Грехопадение (ЛП), стр. 38

Я открыла глаза, когда Итан включал свет в комнате Шейна, и подняла голову с его плеча.

Итан мило улыбнулся мне.

— Эй, Грейс, тебе что-нибудь нужно?

— Нет, Итан, спасибо. Я просто опустошена. Мне без разницы, где я буду спать, мне просто нужно выспаться. — Я  быстро оглядела комнату. Мой взгляд поймал красивую кровать из темно-вишневого дерева и мою гитару, прислоненную к ней. Я повернулась к Шейну. — Ты спас мою гитару?

Скинув покрывало с постели, Шейн осторожно опустил меня на кровать и сам сел рядом. Его кровать была мягкой и пахла свежевыстиранным постельным бельем. Я закрыла глаза.

— Поспи, Грейс. Мы будем снаружи, если тебе что-нибудь понадобится, — прошептал Шейн.

Я вытянула руку и притянула его руку к себе. Я даже не могу сказать зачем. Я устала, была напуганной и злой, и это единственное, что казалось правильным.

— Не уходи, Шейн, — прошептала я в ответ.

Шейн легко сжал мою руку и встал с кровати. Я открыла глаза, чтобы увидеть, как Итан закрывает дверь, а Шейн идет через всю комнату к комоду. Он снял рубашку и джинсы и кинул их в большую плетеную корзину в углу. Я смотрела на татуировки, обвивающие его мышцы, пока он просматривал ящики, одетый лишь в боксеры. Он вытащил пижамные штаны и ничего больше.

Он выключил свет и забрался под одеяло рядом со мной. Он провел одним пальцем от моего плеча до локтя.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да, я просто не хотела оставаться в одиночестве. Прости, — прошептала я.

Он прижал меня ближе к себе, мое тело идеально подходило к его.

— Не извиняйся. У меня есть шанс держать красивую женщину в своих объятиях всю ночь, так что я определенно останусь с тобой.  

— Спасибо тебе, — сказала я.

Я почувствовала его хриплый смешок на своем затылке. 

— За что, за то, что назвал тебя красивой? Будто ты не слышишь этого от каждого долбаного парня, который на тебя смотрит.

— Нет, не за это. За то, что спас меня сегодня. Ты мог погибнуть, Шейн. Больше не делай для меня ничего подобного.

Он мягко прикоснулся губами к моей шее, чуть ниже уха, и поцеловал меня.

— Заткнись и спи, Грейс.

13

Первое, что я почувствовала, проснувшись, — это то, что тело Шейна лежало напротив моего. Его руки обвивали мою талию, а лицо было зарыто в мои волосы. Дыхание касалось моего плеча.

Я толкнула его и попыталась вырваться из его объятий, но он только крепче прижал меня к себе. Попыталась перевернуться и спустить ноги на пол, но это только заставило его перекатиться на меня и начать полноценный поединок. Наконец, я скинула его и освободилась от него и кровати, но только для того, чтобы он повалил меня на пол. Мы оба смеялись.

В дверь постучали, и мы оба вскочили с пола, будто нас только что застукали родители, что заставило нас смеяться еще громче.

Итан пришел с чашкой горячего кофе.

— Эй, там есть кофе и пончики! — Его глаза метались туда и обратно от меня к Шейну, его лицо покраснело, и он посмотрел вниз, на пол. — Ой, простите, я не хотел ничего прерывать.

Теперь была моя очередь краснеть.

— Итан, ты ничего не прерываешь. Мы просто спорили, кто первый откроет дверь. Между Шейном и мной ничего нет.

Итан пожал плечами и кивнул головой.

— Ну, в любом случае, там завтрак. Все собираются, так что мы выдвигаемся в ближайшее время.

Не дожидаясь ответа, он повернулся к нам спиной и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Я чувствовала взгляд Шейна, подобный горячему лазеру, на своём затылке. Я повернулась к нему лицом.

— В чем дело? — спросила я, заранее зная ответ. Я только что задела его эго.

— Почему ты вытворяешь такое дерьмо? — Он указал на дверь.

— Какое?

— Представим, что это не ты сейчас говорила это дерьмо обо мне. Это ты попросила меня спать здесь прошлой ночью. Я получаю много смешанных сигналов от тебя, Грейс.

Меня убивало, что он был прав. Шейн не ходил вокруг да около, он говорил прямо. Мне нужно было сказать ему что-то, чтобы его внимание переместилось к следующей девушке и меня так не тянуло к нему. Я обхватила себя руками, потому что собиралась рассказать ему хоть часть своей правды, и это заставляло меня чувствовать, будто внутри меня вот-вот всё лопнет, и я не буду большим, чем просто кучкой пепла.

