Моя любимая роль (СИ), стр. 2

— Так, стоп! — Сэм сердито заколотил кулаком по подлокотнику: — Стеф, ну что такое? Что у тебя с лицом? Ведь репетировали, только что было всё отлично, только что! Давай ещё раз и больше чувств, она твоя лучшая подруга!

«Да, ещё раз. Ещё один стотыщпятьсотый раз, пока ты не научишься играть свою роль, дура… Хватит пялиться на Криса, хватит! На то, как его голубые гляделки уже из орбит выпрыгнули, пытаясь залезть в пышное декольте Бетти… Что он в ней нашёл? Шпала шпалой, только и красоты, что нарощенные волосы с ресницами, да силиконовые буфера.»

Бетти как раз прогнулась дугой, оттопыривая тощий зад и выпячивая грудь, сделала вид, что поправляет волосы, стрельнула глазами в и так уже захлёбывающегося слюнями блондинчика… Стеф отвела взгляд, сосредоточившись на Эшли, Сэм в очередной раз рубанул воздух рукой и крикнул:

— Тихо все! Мотор!

Как давно это началось? Да черт его знает, очень давно. Даже не в первый день съёмок, а гораздо раньше. Может, на кастинге? Или на первых пробах, которые она чуть не провалила… а он был великолепен, как всегда. Конечно, роковой красавец, любимец публики! Романтичный блондин с небесными глазами и чувственными губами, виртуозно владеющий голосом, от которого у юных и не очень барышень трепетало сердце. Опыта у них было примерно одинаково, но в первый же день съемок стало понятно, кто тут слабенький новичок, а кто — восходящая звезда.

Кристофер Льюис, девятнадцать лет, море красоты и океан обаяния! Никто не устоит… Вот и она не устояла. Этот голубоглазый принц в гриме и подогнанной по фигуре школьной форме был просто восхитителен. А её, как на зло, вырядили в неподходящую по размеру одежду, вечно прилизывали волосы в уродливый пучок, к тому же, гримировали так, что всё лицо превращалось в размытое пятно. А когда в голову Бетти пришла гениальная идея осветлить Стеф ресницы и брови, это был вообще предел. Она мысленно так её материла, как никого в своей богатой приключениями жизни.

Но у неё была мечта — играть в самых лучших фильмах в мире, играть лучше всех. Восхищение, овации, награды, фанаты! Когда в начальной школе родители отдали её на танцы, учитель сказал, что девочка невероятно артистична и это нужно развивать, где-то в то время у неё и появилась эта мечта. Изучив пару десятков биографий любимых актёров, в актёрскую школу она не пошла, а стала ходить сразу на кастинги. Пару раз снялась в рекламе, потом в клипе известного певца, потом вела программу на местном телевидении. А потом был он, «Поцелуй душ», самый ожидаемый сериал по эту сторону океана.

Она думала, это будет её звёздный час! Сериал снимали по циклу рассказов одной модной среди девочек-подростков писательницы, судя по тиражам книг, рейтинг сериала должен был быть сумасшедшим. Она была так рада, что прошла кастинг, что даже не подумала спросить, на какую роль её берут… а когда узнала, было уже поздно.

Проклятая Бренда оказалась серой и банальной, как алюминиевая ложка, раскрыть актёрский потенциал там было просто негде, у неё почти не было реплик, ничего интересного с ней не происходило первые серий пять. Стеф успела сто тысяч раз проклясть тот день, когда Сэм радостно тряс её руку и улыбался: «Ты нам подходишь, детка! Думаю, мы сработаемся!». Да, конечно. За последний месяц на неё орали столько, сколько не орали за всю предыдущую жизнь.

Да ещё и Крис… С ним вообще отдельная история. Они познакомились на кастинге, хотя увидела она его ещё раньше, когда они заполняли анкеты и им назначали время. Парень поразил её своей необычной внешностью и какой-то такой тёплой, чуточку бесшабашной аурой — растрёпанный, в цветной рубашке с закатанными рукавами, с постоянной белозубой улыбкой на загорелом лице… Когда его утвердили на одну из главных ролей, было решено подкачать его перед съёмками, и построением тела будущей звезды занялся профессиональный тренер, который за месяц особого питания и тренировок превратил худого сутулого парня в подтянутого спортсмена. На него хотелось смотреть, не отрываясь, и она смотрела. Как оказалось позже, не она одна.

