В Стране Вечных Каникул, стр. 21

Дверь распахнулась, и я увидел, что мы прибыли в… Докмераб.

– Но ведь это… – проговорил я.

– Дом медицинских работников, – перебила санитарка. – Медицинское учреждение! Здесь тебе окажут необходимую помощь.

Подбежал дядя Гоша. Они с санитаркой схватились за ручки носилок. И внесли меня в столицу Страны Вечных Каникул, словно какого-нибудь восточного владыку или повелителя.

Как только мы миновали входную дверь, дядя Гоша спросил:

– Ты хочешь, чтобы тебя теперь все время носили на руках… или, прости, на носилках? Если хочешь – пожалуйста!

– Нет! Не хочу. Ни в коем случае!

Я спрыгнул на пол.

– Желание каникуляра для нас – закон, – провозгласил дядя Гоша.

И санитарка с носилками тут же исчезла.

– Наконец-то ты прибыл, – сказал дядя Гоша, хотя час был очень ранний. – Дед-Мороз уже здесь и с нетерпением ждет тебя.

«Все ясно: узнал о моем неудавшемся побеге. И пусть знает. Я этого скрывать не буду!» С такими мыслями я переступил порог вестибюля.

Дед-Мороз курил возле гардероба.

– Видишь, нервничает! – шепотом объяснил дядя Гоша. – А ведь ему курить пожарная охрана запрещает, он весь огнеопасный – усы, борода!

Я еще никогда до той поры не видел курящих и нервничающих дедов-морозов. И поэтому изумленно остановился возле дверей.

А волшебник выбросил папиросу в урну и, забыв о своей обычной степенной неторопливости, прямо-таки бегом направился ко мне, задрав полы роскошной красной шубы, расшитой золотом и серебром.

– Ты здесь? Вот и прекрасно. Значит, можно начинать? «Идет к нам, дети, Новый год!»

Этими словами он каждый день начинал представление, хотя на дворе уже была середина февраля.

Я остановил Деда-Мороза:

– Не хочу больше встречать Новый год в феврале!

– Что? Что?! – изумился он. – А зачем этот портфель? Ты решил! Теперь носить призы и подарки в портфеле? Боюсь, они гам помнутся. Принеси лучше завтра авоську.

– Завтра я сюда не приду…

– Не придешь?

– Выпишите меня, пожалуйста, из Страны Вечных Каникул!

Я протянул Деду-Морозу пригласительный билет с постоянной пропиской.

– Везде трудней прописаться, чем выписаться, – сказал Дед-Мороз. – А у нас, в Стране Вечных Каникул, наоборот: выписаться гораздо трудней.

– Почему? – испугался я. – Почему трудно меня выписать?

– А ты о нас подумал? Мы же все останемся без работы до следующих зимних каникул!

– Почему?

– Потому что придется закрыть Страну Вечных Каникул. Ты же у нас единственный каникуляр! Мы должны тебя беречь и лелеять!

– А эти зайцы, лисы, медведи? – спросил я.

– Развлекая тебя, все мы трудились. Значит, никто из нас не был каникуляром. Ты понимаешь?

– Да-а…

– Вот и выходит, что страну-то придется закрыть за неимением населения.

И правда, в каждой стране ведь должно же быть хоть какое-нибудь население. Ну хотя бы состоящее из одного человека! Я понимал это. И все же решительно произнес:

– И закрывайте ее! Кому она нужна? А ты, дедушка, вполне можешь уйти на пенсию. Как дядя Рома… И в дни зимних каникул работать… на общественных началах. Так многие пенсионеры делают. Я их теперь хорошо знаю. Подружился!

– А как поступить со Снегурочкой?

– Молодым везде у нас дорога! – воскликнул я.

– О, это верно, – задумчиво произнес Дед-Мороз. – Может быть, перевести ее на другую работу? До следующих зимних каникул… Куда-нибудь на Крайний Север. Или в Антарктиду!

– Зачем так далеко?

