Незримый клинок, стр. 40

Все же Энтрери пришлось поплатиться за издевательское нападение. Новая молния Мерле Паризо настигла его, и он отлетел к стене, перевернувшись в воздухе. Плечо горело, волосы встали дыбом, сердце бешено колотилось.

Рыча от отчаяния и боли, убийца снова ринулся к магу, со свистом рассекая воздух кинжалом.

– Л сколько еще раз выдержишь ты?! – выкрикнул он, всаживая клинок снова и снова.

Ответом были танцующие языки пламени, окружившие Паризо без всякого вреда для него. Энтрери заметил зарождающееся пламя слишком поздно, чтобы удержать руку, и кинжал прошел сквозь огонь, снова не пробив волшебную броню. Зато Энтрери досталось. Огненный щит повторил его удар, но направил его против него же, и на ребрах и так израненного убийцы появилась новая глубокая рана.

Энтрери с воплем отпрянул, однако так, чтобы оказаться напротив двери, и быстро пригнулся, как только в него полетела новая молния.

Выпрямившись, убийца с удовольствием заметил, что деревянная дверь и впрямь кое-где треснула. Он схватил еще один стул и швырнул его в мага, одновременно бросаясь к двери.

Однако тут же замер, услышав стон Мерле Паризо, и круто развернулся, решив, что «каменная кожа» наконец пробита.

Но тут же сам взревел от досады.

– Ах, как умно, – кисло отметил он, поняв, что этой уловкой чародей всего лишь выиграл время для нового заклинания.

Он повернулся к двери, но не успел сделать и шага, как его отбросило назад. Противоположная стена полыхнула огнем, отрезая единственную возможность бегства.

– Ты хорошо сражаешься, наемный убийца, – откровенно признал Мерле Паризо. – Надо сказать, этого я и ожидал от Артемиса Энтрери. Но, увы, сейчас ты умрешь. – И он извлек волшебную палочку, направил ее на пол у ног Энтрери и зажег там огненную точку.

Энтрери упал ничком, набросив на голову остатки плаща, а точка взорвалась и превратилась в огненный шар, быстро заполнивший собой всю комнату, обжигая легкие, но нисколько не вредя Паризо Чародея надежно защищал собственный пламенный щит.

Энтрери вскочил, едва различая, что перед ним. Огонь и дым застилали ему глаза, пожар охватил все здание. А Мерле Паризо стоял в пламени и громко смеялся.

Надо было выбираться любой ценой. Убийца понял, что не сможет справиться с магом и не устоит против его невероятной магической силы. Он повернулся к двери, решив броситься сквозь стену огня, но тут прямо перед его лицом в воздухе возник пламенеющий меч, рубивший направо и налево. Ему пришлось броситься в сторону и выставить против невидимого противника кинжал. Порождение воли Мерле Паризо, овеществленное благодаря мощному заклятию, теснило его, заставляя отступать. Меч не подпускал убийцу к двери.

Но Энтрери теперь был в своей стихии. Он легко уклонялся и отражал удары. Меч не направляла ничья рука, так что наносить удары можно было лишь по самому клинку, а для Энтрери это не составляло труда. Но вдруг появился еще один пламенный меч. Никогда еще наемный убийца не видел ничего подобного и даже не слышал о столь сильном чародее, способном управлять двумя магическими порождениями одновременно.

Он увертывался и кувыркался, уклонялся как мог, но клинки неутомимо преследовали его. Он попытался прорваться мимо них к двери, но опередить их было невозможно. Он взглянул на Паризо. Тот был едва различим в густом дыму, но по-прежнему стоял под защитой огня, задумчиво постукивая по подбородку волшебной палочкой.

Энтрери уже с трудом выносил жар. Горели стены, пол и потолок. Дерево жалобно затрещало, и рухнули балки перекрытия.

– Я не уйду, – послышался голос Мерле Паризо. – Хочу посмотреть, как ты распрощаешься с жизнью, Артемис Энтрери.

Сияющие мечи теснили его, действуя в полнейшей согласованности, и Энтрери сознавал, что чародей уже почти добился того, что хотел. Наемный убийца, лишь на волос избежав удара, поднырнул под клинки и метнулся к двери. Прикрывая лицо руками, он ринулся прямо в огненную стену, решив проломить дверь.

