Попутчик (ЛП), стр. 12

Наконец Перро подошел к закрытой двери, над которой виднелась выцветшая вывеска, изображавшая опорожненную кружку, а также содержавшая имя заведения — Пустая Кружка. Окна и двери вокруг нас тонули во тьме. Ни единого звука не прорезало ночь.

Я полагал, что это место было необитаемо. Когда Перро распахнул дверь, я понял, что не ошибся. Таверна была абсолютна пуста. Табуреты стояли на столах, барная стойка была безлюдна.

— Ну, чего ждешь? — спросил Перро. — Заходи!

В его глазах снова загорелся огонек. На мгновение, я заколебался, но Перро настаивал. Я знал, он не станет совершать поступков, которые могут причинить мне вред, так что пришло время узнать, что же твориться на самом деле.

Войдя в комнату, я почувствовал что-то странное. Некое беспокойство, но так и не смог понять, с чем же оно было связано. Медленно и осторожно я пошел к бару, оглядываясь по сторонам, но ничего не замечая. Из таверны не было других выходов, за исключением того, которым попал в неё я. Я повернулся к двери, замечая, что Перро стоит снаружи.

— Тут никого нет, — крикнул я ему. — Место пустое.

— Откуда ты знаешь? — спросил он. Его голос был тихим, но я слышал друга совершенно ясно. — Ты ведь даже не вошел в комнату.

— О чем ты? — удивился я. — Я внутри…

Я развернулся, обводя рукой помещение. Но мне стоило только взглянуть туда, где была стойка, чтобы понять — я смотрю на комнату из вне, словно все еще стою на пороге.

— Власти иллюзий, — со смехом сказал Перро. — А теперь, войдем.

Он произнес несколько слов: «Отличный эль и прекрасные истории», шагнул через порог и исчез.

Несколько мгновений я тупо моргал, оставаясь на месте. Однако так и не смог вновь увидеть своего наставника. Из сложившейся ситуации был только один выход.

— Отличный эль и прекрасные истории, — пробормотал я и сделал шаг вперед.

Я переступил порог, внезапно оказываясь посреди ослепительного света и хора голосов. Вокруг меня разговаривали, кричали, пели и аплодировали. Как только мои глаза привыкли к свету, я огляделся вокруг, видя перед собой совершенно иной зал. Все столы были заняты, на каждом стуле кто-то сидел — исключая лишь несколько, чьи хозяева в пьяном угаре повалились на пол. Много народу стояло и сидело на полу около очага. Я заметил, что многие посетители были не людьми. Особенно выделялись из толпы дворфы и гномы. Полдюжины женщин расхаживали по комнате, разнося подносы. С этих подносов завсегдатаи просто хватали напитки, когда официантки проходили мимо.

Группа дворфов собралась вокруг огня. Они держались под руки, зажав в руках кружки и громко распевая хриплые застольные песни — которыми для дворфов, кажется, служили те, что рассказывали про убийство гоблинов. Каждый новый творческий способ убийства гоблина — будь то разбивание головы камнями, удар молота, раскраивавший череп или столкновение гоблинской бошки с… другим гоблином — очень веселил дворфов.

Их песня детально описывала, как использовать гоблина в качестве оружия — держать его за ноги, раскручивая, чтобы создать импульс, а затем опустить его тушку вниз, совершая удар сверху, словно в руках у тебя боевой топор. Из книг я знал, что голова гоблина — самая твердая часть его тела, и наиболее эффективного результата можно достичь, когда существа сталкиваются именно головами. Звук расколотого черепа мог быть довольно громким, четким и приятным для уха.

За все годы, которые я провел, путешествуя с Перро, я ни разу не видел подобного места. Потому не мог подхватить песню, но слушал, представляя коренастых крепких мужчин, которые раскручивали за лодыжки уродливых гоблинов, используя мерзких существ в качестве оружия против собственных сородичей. Я подумал, что подобная забава, должно быть, распространена в городах дворфов. Про себя я решил, что когда-нибудь мне придется поехать в земли дворфов, чтобы увидеть все собственными глазами.

— Перро, дружище. Как здорово снова видеть тебя.

Голос, донесшийся сбоку, выделился среди гомона толпы и вырвал меня из задумчивости, в которую я был погружен песней дворфов.

