Мой убийца, стр. 13

Чтобы эффектно закончить дело, я загнал Эла в угол и сказал ему довольно громко, чтобы меня мог слышать и бармен, — я знал, что в этом случае новость разнесется быстрее телеграфной:

— А-а-а, вот и ты, жирный мешок. Слушай меня внимательно. Говорю по-хорошему. Оставь в покое Паулу Ли. — Я бросил взгляд на Лоферта и увидел, что он внимательно прислушивается к моим словам. — Если ты или кто-то другой начнет диктовать ей свои условия, он будет иметь дело со мной!

Чтобы мои слова прозвучали более убедительно, я нанес Элу Ризе короткий удар в область почек, и он так пыхнул, точно в нем разорвался какой-то баллон. Лоферт с ненавистью уставился на меня, другие пытались казаться равнодушными или смотрели в другую сторону. Но те оба меня отлично поняли, и я был уверен, что теперь они не тронут девушку.

Все оказалось довольно просто.

Я был полицейским, который появился в квартале, где прошло его детство, и которому многое не понравилось в этом квартале из того, что он увидел. Я мог понять людей, страдающих от гангстеров, и решил им немножко помочь. Об этом вскоре заговорят во всем районе, и тогда мне, вероятно, будет легче найти общий язык с этими людьми. Все бывает...

* * *

В шесть часов я постучал в дверь квартиры, где жила Марта, и услышал, как она подбежала к двери. На ее губах играла улыбка, означавшая: «Добро пожаловать домой!» Увидев все это, я снова ощутил какую-то теплоту. Почуяв запах свежего кофе с кухни и аромат бифштексов, я облизнулся.

— Ты голоден, Джо? — Марта посмотрела мне в глаза и добавила:

— Собственно, можешь не отвечать. Вытаскивай пиво из холодильника, я сейчас буду готова. — Она широко улыбнулась.

Странно, но в своей собственной квартире я не чувствовал такого уюта, как здесь. Мы поужинали в спокойной обстановке, которую каждый из нас опасался нарушить. Говорили о всяких мелочах лишь для того, чтобы вообще говорить. Ужин закончили черным кофе. Наливая себе вторую чашку, Марта сказала:

— Теперь ребята не захотят с тобой знаться, потому что ты связался с девчонкой.

— Какое мне дело до ребят, к тому же большинство из них уже на том свете.

— Странно, правда? Как быстро течет время. Я отлично помню то время, когда бегала за тобой и Ларри и хотела играть вместе с вами. Ты меня всегда усылал куда-нибудь под разными предлогами, а Ларри постоянно делал вид, будто собирается снять с меня скальп.

— Я недавно вспоминал Ларри.

— Наверное, тебе его очень недостает?

— Мы всегда хорошо понимали друг друга, — я пожал плечами, — но так уж устроена жизнь.

— Ты прав.

Чтобы перевести разговор на другую тему, я осведомился:

— Тебе удалось что-нибудь узнать?

— Больше всего я узнала от Мэрфи. У него есть агенты среди гангстеров, и там поговаривают, что заваривается какое-то большое дело. Люди, стоящие во главе, нервничают по неизвестной причине и все время катаются от Чикаго до Нью-Йорка и обратно. Кажется, что происходит какое-то совещание на высоком уровне. Действительно, существует связь между здешними гангстерами и гангстерами из других мест. Правда, все они разыскивают Гуса Уайлдера, но не это самое главное. Самым важным является что-то другое, но об этом никто не обмолвился ни словом.

— Вновь придется действовать наобум.

— Не обязательно. После одного из таких совещаний сюда были посланы Лоферт, Фатер и Лютц. Если мы сконцентрируем наше внимание на этих личностях, мы сможем что-нибудь узнать.

— Их не так-то легко заставить говорить, — заметил я.

— У них тоже есть ахиллесова пята... Наверняка...

— С чего начнем?

— С первых убийств... Как-никак, а убийства остаются убийствами. До сих пор еще никто не касался этой темы. Никто ничего не видел. Меня просто восхищает твоя уверенность в успехе.

— У меня большой стаж работы в полиции, Джиджи. Придет время, и они сварятся в собственном соку, а нам остается лишь ждать и немножко их провоцировать.

— Несносный ты человек... Что ж, давай ждать и провоцировать.