Он налетел на какую-то очень твердую преграду, видимо, волшебную стену. Ему пришлось отступить обратно в горящую комнату, где его поджидали мечи. Мерле Паризо спокойно стоял, поигрывая волшебной палочкой.

Но тут чуть поодаль от мага из воздуха возникла рука в зеленой перчатке, без всяких признаков тела, в пальцах у нее было нечто напоминающее большое яйцо.

Глаза Мерле Паризо расширились от ужаса.

– К-кто? Что?… – бормотал он, заикаясь. Рука бросила яйцо на пол, оно разлетелось, и появилось большое круглое облако пыли, оно поднялось в воздух и стало переливаться разными цветами. До ушей Энтрери донеслась музыка, он расслышал ее даже сквозь рев пожара. Несколько нот, постепенно повышавшихся, вдруг сменились низкими и перешли в протяжное гудение.

Сияющие мечи исчезли. Исчезло и пламя, преграждавшее путь к двери, хотя обычный огонь по-прежнему ярко полыхал вокруг. Померк также и пламенный щит, защищавший Мерле от огня.

Чародей громко закричал и стал беспорядочно размахивать руками, пытаясь применить какое-то новое заклинание, – видимо, для того, чтобы исчезнуть, потому что теперь он ощущал жар так же, как Энтрери.

Наемный убийца сообразил, что волшебство потеряло силу и невидимая магическая преграда тоже должна была испариться, так что теперь он волен беспрепятственно покинуть комнату. Но он глаз не мог оторвать от Мерле, который отступал назад в полнейшей растерянности. Изумив их обоих, маленькие язычки пламени вокруг чародея начали видоизменяться и превращаться в крошечных человекоподобных существ, затеявших вокруг мага странный хоровод.

Чародей, пятясь, споткнулся о какую-то доску и упал навзничь. Огненные человечки, как стая голодных волков, бросились на него, воспламеняя одежду и прижигая кожу. Паризо открыл рот, чтобы закричать, но одно из существ нырнуло ему прямо в глотку. И голос сразу же прервался в сожженной гортани.

Рука в зеленой перчатке поманила Энтрери.

Стена позади убийцы рухнула, заграждая прямой путь, и повсюду разлетелись угли и искры.

Перемещаясь очень осторожно, но быстро, убийца по широкой окружности приблизился к руке и понял, что это вовсе не бесплотная рука, а вполне телесная, но принадлежит она кому-то, кто скрывается в межуровневом пространстве.

Энтрери почувствовал, как подгибаются колени. Он уже почти решился, несмотря ни на что, броситься к двери, но тут послышался шум, и стал падать потолок. Исключительно из чувства самосохранения Энтрери метнулся к межуровневым вратам. Если бы он успел подумать, то, может быть, предпочел бы смерть.

Глава 12. Обретение пристанища

Он помнил город, но очень смутно. Лишь однажды, давным-давно, он побывал здесь проездом, в те дни, когда еще был полон юных надежд и мечтаний о будущем, когда только искал Мифрил Халл. Теперь он шел по Лускану, вбирая в себя образы и звуки рынков под открытым небом и всеобщей суеты северного города, пробуждающегося после зимней спячки, и почти ничего не узнавал.

Множество глаз останавливались на нем, поскольку такого могучего, широкоплечего великана почти семифутового роста, с привязанным за спиной поблескивавшим молотом, не каждый день можно было увидеть. Варвары временами посещали Лускан, но Вульфгар даже по сравнению со своими крепкими соплеменниками казался огромным.

Он не обращал внимания на чужие взгляды и перешептывания за спиной и продолжал блуждать по улицам. Он заметил Небесную Башню Аркана, знаменитый дворец гильдии чародеев Лускана. Здание легко было узнать, поскольку оно имело форму громадного дерева с распростертыми ветвями. Но даже этот знакомый вид ничем не помог варвару. Он был здесь так давно, что, кажется, уже целая жизнь прошла с тех пор.

Он ходил час, два. Теперь Вульфгар не только разглядывал все, что его окружало, но и вспоминал. В его голове проносились картины последних дней, особенно мгновения безрадостной расплаты. Перед его мысленным взором стоял Вальрик Зоркий Глаз, падающий на кучу шкур и шестов, и Клык Защитника, проламывающий шаману грудь.