Сэминн из клана золотых имургов (СИ), стр. 17

Ани Валлея замолчала.

— И это всё? — недовольно протянула Имани.

— А разве этого мало, знать, что вскоре встретишь свою половинку? — по-доброму улыбнулась женщина, потом глянула на меня. — Ну, иди, посмотрим, кого тебе пошлёт судьба.

Я стояла, не решаясь взять камешки в руки, разглядывая их, наблюдая, как отблески свечи преломлялись в гранях. Потом долго держала камни в ладонях, согревая их своим теплом. Зажмурилась и быстро опрокинула на стол, и только после выдохнула.

Ани Валлея низко наклонилась над ворожным кругом, она то хмурилась, то улыбалась, вскидывая на меня взгляд. Наконец, я не выдержала и спросила:

— Ну, что там?

— Что сказать тебе, девочка… Непростая у тебя любовь. Запутанная. Ибо то, что ты знаешь, не совсем то, что есть на самом деле. А мужнину косу не расплетай, что бы тебе не говорили! Душу свою опалишь, сумеешь ли вернуть назад, только богам известно…

Я в шоке смотрела на ани Валлею, словно погрузившуюся в транс, сердце колотилось, как сумасшедшее. И тут Имани кашлянула. Ворожившая женщина вздрогнула, посмотрела на стол, на Имани, на меня, хихикнула.

— А чего это мы погрустнели? Ворожба не приговор, а подсказка, как надо и не надо поступать. Любовь то беречь надо, тем более, если она приходит такая большая! Ну, всё, бегите, а то что-то устала я…

Мы не просто вышли, вылетели из комнаты. Имани схватила меня тут же за руку.

— Прости, — повинилась она, — это ты из-за меня теперь такая хмурая. Не надо было тащить тебя сюда…

— Вот ещё, — отмахнулась я. — Иногда надо знать, что тебя ожидает, чтобы не совершать ошибок. Зато я теперь уверена, что любовь свою я не упущу.

— Слушай, а что это ани Валлея говорила о мужниной косе?

— Ааа… да так…

— Вот чую, что ты что-то скрываешь, — продолжала допытываться Имани. — Только вряд ли расскажешь.

Ночью я долго не могла уснуть, так и так перебирая предсказание ворожеи. С чего бы это мне захотеть расплетать мужнину косу Шаэля? Тем более что это невозможно, судя по записи из рукописи.

Со временем я выбросила из головы поход за предсказанием, словно это было в далёком сне. Тем более что последний год обучения предполагал множество уроков, зачётов и экзаменов. Впрочем, с успехом мною сданных.

На последней неделе снова прибыли представители разных академий, но на этот раз они не проводили отборов, это было не к чему, ведь всё было ясно ещё полгода назад. Гости просто беседовали с каждым из нас, расписывая плюсы своего учебного заведения. Мне и Дираку поступило сразу несколько таких предложений, ведь мы были одними из лучших на своём потоке. Но Дирак, а это итак было понятно, собирался пойти следом за своей ненаглядной, а мне предстояло выполнить обещание, данное близнецам. Друг сокрушался, пытался уговорить меня поступать вместе с ним, но тут я проявила небывалое для себя упрямство и лишь отнекивалась тем, что в академии Воинов будет кому за мной присмотреть.

— Это Тамирр и Намирр что ли? Эти оболтусы и за собой присмотреть не могут?! — сердился Дирак. — Сэми, как я смогу спокойно учиться, зная, что ты там одна? Там же одни имурги почти, опять начнут задевать, цеплять…

— Теперь то мне есть чем им ответить. Артефактор я будущий или кто?!

— Глупышка, — снисходительно сказал друг, — ты такой красавицей растёшь, что наши самки тебя ревновать ко всем станут, а парни тамошние проходу не дадут.

— Ничего справлюсь. Слышала там дисциплина ого-го! Если что защиту быстро найду!

В академию

Дирак ещё не раз за каникулы отговаривал меня, на что близнецы жутко злились и всякий раз обещали навещать Дираку тумаков.

