Шаманы. Книга 2 (СИ), стр. 1

Дмитренко Татьяна

Шаманы. Книга 2. Общий файл

Долина гейзеров сегодня особенно живописно выглядит. Исхаг обернулась на далёкий крик журавлей, покидающих Озёрный край. Отец Долины показал шаманке и её детям суровый, но невероятно красивый край, что лежит гораздо южнее и выше её владений.

Озёрный край... Огромная долина, расположенная на приличной высоте, испещрённая множеством озёр, как ледяных в любое время года, так и на удивление тёплых... с берегами, покрытыми густой растительностью. Высотой вся эта растительность не доходит старой орке и до пояса. Но детям очень понравились как низенькие деревья, так и обилие птиц. Два из множества озёр летом заселяли розовые журавли, где они кормились, паровались и растили потомство. Старая шаманка вспомнила как впервые увидела незабываемую картину - вся стая розовых птиц одновременно взлетела в воздух. Тысячи птиц делали короткий разбег и срывались в полёт! Шум множества крыльев заглушал восторженные крики детей и даже Таркилег, строгий эльф-наставник, не делал замечания подопечным за "неподобающее поведение".

Исхаг кивнула своим мыслям...осень, скоро начнётся осень, лето на исходе. Ровно десять зим тому назад она обрела семью в долине гейзеров, как время летит! Деги давно выросла и покинула свою детскую пещеру, затерявшись среди скал навсегда. Карса так и не появилась за почти восемь лет отсутствия, и шаманке не хотелось думать, что отважная кошка погибла. Волки состарились, последний помёт Корноухого принёс ему единственного щенка. Старшая самка умерла, сорвавшись со скалы, а младшая покинула долину вскоре после её смерти. Так что с шаманкой остался Корноухий и его последний щенок. Старый волк теперь охотится один или с Талгиром, натаскивая своего отпрыска, а все обитатели долины гейзеров без меры балуют осиротевшего волчонка.

Исхаг снова оглянулась, неизменное "ха-р-р" радует, появились два отпрыска "уважаемого Карга". После того, как десяток лет назад оба молодых ворона блестяще справились с своей задачей - спрятали следящие амулеты в школе и в жилище "друга Эльреги", а затем вернули их хозяйке, король гномов называет умного отца обоих воронов "уважаемым Каргом". С тех давних пор уважаемый Карг по праву гордится и сыновьями, и дружбой короля.

Исхаг погладила сине-чёрное оперение старшего ворона, это самый сообразительный из детей старого друга и очень привязан к Талгиру, его младший брат отдаёт явное предпочтение Исхагор. Дети сегодня возвращаются из похода в Озёрный край, они давно собирались отправиться за горным мёдом и редкими растениями, что как раз созревают к началу осени. Настало время пополнить запасы трав. Отец Долины выращивает некоторые редкие растения, но далеко не все, что нужны шаманам для создания необходимых веществ и для освоения сложных шаманских практик. Многие духи из тех, что призваны Исхагор и повинуются ей, равнодушны к крови призывающих, им подавай редкие ингредиенты.

Исхаг приставила ладонь ко лбу, всматриваясь в противоположный конец долины, пора бы детям уже появиться, сегодня она опробовала новую печь, сложенную из камня по северному образцу и обмазанную глиной. В печи доспевает пирог с рыбой. Честнее было бы признать, что это скорее рыба, чем пирог, но мука, как ни крути, в пироге была. Исхаг ухмыльнулась, Талгир особенно порадуется, вот же рыбоед, он даже глаза ест и плавники! Дочка предпочитает нежное мясо птицы, сама Исхаг ест всё, что можно есть, с орочьим желудком оно и неудивительно!

