Герой моего романа, стр. 26

Рейф привык к тому, что его семья являлась мишенью для пересудов и прямых нападок, поскольку лишь недавно его братья пожелали предать гласности их тайную службу на благо короля и Англии во время продолжительной войны с Францией.

Большая часть светского общества полагала, что семейство Данверсов и их родственники относятся к разряду, мягко говоря, ни на что не способных чудаков.

А Рейф был наихудшим из них. Он едва избежал военного суда и повешения после того, как задал трепку своему старшему офицеру, которую тот заслужил, проигнорировав приказ, из-за чего вся рота едва не погибла.

Лорд Керквуд бросил на Рейфа сердитый взгляд и, понизив голос, сказал жене:

— Ну и сборище!

Раньше чем леди Финч удалось перевести беседу в другое русло, вскочил Джемми:

— Хотя его и выгнали из подразделения, Рейф продолжал выполнять свой долг. Подвозил вооружение нашим войскам, которые оказались отрезанными неприятелем. Совершал набеги на французские крепости. Даже помог найти клад.

— Клад? — переспросила мисс Гонора. — Как интересно! Что за клад? Как это произошло?

— На самом деле я его не нашел, — возразил Рейф. — К тому времени, когда его нашли, я уже уехал.

— Нужно отдать должное тому, кто этого заслуживает, — сказал Джемми. — Ты и твои соотечественники провели майора Данверса через Португалию, до самого подножия горы Бадахос. Без твоей помощи майор не нашел бы этого сокровища.

— Сокровище? — встрепенулся Китлинг. — Вы сказали «сокровище»?

Джемми кивнул и с большим воодушевлением заявил:

— Я думал, Рейф не выживет, когда мы нашли тех, кого захватили эти мерзкие французишки. Они избили его до потери сознания, но он не выдал секрета, не рассказал о своей миссии.

Лорд Керквуд недоверчиво хмыкнул. Однако его все дружно проигнорировали.

— А как вы спаслись? — спросила Рейфа леди Виктория.

— Джемми и мой брат Роберт произвели отвлекающий маневр, французы ринулись туда, и нам удалось их одолеть.

— А вы хоть получили свою долю сокровища? — спросил мистер Китлинг.

Леди Финч перевела взгляд с Китлинга на Рейфа.

— Так вы получили?

— Нет, — ответил Рейф. — Да я и не взял бы его. Оно принадлежит испанскому народу.

— Чернь не заслуживает подобных богатств.

— Ни единого драгоценного камешка? — недоверчиво спросил Китлинг.

— Как бы мне хотелось найти сокровище! — мечтательно произнесла мисс Гонора.

— Ну да, сокровище! Глупости все это. Ты только посмотри, к чему привела погоня за сокровищем отца мисс Тейт. Он погряз в долгах и умер от горячки.

В разговор вступил Джемми:

— Огромный клад позволил Веллингтону дать надежду испанскому народу, в особенности после трагедии близ Бадахоса. Они объединились с англичанами и помогли нам выгнать французов с Пиренейского полуострова. — Он выпрямился и в упор посмотрел на недоверчиво слушавшего графа. — Милорд, почти каждый из находящихся в этом зале людей потерял кого-нибудь или что-нибудь на тех пыльных просторах. Возможно, вклад Рейфа не слишком хорошо известен, однако без него и без таких людей, как он, Англия потеряла бы гораздо больше прекрасных молодых людей, прежде чем разгромила бы наших врагов.

Леди Керквуд перестала разглядывать ногти и подняла голову:

— Итак, мистер Данверс, ваш старший брат был осужден за измену, второй брат промотал состояние, а брат-близнец был убит.

Рейф расправил плечи и с улыбкой посмотрел на нее.

— Это подводит итог всему сказанному.

Леди Керквуд гневно посмотрела на леди Финч, как бы спрашивая, зачем та ее сюда пригласила.

К всеобщему облегчению, послышалось негромкое покашливание со стороны входной двери. Эддисон, дворецкий семейства Финчей, объявил:

— Миледи, обед подан.

Рейф готов был поклясться, что он услышал, как леди Финч произнесла: «Слава Богу, вовремя».

— Прошу вас в столовую, — объявила леди Финч, предлагая руку лорду Керквуду. Лорд Финч шагнул вперед, после того как Джемми подтолкнул его, побуждая взять под руку леди Керквуд.

