот это да! Вот она выгода быть беременной от оборотня.

- Они просто чудо, - Грей обнял меня за плечи, - Спасибо тебе! За все.

- Это тебе спасибо, - шепчу в ответ, - Если бы не ты, то я бы так и осталась в своем коконе. Жила бы с кошками и диким чувством вины.

Наступило молчанье. Слова были не нужны. Мы просто любовались своими малышами, что так забавно пускали слюнявые пузыри изо рта,

- Знаешь, я понял слова сестры.

- Слова сестры?

На третий месяц своей беременности, я познакомилась с Вол, сестрой моего альфы. Она была не просто волчицей, она была гадалкой, обладательницей редкого дара.

- Ага, - он все еще любовался младенцами, - Она говорила, что я обрету нечто большее, чем просто семью. Она была права. Наша дочь, - он погладил ее по пухлой щечке, - Обладает таким же редким даром, как и сестра. Она будет сильной гадалкой. Я чувствую ее силу, - его внимание переключилось на мальчика, - А мальчик будет сильным альфой. Он поведет стаю после меня.

- Правда? - удивилась я.

- Да, как их назовём?

Призадумалась. И правда! Мы же совершенно не обсуждали этот вопрос, хотя я хотела. Грей же говорил о том, что поймем, как только увидим их. И он прав. Уже знаю, как можно назвать нашей малышей.

- Адель и Аристарх.

Грей изумился, но возражать не стал.

- Значит, Благородная и Глава лучших. Мне нравится.

Он чмокнул меня в лоб, прижал к себе и стал просто наблюдать. Малыши снова захныкали, требуя еды.

Любимый просто наблюдает то, как я кормлю грудью малышей, а я слышу его мысли.

« Как же я люблю тебя и наших детей, Адель и Аристарха. Спасибо тебе за все!»

Меня затапливает волной счастья с ног до головы. Тянусь к нему мысленно, дабы передать свои мысли и сказать:

«Я тоже люблю тебя».

КОНЕЦ!

×
×