Чужие облака (СИ), стр. 1

                                                                   автор Альбина Андерсон

АЕРАХИ

ЧУЖИЕ ОБЛАКА

книга первая

Все в этой книге, от первого до последнего предложения,  придумано автором. Все персонажи и события вымышлены. Любые совпадения случайны.

Пролог

Через аварийный выход в конце коридора они выбрались на пожарную лестницу. Северный ветер сразу же ворвался Тайке в ноздри и исколол легкие. А  высокое, летнее солнце ослепило глаза. Вцепившись в бордюр площадки, она на секунды прикрыла веки, у нее сильно закружилась голова. Зигги сразу же полез за сигаретой, но вспомнив правила, теперь просто мял пачку через ткань кармана.

- Пойдем в кафетерий? - предложил он.

Тайка умоляюще посмотрела на него, после двух недель, проведенных в  тесной душной камере, уходить отсюда не хотелось. Он понимающе кивнул и облокотился о стену. Ночью шел дождь, пахло поздними, весенними цветами и мытой хвоей деревьев. Это напомнило ей дом, хотя она находилась за несколько часовых поясов от него. Ее глаза жадно бродили по всей линии  горизонта, трудно было привыкнуть к мысли, что теперь ей можно стоять здесь, дышать этим кристально чистым воздухом, и смотреть далеко вперед, насколько хватает зрения, а не натыкаться   взглядом куда не повернись, на темные бетонные стены.

          По правую сторону от них высились здания  Научного Парка. Широкая, асфальтовая дорога резала территорию на две половины. В самом конце она упиралась в сверкающее стеклами здание администрации. По обе стороны стояли многочисленные корпуса. Разноцветные электромобили стройными рядами были припаркованы около каждого блока. Брусчатые дорожки пролегали через ровно-стриженные газоны, мраморный фонтан на центральной площади бил струями сверкающей в солнце воды. Все выглядело новым и нежилым как на  картинке с сайта застройщиков, и только старая, гранитная колонна с часами, странно диссонировала со всем остальным.  Изъеденная столетиями, она была из прошлых времен. На барельефе в огне   корчились женщины, мужчины и дети. Каменная лента с латинской вязью обвивала постамент.

- Что там написано? - спросила Тайка.

- Каждую минуту помни.

- Что помни?

Зигги поморщился.

- Сверху решили что наше прошлое должно вышибать слезу и науськивать видовых патриотов. Учись делать трагическую физиономию, у нас в моде сентиментальность.

Парк казался безлюдным, но Тайка знала, что здания кишмя кишат сотрудниками. На башне громко забили часы.  Одиннадцать утра - время кофебрейка. Люди в костюмах и галстуках, джинсах и сникерсах  уже зашныряли по коридорам. Они улыбались друг другу : привет-привет, жевали бутеры и круассаны, брали лед, колу и кофе из автоматов, флиртовали,  ругались и плели интриги. Ровно на двадцать минут - все как в обычной жизни, а потом они вернутся к себе в отсеки и надев  лабораторные халаты будут резать, кромсать, выделять, скоблить и сэмплировать. И у всех на лице будет одно и тоже выражение упрямства и одержимости.

Чтобы не видеть того, что вызывало у нее отвращение, Тайка зашла за угол. Перед ней раскинулась бесконечная, дикая  тайга. Кристально-чистые озера отсвечивали зеркалами, в теневых пятнах облаков переливались изумрудом сопки и не кончался плотный, хвойный лес.

- Через тысячу километров Арктика, - сказал Зигги. – Ни одного населенного пункта до самого полюса. Зимой здесь холодрыга и короткий световой день. Но это идеальное место, здесь мы далеко от людей. Все наши парки находятся черт-те где, в пустынях и тундрах, на Аляске, в Аризоне, Боливии, Китае …

- Ты здесь родился? – спросила она.

Зигги достал Мальборо, постучал пачкой о кирпич стены и с сожалением опять положил в карман.

- Нет, - усмехнулся он. – Не знаю где.

- Вырос здесь?