Китлинг предложил одну руку мисс Гоноре, другую — мисс Алминте, и троица вслед за хозяевами направилась в столовую.

Джемми обошел леди Викторию и предложил руку Шарлотте.

Удовлетворенные тем, что их дочь находится в подходящей компании, супруги Харрингтоны проследовали в обеденный зал по-военному четко.

Леди Виктория, кокетливо улыбаясь, направилась в сторону Рейфа.

— Мистер Данверс, вы не будете столь любезны…

— Виктория! — окликнула ее мать. — Иди сюда! Лорд Керквуд вернулся и демонстративно взял дочь под руку.

Однако это не остановило непокорную девушку, и она одарила Рейфа призывной улыбкой: «Мои родители могут это не одобрять, но я — за».

— Вы поступали по совести, — заявил полковник Постхилл, подойдя к Рейфу.

— Прошу прощения, сэр?

— Вы поступали по совести, делали то, что повелевал долг. — Полковник кивнул. — Не обращайте внимания на Керквуда. Он болван. — Похлопав Рейфа по спине, он добавил: — Хвалю вас. — Поправив мундир, полковник по-военному выпрямился и вскинул голову, словно собирался обедать с самим Веллингтоном.

Ребекка прошла мимо Рейфа и взяла дядю под руку. Подойдя к двери, она оглянулась, и в ее глазах Рейф прочел те же чувства, которыми были проникнуты слова полковника.

По щеке ее скатилась слезинка.

Это тронуло Рейфа до глубины души.

Глава 8

Отважное сердце всегда смотрит своему врагу в глаза, поэтому супостат видит лишь решительное желание добиться своего.

Полковник Дарби — своему войску в «Самом горестном часе мисс Дарби».

Пропади он пропадом, этот мужчина, подумала Ребекка, занимая место за обеденным столом. Как только он посмел оказаться благородным!

Она убедила себя, что он презренный невежа, а оказалось, что он воевал за свободу Испании, рискуя собственной репутацией и честью.

И почему он ничего не сказал о своем брате-близнеце? Впрочем, это объясняло многое в поведении этого загадочного человека, — очевидно, боль потери все еще не утихла.

Она хорошо его понимала.

И еще он встал на ее защиту, хотя сказал глупость, сравнив ее с полной луной. Ну да, луна, как же! Должно быть, дает себя знать его испанская кровь. Однако, когда он взглянул на нее, она и сама поверила в то, что относится к числу редкостно красивых женщин. Возможно, это объяснялось его шармом, и он любую женщину мог вставить почувствовать себя красавицей.

Пропади он пропадом, думала Ребекка, уткнувшись в гарелку. Возможно, она даже была бы способна восхититься этим человеком, если бы он не целовался как дьявол, а потом не оставил ее в смятении, наедине с самыми бредовыми мыслями и желаниями.

Ее будущий викарий никогда бы не довел ее до такого… такого горячечного состояния.

Она украдкой бросила взгляд на Данверса. Хотя он и приоделся по случаю званого обеда, его наряд выглядел несколько поношенным, и это почему-то радовало ее.

Как его называл Джемми? Рейф.

Это имя подходит ему, решила Ребекка, представив себе, как, находясь с ним в постели, шепчет: «Рейф, иди ко мне, Рейф, люби меня».

Ребекка не сомневалась, что на эту мольбу он откликается с готовностью и со знанием дела.

Объект ее размышлений поднял голову и посмотрел в ее сторону, словно услышав ее немую мольбу и угадав ее непристойные мысли.

За столом все чувствовали себя напряженно, и тут Сидни Китлинг, сидевший справа от Ребекки, разрядил атмосферу.

— Мистер Данверс, — сказал он, — кажется, мы с вами — люди одного сорта.

Ребекка едва не расхохоталась, увидев насмешливые искорки в глазах Рейфа.

Сидни и Рейф похожи? Не больше, чем ночь и день.

— Что вы имеете в виду? — спросил Рейф.

— Да, объясните, пожалуйста, — попросила леди Виктория.

Сидни откинулся в кресле, явно довольный тем, что оказался в центре внимания.

— Ни один из нас не имеет ни малейшего шанса на наследство. Рожденные для того, чтобы жить в благородном мире, мы брошены в холодные объятия совершенно другого мира. Вы согласны?