А он за месяц съёмок так ни разу на неё и не глянул. Он смотрел куда угодно, на кого попало, только не на неё, даже если она была рядом. И это раздражало сильнее всего. Когда она сидит в столовой рядом с ним, а он через её голову разговаривает с Эшли, глядя сквозь Стефани, как будто она деталь интерьера… Она из кожи вон лезла, лишь бы он хоть как-то её заметил, но проклятый блондин как будто издевался, игнорируя все её попытки.

Но сегодня особый день. О, да, сегодня он на неё посмотрит, хочет он того или нет. Потому что так написано в сценарии, конкретным текстом: «Держит за плечи и смотрит в глаза». Вчера вечером они до полуночи шептались с Мари об этой сцене, даже репетировали — с ума сойти можно! — за ними такого никогда не водилось. Мари всё, естественно, знала, хоть они и познакомились на кастинге, уже успели стать лучшими подругами и обе испытывали ощущение, что знакомы лет сто, не меньше. Мари была младше на два года и играла девочку из другого класса, сучка Бетти покрасила её в рыжий, несмотря на то, что натуральный платиновый блонд ей очень шел, так что стилистку-визажистку они обе дружно ненавидели. На съемочной площадке они почти не пересекались, но сегодня Мари специально пришла посмотреть на съёмки Стефани, ради Той Самой Сцены.

Та Самая уже была снята, но Сэм почему-то решил доснять этот эпизод и только потом отпустить всех на обед, так что обе девчонки изнывали от скуки и дефицита общения, одна на площадке, другая за рядом кресел и оборудования.

— Кейт… — дрожащий голос, прикушенная губа, — я могу всё объяснить, подожди!

Девчонка качает головой, отталкивает её руку и уносится в ту же сторону, куда до этого слинял Крис.

— И… снято! Девочки, молодцы, все свободны, идём обедать!

Раздались аплодисменты и довольные выкрики, люди побросали оборудование и помчались в столовку, Стеф встала с пола и побрела умываться, Мари догнала её почти в туалете:

— Стеф, святые кенгурята, это было супер-круто!

— Не то чтобы супер, но да, круто, — пробормотала девушка, во второй раз намыливая лицо, улыбнулась: — Я думала, упаду в обморок прямо там! Хорошо, что он меня держал.

— Ммм, крепко держал? — провокационно прищурила глаза Мари, Стеф плеснула на неё водой:

— Очень крепко!

— А я утром ходила на чай к Лили, — рыжая кокетливо ковырнула носком туфли пол, Стеф выключила воду и стала дёргать из подставки бумажные полотенца:

— И что?

— А то, что она мне показала сценарий на понедельник! И в нём… — она сделала драматическую паузу, наблюдая как Стеф яростно трёт лицо.

— И в нём? — приподняла бровь та.

— И в нём вы с Крисом будете мириться, хватать друг друга за руки и нежно обниматься!

— Да ладно, — недоверчиво улыбнулась Стеф, Мари с хитрым видом покивала, сунув руки в карманы:

— Именно так, амиго, и никак иначе. Сценарий уже утверждён.

Стеф отбросила полотенца и с радостным визгом повисла на шее подруги, громко чмокая её куда-то в макушку:

— Я тебя обожаю! Ты наглый, пронырливый шпион, но я тебя всё равно обожаю!

— Ладно, ладно, задушишь! — попыталась освободиться Мари. — Пойдём, а то всё без нас съедят.

В столовой, как обычно, было шумно и тесно, комната вроде бы большая, но на тридцать с лишним человек её едва хватало. И это ещё учитывая, что вторая и третья съёмочные группы не в полном составе — Мари жаловалась, что двух её подружек их режиссер оставила репетировать какой-то проблемный момент. Про третью группу она вообще почти ничего не знала, там снимали отдельную сюжетную линию, про преподавателей, взрослые тётки и дядьки пропадали в своём павильоне до поздней ночи. Завтракали они очень рано, чуть ли не в пять утра, обедали когда придётся, а ужин им, похоже, носили в постель, во всяком случае здесь члены третьей группы были редкими гостями. Вот и сейчас из всей третьей группы здесь был только младший хореограф, и тот уже проталкивался к выходу, неся подмышкой огромный бумажный пакет с бутербродами. Он на ходу кивнул Мари, рыжая улыбнулась в ответ.