Глава 7

Люди, приходившие поужинать, уже ушли из ресторана Тони, когда мы вошли туда с Мартой. У стойки бара сидела какая-то парочка, да были заняты еще два столика в зале. Сам Тони забавлялся транзистором, а Мэри обслуживала в зале.

Мы с Мартой забрались на табуреты. Заметив нас, Тони улыбнулся и подошел. Первый раз за много лет я увидел, как он улыбается. Он поздоровался на своем неаполитанском диалекте и автоматически приготовил две порции пива.

— Ты уже сделал доброе дело для той девушки, Джо. Она так радуется! Ведь ужасно, когда женщина выходит на панель, но еще ужаснее, когда она не может оттуда уйти.

— Ей нужно было бы попридержать свой язычок, а то люди могут подумать, что полиция становится чересчур мягкой.

— Здесь ты ошибаешься, Джо, — Тони многозначительно посмотрел на нас. — Вы оба тоже относитесь к нашему кварталу. Может быть, даже к лучшему, что ты вернулся сюда, Джо. Здесь плохо, очень плохо.

— Убийства?

Он усердно закивал.

— Ими должен заниматься другой отдел, и кроме того, я появляюсь тут лишь в свободное время. Поэтому мне наплевать на все это.

На физиономии Тони отразилось огорчение.

— Но это тоже плохо. Сейчас этим делом вообще никто не занимается. Полиции тоже на все наплевать. Кто-то сдох, ну и что? — Он склонился ко мне и доверительно зашептал: — Но ведь этот убийца здесь, Джо. Он может прикончить еще кого-нибудь...

— Ну а чем могу помочь я, Тони? Всех убитых я знал лишь маленькими, и ты отлично это понимаешь. Все они были хорошими парнями. Я ходил вместе с ними в школу.

Тони пожал плечами.

— Хорошими парнями их не назовешь. Но если уж на то пошло, то тут есть еще хорошие люди. Ты должен это знать. Много хороших людей, и все они боятся.

— И ты тоже?

— Да. Я боялся этого глупого Рене Миллса и других парней тоже.

— Я вот что хочу тебя спросить, — тихо произнес я. — Что ты знаешь о Рене Миллсе, Тони? Что? Говорят, он в последнее время сорил деньгами? Ведь их у него никогда не было. Чтобы совершить большой грабеж, мужества у него не хватало, а дать в долг большую сумму ему тоже никто не мог. Ведь Рене был обыкновенным мелким мошенником.

Тони осмотрелся по сторонам и прошептал:

— Ты знаешь, что я думаю? Я думаю, он кое-что знал про кого-то. И рассчитывал получить в скором времени еще большие деньги. Очень твердо рассчитывал.

— Вот как?

— Могу тебе и еще кое-что сказать, Джо. Он никогда не спал по ночам: или смотрел телевизор, или играл в карты. Всегда! И никогда не выключал света, потому что боялся темноты. А затем вдруг все переменилось. Стал выключать свет, как только на улице темнело, правда, на его окнах всегда висели толстые занавески. Раньше такого за ним не наблюдалось. Вероятно, кто-то был в его квартире.

— Прятал?

Тони наморщил лоб.

— Кто его знает?

— Но ведь это глупо, Тони! Кто, черт возьми, мог довериться Рене?

Тони, казалось, не слышал моего вопроса, но тем не менее ответил:

— Может, у него никого и не было.

— Все равно никто не смог бы довериться Миллсу.

— Но ведь Миллс вышвырнул из квартиры Нэнси Таккио, не так ли? Рене вышвырнул бы из дому родную мать, если бы она не платила, а Нэнси платил... Нэнси так и кипел от злости, ведь он прожил с Рене в этой квартире много лет, оплачивал все его расходы и счета, а потом внезапно получил пинок в зад. Что ты скажешь на это, Джо?

— И перед смертью Рене продолжал пребывать в таком же благодушном настроении? — поинтересовался я.

— Точно. Считал, что обеспечил себя надолго. Ты должен поймать убийцу, Джо.

— Это не так-то легко сделать.

— Не так легко? — Тони с любопытством посмотрел на меня. — Тогда спроси об этом Эла Ризе. Этот толстый тюфяк кое-что знает. Он же здесь властвует над людьми и высматривает, где и что может ему перепасть. Он и Миллса прижал. Я сам видел, как тот ему платил...

×
×