– Чтоб не растаяла… до следующих зимних каникул.

– Так вы меня отпускаете? – с надеждой спросил я.

– Сейчас напиши заявление: «Прошу выписать…» и так далее, – деловито сказал Дед-Мороз. – Я сбоку поставлю резолюцию. И пойдешь к Снегурочке: она у нас ведает вопросами прописки и выписки.

Я достал из портфеля новенькую тетрадку. Но мне жаль было вырывать из нее чистый лист. Тогда я вынул из середины розовую промокашку, написал на ней заявление чернильным карандашом и протянул Деду-Морозу. Он послюнявил немного кончик моего карандаша и вывел в левом углу лиловую резолюцию: «Из каникуляров отчислить. Страну Вечных Каникул закрыть! Дед-Мороз».

– Отдай Снегурочке: она все оформит.

– Дедушка, – тихо сказал я, – у меня к тебе есть еще одна очень большая просьба…

– Ну, на прощание готов исполнить. О чем твоя просьба?

– Я ведь почти целую учебную четверть пропустил. Не можешь ли ты все знания за это время как-нибудь мне в голову… вложить, что ли?

Дед-Мороз обнял меня и накрыл своей бородой:

– Этого ни один, даже самый могущественный и квалифицированный волшебник сделать не сможет! Знания – без учения и труда? Нет, этого, милый, никто не сможет…

Я видел, что ему не хотелось отказывать мне в последней просьбе. Не хотелось, чтоб наше прощание было грустным. И он погладил меня рукавицей по голове:

– А вот сделать так, чтоб ребята в классе тебе помогли, это я могу…

– Не надо, не беспокойся, – ответил я.

Я был уверен, что Валерик поможет мне и так, без вмешательства волшебной силы. Я знал своего лучшего Друга…

– Ну что ж! Как хочешь, – сказал Дед-Мороз.

Он уже готов был уйти, но тут я вспомнил:

– А оправдательная справка? Меня же не пустят в школу. Раньше, если я пропускал занятия, мне давала справку мама. Или выписывал доктор.

– Снегурочка оформит, – сказал Дед-Мороз.

Я пошел к Снегурочке. Вернее, она сама катила мне навстречу на серебристых роликах. Я протянул ей промокашку с резолюцией Деда-Мороза.

– А пригласительный билет? – спросила Снегурочка.

Я протянул ей билет. Снегурочка положила его на одну ладошку, накрыла другой, потом потерла ладошку о ладошку и отдала мне. Но это уже был не билет, а справка о том, что я «в течение полутора месяцев проходил курс лечения в медицинском учреждении». Внизу стояла подпись: «Врач Елкина-Иголкина».

– Сегодня у нас день закрытия! – громко в рупор объявила Снегурочка. – Закрывается Страна Вечных Каникул, закрывается ее столица – Докмераб, закрывается «Стол заказов»!

Когда я вышел на улицу, дощечек со словом «Ремонт» у входа уже не было.

«На дне закрытия я сегодня уже побывал. Может быть, успею еще и на день открытия!» С этой мыслью я, «вылеченный» и «отремонтированный», помчался по тротуару, размахивая портфелем.

И вскоре очутился на той самой дороге, по которой я мог бы идти зажмурившись, если бы в моем городе по тротуарам не спешили пешеходы, по мостовой не мчались автомобили и троллейбусы и на каждом углу не подмигивали бы своими разноцветными глазами светофоры.

Сказки кончаются благополучно: одни свадьбой, другие пиром. И такими, к примеру, словами: «Я там был, мед-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало…» По случаю своего возвращения из Страны Вечных Каникул я тоже закатил пир, если не на весь мир, то по крайней мере на весь двор. Тут-то и пригодились мне все призы и подарки, от которых (о, чудо!) меня как-то сразу вновь перестало тошнить.

Меда и пива не было, но были медовые пряники. И я там был, чай с пряниками пил. По усам ничего не текло, потому что усов у меня тогда еще не было, но в рот попало. И немало!..

×
×