Ага! Вот на тропе показались дети, каждый тащит за собой своего ездового духа, нагруженного мешками с травами. Мальчик, как всегда с посохом на плечах, руки заброшены на посох, и шаманке всё время кажется издали, что это тонкие журавлиные крылья. Сын сильно вытянулся за последний год, он вырос, как и малышка Исхагор. Серебряные волосы мальчишки забраны в высокий орочий хвост, даже отсюда видно, как сияют тёмные глаза, белоснежные зубы сверкают на загорелом лице. Не по возрасту крупные ладони заставляют думать, что её сын ещё будет расти не один год. Уже сейчас, в двадцать лет, он почти доходит головой до груди приёмной матери. Наставник Таркилег утверждает, что человеческие мужчины растут до двадцати пяти лет. Поживём, увидим, решила орка. Исхагор тоже подросла, девочке уже двенадцать. Золотые в детстве волосы вдруг поменяли цвет на огненно-рыжий с розовым отливом, глаза остались прозрачно-серыми, а лицо напоминает цветом лепесток маргаритки. И совсем не принимает загар!

Рядом с оркой проявился эльф-наставник. Вот уж кто не изменился за десять лет! Прекрасное воспитание, полученное в известнейшей аристократической семье, причём, один эльфийский Творец знает сколько лет назад, ни разу не изменило призрачному перворождённому, дай ему волю, он своих воспитанников будет называть на "вы" и кланяться при любом удобном случае, а уж удобные случаи он найдёт. Орка покосилась на безмятежное лицо Таркилега, что там греха таить, без него она не справится с обоими учениками, просто сил не хватит. За его спиной воздвигся хранитель долины, ему и притворяться не нужно, он всегда беспокоится за детей больше всех. Его можно понять, слишком хрупка человеческая жизнь. И то, что девочка - полукровка, только добавляет беспокойства. Смесков не признают эльфы, сторонятся люди и к ним весьма подозрительно относятся гномы. Вот и получаются угрюмые бродяги, не примкнувшие к тому или иному клану. В лучшем случае - это несчастные разумные, так и не обрётшие семью, в худшем - озлобленные и никем не привечаемые изгои.

Гичи-Аум не без основания утверждал, что разбойники, контрабандисты и вообще преступники - это, как правило, полукровки. Жизнь изгоев быстро расставляет нужные акценты и воспитывает жизнеспособность, умение быстро ориентироваться в обстановке и, соответственно, принимать единственно верные решения, иногда не совместимые с жизнью тех неудачников, что неосторожно подворачиваются под руку изгоям.

- Ты не можешь вечно держать детей в долине на положении несмышлёнышей,- говаривал Гичи-Аум, - мальчику уже пришла пора выходить в большой мир. Он же не орк, вечно кочующий в безраздельных просторах Великой орочьей степи. Он уже приличный лекарь, но ему нужно учиться. В человеческой академии.

- Разве я спорю? Или запрещаю? - орка качала головой, - как только мальчик пожелает изменить жизнь, мы отпустим его в большой мир и пусть набивает собственные шишки!

Гичи-Аум только досадливо морщился. Не иначе, Древний решил, что мать цепляет мальчика всеми мыслимыми крючками, стараясь удержать при себе. А зачем ей это? Талгир давно бы уехал в столицу гномов, и его примут в академию без всяких оговорок, но малышка Исхагор держит его в долине покрепче орочьего аркана.

Рыженькая малолетняя шаманка уже привязала к брату десяток собственноручно призванных сущностей и честно предупредила его, что один - её соглядатай. Талгир только посмеялся и отложил свой отъезд в академию ещё на год, он очень любил сестру и ему тяжело было расстаться с нею и приёмной матерью. Оба наставника тоже любили мальчика, как родного, и Сын Шаманки отвечал обоим глубокой и тёплой привязанностью. Они научили его стольким полезным умениям, что иной лекарь за всю жизнь не смог бы постичь, даже имея на руках те самые книги, которые эльф цитировал наизусть.

Юные обитатели маленького клана уже стояли на перепутье, им оставалось только принять нужные решения. Талгир откладывал своё решение не только оттого, что не мог расстаться с родными. Его очень тревожило то, что наставник Эльреги благополучно избежал наказания, исчезнув в самом начале расследования событий в школе следопытов ещё десять лет назад. По этому поводу наставник Таркилег не замедлил высказаться:

- Срок в половину человеческой жизни вовсе не является достойным поводом отложить месть. Эльреги ничего не забудет и сумеет достать каждого из вас или я не эльф.