Старик, стр. 9

Глава 3

Брошенные

Ни в шесть, ни позже сменщик так и не подошел. Но появился Казарян. Пришел он пешком и весь избитый. Армянин плакал – даже не плакал: он рыдал громко и драматично. Слезы катились градом. Казарян причитал по-бабски. Жирное тело сотрясалось от рыданий как студень.

– Дедушка, они не подходили? – кинулся он к старику, только завидев его.

– Кто они?

– Детишки мои и жена? – Тамар опять затрясся в приступе рыданий.

– Нет, Тамар Саркисович.

– Тамик. Тамик меня зовите, пожалуйста, дедушка.

– Нет, Тамик, они не появлялись.

Армянин грузно опустился на ступеньки, уронив голову на пухлые ладони. Старик поспешил к нему. Он завел его в салон магии с охранной аппаратурой и налил ему горячего чая.

С подвываниями и причитаниями Тамик поведал ему свою трагическую историю.

О наступающем конце света он узнал от важного человека. Нужно было срочно спасаться. Сначала он купил билеты для всей семьи в Лондон, но потом выяснилось, что там творится то же самое, даже хуже. Тогда он решил вывезти семью к своему другу и партнеру по бизнесу Григорию. Пришлось задержаться в Москве, чтобы снять наличные деньги, забрать кой-какие накопления, но все забрать не получилось. Ситуация на глазах выходила из-под контроля. Тогда он решил плюнуть на терзающую его жабу и бежать вместе с семьей к Григорию, но оставалось еще одно дело. Нужно было забрать некоторые вещички у себя в офисе. Он созвонился с Анушаваном, вместе с которым они вели юридический бизнес, и, забрав семью, поехал на встречу в офис. Но по дороге водитель завез его с семьей в какие-то гаражи и, угрожая пистолетом, выкинул их из машины, уехав на ней со всем добром. Тамик кое-как нашел водителя, который согласился его с семьей отвезти в офис. Тамик отдал ему свой перстень с изумрудом. В офисе его ждали другие неприятности. Ануш ждал его не один, а со своими друзьями уголовного вида. Тамика избили и под угрозой жизни детей и жены заставили отдать его «пенсионный фонд». Тамик любил золото. Не брюлики, не машины, не деньги. Он по-настоящему любил золото. Он скупал царские червонцы, нелегальные слитки, золотой песок, лом золотых изделий. Все это он хранил в трех тайниках и назвал «пенсионным фондом». Как Анушаван узнал про три клада, Тамик не знал. Но результатом было то, что он вместе с Анушаваном и двумя его быками объехал тайники и собрал все золото. Пока они катались по Москве, семья и друзья Анушавана оставались в офисе. Тамик очень боялся, что его самого и его семью просто убьют, но его не убили. Когда они уже ночью вернулись в офис, ни его семьи, ни друзей Анушавана там не было. Были следы стрельбы и много крови. Безуспешные попытки дозвониться до кого-нибудь из них ни к чему не привели. Они вместе облазили всю округу, рискуя попасть в лапы бешеных мертвецов. Но никаких других следов не нашли. Тамик надеялся, что его детям и жене удалось бежать, а вот идти им было некуда, кроме как вернуться домой. Он весь остаток ночи шел пешком в свою московскую квартиру, уворачиваясь и отбиваясь от ходячих мертвецов, надеясь найти дома жену и детей.

Вот такую грустную историю поведал старику Тамик. Армянин просто водопадом выплескивал из себя горе, надежду, страх и отчаяние. Старику было очень жаль Тамика. Так убивается, бедный. Толстяк вытирал глаза и нос бумажными салфетками, всхлипывал и вздрагивал плечами, а потом задремал в большом черном кресле.

Но старика не оставили в одиночестве. У него внезапно появился третий компаньон.

– Сука, сука, сука!!! – раздалось из лифтового холла.

В аквариум к старику заскочил адвокат Блидевский.

– Доброе утро, Олег Вениаминович, – вежливо поздоровался с ним старик.

– Да какое, на хрен, доброе. Где эта сука? Где эта тварь? Где моя жена? – выпалил он прямо в лицо старику.

Дед утер рукавом с лица слюнявые брызги адвоката.

– Не могу знать, Олег Вениаминович, не видел я ее, – ответил он.