— Послушай, я просто была кое с кем на протяжении очень долгого времени. Мы пошли разными путями, но я всё ещё люблю его. Я... не хочу никого другого. Так что... это странно для меня. Прости, если подаю тебе сигналы. Я действительно не хочу быть ни с кем, кроме него.

Выражение лица Шейна не изменилось.

— Никогда. Особенно с тем, кто будет думать, что я стою всего одну ночь его существования, — прошептала я, униженно опустив глаза. Я могла чувствовать румянец на лице и как тепло распространяется от моих щёк к шее. Я не была особенной, ведь так? Может, Азазель был прав, может, он больше не хотел меня. Я снова посмотрела на Шейна. Его губы были плотно сжаты, а брови сведены к переносице, будто я сделала ему больно. Будто я могла сделать больно кому-то вроде Шейна. Я должна выбираться из этой жизни. Это смущало и беспокоило меня, и всё, чего я хотела — это поползти с этим человеком обратно в кровать и притворяться, что была Грейс. Грейс, наверное, ненавидела бы себя, покидая утром «Комнату-на-одну-ночь», но я уверена, что это заставило бы её на пару часов почувствовать себя любимой.

Я вышла из комнаты Шейна и выдохнула. Я пошла в ванную и держала руки под холодной водой, пока они не онемели. Меня не должно волновать, что думает или чувствует Шейн, но здесь была проблема — меня это волновало. Эта жизнь была слишком запутанной, я забывала, что должна сделать, и Азазель пытался убить меня.

Голос Леа приглушенно звал меня через дверь, и это оторвало меня от мыслей. Она постучалась один раз и вошла.

— И как я догадалась, что ты это делаешь? — Выхватывая мои руки из-под ледяного потока, она обернула вокруг них полотенце и прижала к груди. — Неужели это единственный способ выпустить пар? Или чего ты там пытаешься этим добиться? — Она не ждала ответа. — Я позвонила своей начальнице, рассказала, что случилось прошлой ночью, и она дала мне две недели отпуска, можешь в это поверить? Надеюсь, поиски того сумасшедшего не займут две недели? Я дико напугана.

— Я думаю, может, мне не следует ехать с вами сегодня, ребята. Может, мне уехать в другое место и...

— Заткнись! Заткнись! Я не хочу слышать о том, что ты хочешь, — отрезала она. — Кто-то пытался убить тебя. Дважды! Я знаю, что ты думаешь, что у тебя есть какие-то... какими бы ни были эти твои высшие существа, но это реальный мир, и я не хочу слышать ничего из твоей фигни! Ты не можешь кануть в омут, пока я здесь. Не делай идиотских вещей потому, что Джейкоба и твоих родителей больше нет, и ты думаешь, что одна. Я всё ещё здесь, Грейс! Ты пообещала, что не сделаешь больше ничего, чтобы навредить себе, ты пообещала мне!

Я пообещала. Я пообещала, когда мне было семнадцать, и она нашла меня после попытки самоубийства. Она не только нашла меня, но и спасла. Она сказала, что ей снился прекрасный ангел с огромными золотыми крыльями, и он сказал ей, где найти меня. Я не могла сомневаться в её сне, как и не могла сомневаться в том, что это был ангел, потому что только так кто-то мог узнать, как или где найти меня.

Я рано уехала в школу тем снежным утром, даже прежде, чем Леа проснулась. Я была вовлечена в ранний утренний музыкальный кружок, поэтому у неё не должно было возникнуть сомнений, что я была там. Вместо того, чтобы поехать в школу на автобусе, я прыгнула в поезд и вышла в отдалённом районе, окруженном заповедником «Залив Ямайка». Я прошла, по меньшей мере, две мили в густой лес. Три или четыре дюйма снега покрывали землю. Я маскировала следы большой сосновой веткой, которую сорвала с дерева. Прислонившись к холодному дереву, я поднесла бритву к своим запястьям. Никаких слёз, никаких сожалений. Я не хотела жизни Грейс Тейлор — жизни девочки-подростка, только что потерявшей своих родителей, и которой нужно было научиться ходить заново после того, как её тело было искалечено в автомобильной катастрофе. Снаружи больше не было видно никаких повреждений, но внутри её тела был хаос, и я больше не хотела находиться в ней. Я не хотела быть в теле подростка: все страдания, все нужды и жажды были непрерывными. Худшими были её воспоминания, такие яркие и такие реальные. Я ненавидела то, что Грейс ушла, а я была здесь. Она бы стала просто удивительной. Но вместо неё там была я, в поисках кого-то.

×
×