- Нет, в Чайковском. Там есть детский дом, на балансе у организации, - он помолчал. - Тогда здесь еще шатались медведи, этому парку всего восемь лет.  Представляешь как его строили? Вычистить  трассу на триста километров? Но охота пуще неволи, теперь вот...- он махнул рукой за угол. - Аэродром на одну полосу, вертолетная площадка,  гидростанция на реке. Двести коттеджей и четыре многоквартирных дома стоят на другом склоне холма, тебе потом  покажут. Складские и производственные помещения, лаборатории, библиотека, супермаркет...

- Санаториум и тюрьма, - тихо добавила Тайка.  В голосе ее слышался страх.

- Считай тебе повезло, я никогда не видел Санаториум, у меня нет допуска. Ну а тюрьма... всего две камеры в цоколе. Нужно же где-то держать таких буйно-помешанных, как ты, - засмеялся он.

Она растянула рот,  но улыбки не получилось.

- Тебя что, били? – осторожно спросил он.

Видимо только заметил ее разодранное ухо и спекшуюся кровь за давно немытыми прядями волос. Она посмотрела ему в глаза, он сразу все понял, но промолчал.

- Теперь-то что со мной? – спросила она.

- Останешься на три месяца, пройдешь ускоренные курсы. Будут блоки по психологии, генетике, истории, кодексу компании. Подпишешь контракты, примешь присягу, тебе оформят пэйролл и социальные льготы. В общем, будет чем заняться. Что с английским?

Она горько усмехнулась.

- Считать могу до десяти...Пэйролл. Ничего я у вас не понимаю.

- Все со временем. У тебя другие университеты, не хуже. Я знаю ты сидела в колонии, за кражу в раймаге.

Она кивнула.

- Так погулять хотелось? Два ящика пива, три бутылки водки, палка сырокопченой и сыр алтайский, семьсот двадцать грамм,  – улыбнулся он. - Я видел твое дело.

Она пожала плечами. Если ему хочется издеваться, пусть. Чему-чему, а вежливости ее здесь научили. На рожон она больше не попрет, слишком дорого это стоит.

- Конфеты дюшес пол-кило, белый шоколад Спорт...Стоило это двух лет тюрьмы?

- Больше мы не унесли...Нас двое было.

- Третий в последний момент испугался и дал деру на машине.Но его все равно на полгода посадили! Дурак, лучше бы остался, шоколаду поел, а так все зазря..

Она криво ухмыльнулась.

- Правда, что тебя боялись в деревне? - допытывался Зигги.

- Кто боялся, значит заслужил.

Он окинул ее одобрительным взглядом.

- Ты мне подходишь, Таисья.  В моем отделе одни соплееды, ничего  поручить нельзя. Только и хнычут : Этого не могу, того воспитание не позволяет…А я видел яйца Когля после того, как ты его лягнула. Синие как мои глаза. Даже повара из столовой приходили смотреть, это было что-то, клянусь!

- Он теперь меня ненавидит. Да и все…

- Это правда, ты не популярна, но знаменита! Всеобщую любовь можно заслужить со временем. А пока думай о главном, о том что ты будешь жить.

- Меня больше не отправят в Санаториум?

Голос ее задрожал от страха.

- Теперь уже незачем, ты об этом хорошо позаботилась.

Вспомнив все, что она пережила за последние месяцы, Тайка сжала зубы.

- Чтоб вы все сдохли со своими программами! - вырвалось у нее.

- Ненависть - здоровое чувство. Я думал, тебя уделали основательно, а ты уже возвращаешься к жизни. Когда-нибудь ты полюбишь нас всей душой,  ведь мы братья и сестры, а семью не выбирают, - он рассмеялся. - Как вспомню рожу Когля! Только за одно это стоило вымаливать твою жизнь. Тебя хотели усыпить как больную крысу, но ты нужна мне. Ты смелая и не перед чем не остановишься.

Она вздохнула, на что ей нужна такая непонятная жизнь? Но другой, прежней  уже не было, ее отняли навсегда.

- Не вздумай сглупить еще раз, у тебя уже есть одно предупреждение, запомни, второго не будет. Играй по правилам и будет шанс дожить до старости. Не хочется, чтобы  мои старания пошли прахом, я четыре дня уговаривал Вильштейна, поругался с директором по идеологии и отдал своего зама в Европу. Все потому, что мне кажется из тебя получится то, что мне позарез нужно.

×
×