– Как не видел?! Как не видел?!! Эта тварь опять замки поменяла. Паскуда поганая. – Щуплый низкорослый адвокат махал узкими холеными ладонями.

Твердый палец с наманикюренным ногтем уперся в грудь старика.

– Ты не мог ее не видеть. Она должна была мне что-нибудь передать. Она и телефон, тварь, отключила, и Мишу моего забрала.

Миша был водителем, который работал на обоих супругов. Зарплату платила ему Блидевская из своей конторы, но адвокат упорно считал его своим персональным водителем. Блидевский сам машины не водил, да и прав у него не было.

И адвокат, и его жена старательно окружали себя блеском внешнего лоска. Но весь этот лоск был таким же поддельным, как и вся их жизнь. Помощники, охранники, сотрудники менялись у Блидевских с непередаваемой скоростью. Постоянно работал только молчаливый флегматичный Миша.

Адвокат выскочил в вестибюль и забегал по периметру лобби, грызя ногти и распинывая по грязному полу попадающиеся под ноги шмотки и осколки мебели. Техничка утром уже не пришла, убирать мусор было некому. Внезапно адвокат высоко взвизгнул и запрыгал на одной ноге. Допрыгав, он плюхнулся на остатки кресла из красного дерева. Обеими руками он обхватил стопу в грязном модельном ботинке и жалобно заскулил. Он со всего маху умудрился пнуть тяжелое каменное пресс-папье, выпавшее из специального ящичка в дорогущем столе из красного дерева. Зловредный камень отлетел в одну сторону, а адвокат упрыгал в противоположную.

Старик поспешил к ноющему адвокату.

– Пойдемте ко мне. Я вам из холодильника лед приложу. Легче будет.

– Сука, тварь неблагодарная. Вокруг такое происходит, а она в очередной раз поиздеваться надо мной решила. Мразь такая. Чтобы она сдохла с риелторами своими. Коза драная.

Жена адвоката владела собственным агентством недвижимости. Успешная бизнес-вумен постоянно конфликтовала со своим менее успешным супругом. Супружеская война периодически выплескивалась из их квартиры. К сценам на парковке и в подъезде все уже привыкли, но были и более драматичные события в сериале, который смотрел дед из своего аквариума. Например, сразу после новогодних праздников весь дом и окрестности наблюдали, как адвокат бегает в махровом банном халатике и шлепанцах на босу ногу, подбирая из грязного подтаявшего снега свои костюмы и рубашки. Но Блидевский не остался в долгу. Он порезал колеса машины жены в какой-то самый неподходящий момент и уехал с Мишей. Встрепанная раскрасневшаяся Блидевская в панике бегала, маша руками и выкрикивая матерные ругательства, по парковке и двору дома. От нее тогда досталось и охранникам, и консьержам, и дворникам, и даже председателю ТСЖ. Периодически война перемежалась трогательными перемириями. Тогда супруги ходили за ручку и оказывали друг другу всяческие знаки внимания.

Старик помог хромающему уже на обе ноги адвокату добраться до своей кондейки и усадил его на топчан.

– У вас камеры работают?

– Да, конечно, – опешил дед. Вопрос адвоката выбил его из колеи, он просто не ожидал такого.

– Вы свидетелем будете. Я их раком поставлю. Они нарушили все нормы эксплуатации зданий. Да! Я потерпевший. Они не просто не обеспечили безопасные и комфортные условия для проживания, они создали условия, опасные для жизни и здоровья граждан. Это преступная халатность. Нет, они намеренно это сделали. Это косвенный умысел. – Глаза адвоката уже блистали праведным гневом.

Но разогнаться ему не дали.

– Э, батон. Че за хрень. Домой пусти. – На входе в аквариум стоял крупный подросток в широченных приспущенных штанах и распахнутой теплой парке со сложноописуемым узором.

– Ты как с отцом разговариваешь, сопляк? – Адвокат повернулся всем телом к подростку.

Это был его четырнадцатилетний сын Кирилл.

– Че ты опять напрягаешься? Опять мозги плющить будешь? – На лице подростка появилась страдальческая гримаса.

– Нет. Вы посмотрите на него. Ты где был, придурок? Опять пьяный? Мне опять за тебя в школе краснеть, бестолочь? – распалялся адвокат.