Я повернулся, чтобы увидеть, как Перро легко идет к барной стойке, проталкиваясь через толпу дворфов.

Услышав этот голос, я ожидал, что хозяином его окажется человек или, быть может, эльф. Но был кране удивлен, увидев старого седобородого дворфа, который балансировал на небольшом пульсирующем голубом диске, который дрейфовал вверх-вниз за барной стойкой. Перро и дворф разговорились, но их голоса звучали тихо, и потому я не мог разобрать ни слова. Тогда я подкрался поближе.

— …ждет тебя наверху, но пришел человек из её храма, и она в спешке удалилась. Она сказала оставить это…

Дворф резко оборвал фразу и повернулся, чтобы посмотреть на меня.

Под этим пронзительным взглядом я вдруг почувствовал себя голым. И мне стало стыдно. Я пришел подслушивать разговор, который не предназначался для меня. Я попытался скрыться в толпе, но взгляд дворфа смягчился, и его толстые губы тронула улыбка. В густой бороде сверкнули его блестящие белые зубы.

— А это, должно быть, твой подопечный, — сказал он. Хотя дворф явно обращался к Перро, его глаза продолжали следить за мной.

Перро повернулся ко мне. В его взгляде виднелось удивление и, быть может, даже немного одобрения. Я сразу понял, что Перро не заметил меня и был доволен, что мне удалось подобраться так близко, оставаясь незамеченным.

— Да, да. Это мой мальчик. Мой юный ученик, — сказал Перро, беря себя в руки. — Мэймун, это Элвисс. Он мой старый друг. Немного угрюмый, — заметил он, покосившись на дворфа. Тот только закатил глаза, улыбаясь еще шире. — Он предложил мне присмотреть за тобой сегодня вечером.

— Присмотреть? — спросил я. — Но за мной не нужно никому присматривать. Куда ты отправляешься и почему мне нельзя с тобой?

— Меня зовут дела. И тебя они не касаются. Ты останешься здесь, с Элвиссом.

Перро посмотрел на дворфа, и тот кивнул прежде, чем мой наставник закончил.

— Я дам тебе кровать в общей комнате. Все равно большинство из них пустуют.

Дворф положил руку на мое плечо, уводя прочь, но Перро остановил друга, поднимая руку. Он наклонился к Элвиссу и тихо проговорил.

— Не спускай с него глаза. Я вернусь быстро, и мальчик должен быть готов.

Элвисс кивнул. Прежде, чем я успел что-нибудь сказать, он повел меня к общей комнате, а Перро покинул таверну старым путем.

Глава двенадцатая

Этой ночью сон снова не шел ко мне.

Я заставил себя лежать с закрытыми глазами, гоня прочь все мысли и пытаясь сконцентрироваться на собственной усталости. Однако, несмотря на все усилия, мои мысли снова и снова возвращались к Перро и его таинственным делам.

Казалось, прошла вечность, прежде чем я окончательно забросил попытки уснуть. Я встал с кровати и оделся. Тихо, чтобы не мешать двум другим спавшим, я подкрался к двери общей комнаты и приложил к ней ухо. Из-за двери не доносилось ни звука.

Медленно и осторожно, я толкнул её.

Таверна была пуста. Все стулья стояли на столах, а только что вымытый пол ярко блестел. Единственным источником света была барная стойка — где плавал пульсирующий голубой диск Элвисса. Старый дворф тоже был там, машинально потирая стойку тряпкой и тихо напевая себе под нос.

Он казался слишком занятым, а комната — достаточно тенистой, чтобы я мог пересечь её, оставаясь незамеченным. Выход из таверны располагался прямо напротив дверного проема, в котором я находился, так что мне придется пройти большое открытое пространство.

Я двинулся вперед, ступая с носка на пятку — в одной из книг Перро я прочел детальное описание того, как двигаться скрытно — и используя столы, как укрытия. Пол был скользким, но не чрезмерно, и потому вскоре я потянул пальцы к ручке двери.

Элвисс все еще тихо напевал и возил тряпкой по барной стойке. Хотя, как только я прикоснулся к двери, старый дворф подпрыгнул.

Он развернулся и посмотрел прямо на меня.