Как это не странно отец не очень был доволен моим решением поступать в академию Воинов, мама смеялась, что он ревнует меня к будущим кавалерам. Я повозмущалась для виду, что, мол, Дирака он воспринял хорошо. Отец криво усмехнулся, сказав, что Дирак свой, а там неизвестно какие проходимцы. Зато бабуля с тёткой Матри довольно потирали руки, в тайне надеясь поскорее выдать меня замуж, или, по крайней мере, познакомиться с будущим женихом. А потому просто насели на меня и вечерами учили разным женским «примудростям». Мне даже пришлось что-то наподобие экзамена сдавать на умение правильно готовить, вести дом и плести нужные косы. С косами всё было отлично, а вот всё остальное вышло не столь блестяще.

— Эх, — сокрушалась тётка Матри, — надо было девочку хозяйничать учить, а не с мальчишками палками да мечами махать.

— Зато себя, если что, защитить сможет, — в пику ей ответила бабуля. — Охламонов разных в академии чай полно, иногда и отпор хороший надо дать.

— И то правда, — закивала тётка Матри. — Девочка наша хрупкая, красавицей растёт, сразу ведь слюни на неё пускать будут. И не смотри, что пока не летает, имурга то у неё вон какая складная.

Такие беседы стали привычны за лето. Да я и сама стала замечать, что, наконец, стала меняться, появилась пусть ещё и небольшая, но грудь, некоторые округлости стали скрывать мою худобу. Даже некоторые парни в клане, что раньше насмехались надо мной, всё чаще стали заинтересованно поглядывать, что жутко бесило моих одногодок-девушек. Как же, сначала увела у них Дирака, теперь вроде как и на остальных претендую. И невдомёк им, что эти придурки мне и даром не нужны.

Где-то в конце лета, когда уже был весело отпразднован наш с близнецами день рождения, мы, а это я с братьями, отец и дедушка, отправились поступать в академию Воинов. Чтобы не терять дни в долгом пути, решили срезать дорогу и пройти порталами. Один был в соседнем с нами городке, а вот до второго предстояло проехать пару дней по широкой равнине до самого подножия горной гряды, где и расположилось первое поселение клана Чёрных имургов.

Братья пыжились всю дорогу, расписывая, какими хорошими воинами станут по окончании академии, мне снисходительно отвели роль их помощницы на подхвате, за что тут же огребли по подзатыльнику сначала от меня, затем от отца с дедом.

— Только узнаем, что девочку не защитили, выпорем и не посмотрим, что уже здоровенные лбы, — напутствовал дедушка.

— Да мы чо?

— Смотрите мне! Особо там всяких разных гоняйте, а то начнут на девочку напирать. И, да, наших золотых держитесь, в обиду не дадут и где надо поддержат.

— Что случится, да и просто так, домой весточку шлите, — отец с любовью оглядел нашу троицу. — Часто приезжать к вам, как в школу, не сможем, да и правила академии этого не позволят. На выходные будете за пределы академии выходить, Сэминн от себя не отпускайте. Деньги на разные мелочи на первое время у неё, остальное будем присылать через знакомых.

В общем, добирались весело. Дед без конца шутил, да так, что у нас иногда и уши краснели, особенно у мальчишек.

Последний портал, и виды равнины сменились далёкими шапками гор и водами Великой реки. Она была поистине великой, куда ни устремлялся взор, везде сверкали водные блики, раздавались крики птиц, белели паруса рыбацких посудин. Поворот дороги, и вот из-за зелёной стены леса вдали показались шпили академии Воинов.

Величественное здание, в несколько раз превышающее по размерам нашу школу травников, вызвало одновременно восторг и оторопь. Самой себе показалась маленькой букашкой по сравнению с такой громадиной. И что-то ждёт меня там?..

* * *

— Смотри-ка, новенькие, — раздалось насмешливо от широких высоких ворот. — И девчонка ничего, кажется из наших.

— Уверен? — вторил ему второй голос.

— А то! Посмотри на ауру. Ах, да, ты ж на занятиях Носатого как всегда спал! Нюх тебе на что? Чуешь, какой сладкий аромат?

— Ммм, да.

Близнецы недовольно нахмурились, выискивая глазами болтунов, пока отец и дед искали, где пристроить повозку. Я, спрятавшись за спинами братьев, тихонько хихикнула. Меж тем невидимые пока нашему взгляду болтуны продолжали.

— Как думаешь, девочка из провожатых или поступать будет?

— Скоро узнаем, но, если что, я первый её увидел!

×
×