В царствование императора Николая Павловича. Том второй (СИ), стр. 70

— Hey, buddy, you all right? — спросил встревоженный Паркер. И не дождавшись ответа, он выругался по-английски.

Олег вскинул пистолет, и, пригнувшись, сделал несколько плавных шагов. Незаметно для британца он появился в просторной комнате, которая, похоже, была в доме у старосты чем-то вроде гостиной. На стоявшей у печи лавке сидела женщина, державшая на руках годовалую девочку. Пожилые мужчина и женщина расположились чуть в стороне. С ними были девочка и мальчик, наверное, погодки, лет четырех-пяти. Еще один мальчик лежал в углу комнаты на полушубке, брошенном на сундук. Левая нога его ниже колена была перевязана окровавленным тряпьем.

А напротив, в проеме между окон, на грубо сколоченном табурете сидел мужчина с двумя кремневыми пистолетами в руках. Он был одет так, как обычно одевались в это время люди из приличного общества – сюртук, жилет и клетчатые панталоны.

Олег, держа на мушке британца, негромко сказал ему:

— If you want to live – don't move…

Мистер Паркер вздрогнул, и поднял стволы пистолетов. Но Олег оказался быстрее. Раздалось два негромких хлопка, и англичанин взвыл от боли. Пули, выпущенные из АПС Щукина, попали ему в предплечье правой и левой руки. Пистолеты выпали из рук британца, и упали на пол.

Изрыгая проклятия, Паркер попытался вскочить с табурета, но еще не зажившая нога подвела его, и он рухнул на пол. Подскочивший к нему ротмистр пинком отшвырнул в угол пистолет, к которому британец потянулся было окровавленной рукой. Второй пистолет, отлетевший в сторону на несколько шагов, не спеша подобрал Щукин.

— Ну все, мистер Паркер, — сказал он, с усмешкой взглянув на злобно ощетинившего "агента 007". — Отбегались. Больше бегать вам не придется. Я заберу вас туда, откуда для вас может быть единственный выход – на кладбище. Только это еще надо будет заслужить.

— Олег Михайлович, — удивленно спросил Соколов, — вы что, и в самом деле хотите взять его к себе?

— А что ему здесь делать? — пожал плечами Щукин. — С такими "бдительными стражами", как ваши, он снова может пуститься в бега, и добраться-таки до своего Острова. А нам это совершенно ни к чему.

— Ладно, ротмистр, разберите-ка лучше баррикаду, которую воздвигли эти поедатели пудингов, — и Щукин кивком подбородка указал на груду сундуков, подпиравших входную дверь.

Потом он послал вызов, и сообщил по рации всем участникам спецоперации, что она закончилась успешно.

Все это время семья старосты неподвижно сидела на своих местах, еще не веря в свое спасение. Уж больно все неожиданно и быстро произошло. Лишь через несколько минут женщина с ребенком на руках заголосила и залилась слезами. Соколов же тем временем, справившись с сундуками, загремел засовом, и открыл дверь на улицу. Потом ротмистр по лестнице поднялся на чердак.

Осторожно подняв голову и заглянув в полутемное помещение, он увидел неподвижное тело мистера Джонсона. Пуля из снайперской винтовки попала ему прямо в лоб, вынеся весь затылок.

— Наповал, прямо в лоб, — ротмистр крикнул вниз Щукину. — Меткий выстрел.

Забравшись на чердак, он подошел к убитому, стараясь не ступать в лужу крови, и не поскользнуться на разбросанные по полу ошметки мозга.

— Тьфу, да тут все кровью забрызгано, — жандарм немного помолчал, а потом брезгливо чертыхнулся. — Вляпался все-таки…

В дом вошел Сергеев-старший, а чуть позже генерал Бенкендорф с Пашкой. Пацан, увидев сидевшего на полу окровавленного британца, подошел к нему, и строго, по-взрослому сказал,

— Так тебе злодею и надо, — не будешь мирных людей обижать.

А потом подбежал к лежавшему на сундуке приятелю, и, погладив его по голове, участливо спросил. — Что, Митроха, сильно больно? Ты не бойся, барин обещал, что он тебя в Петербург возьмет. Там тебе настоящий врач быстро ногу вылечит.

Взрослые же, увидев мундир Бенкендорфа, бухнулись перед ним на колени, и наперебой начали благодарить графа за спасение…

Настоящие же спасители скромно вышли на улицу подышать свежим воздухом.