Жестокость, стр. 29

— Ну что ж, — пробормотал Курт, — вот, получается, и нашли мы себе работенку.

— Слушай, а может прямо сейчас рванем, а? — с горячностью в голосе спросил я.

— Почему бы нет? У меня сейчас вообще никаких дел нет, сижу вот, прохлаждаюсь. Почему бы не проветриться и не подцепить заодно тридцать косых?

На мне в тот вечер был рабочий костюм — все черное, чтобы не выделяться на фоне темного неба. Время близилось к полуночи. Я немного подождал, пока Курт переоденется, и когда он снова появился, то тоже оказался во всем темном. Как и у меня, у него на куртке были сплошные карманы — чтобы было куда складывать добычу.

— Моя машина внизу, — сказал я. — Только давай выйдем отсюда порознь. Встретимся на углу Четвертой и Жюно.

Спустившись по лестнице, я сел в машину, отъехал на несколько кварталов и уже рассовывал по карманам инструменты, когда ко мне присоединился Курт. Он подошел настолько бесшумно, что я даже вздрогнул и выронил из ладони банку с гуталином.

— Ты что, лицо им мажешь? — поинтересовался Курт. — Я лично им никогда не пользуюсь.

— О’кей, — кивнул я. — Буду держать ориентир на старших. — И убрал банку в карман.

Взяв курс на Бельмон, мы где-то минут через десять оказались у цели. Поставив машину в темном переулке, мы еще примерно квартал прошли пешком.

— Вон, видишь? — сказал я, указывая на большой темный дом. — Со стороны может показаться, что все жильцы уже улеглись спать.

— Наверху, говоришь? — спросил Курт.

— Точно. Ну что, двинули?

Пожарная лестница располагалась с тыльной стороны дома, вдали от света уличных фонарей. Проворно взобравшись по ней, мы оказались на крыше. В общем-то, я мог бы подняться и быстрее, но пропустил впереди себя Курта. Крыша оказалась довольно крутая, так что нам пришлось изрядно попотеть, прежде чем мы вскарабкались на самый гребень. Правда, немного помогали дымоходы — можно было время от времени цепляться за них.

Курт дышал с некоторым напряжением, хотя, возможно, это было не столько от усталости, сколько от предвкушения встречи с крупной добычи. Еще через несколько минут мы добрались до нужного нам окна. Места между оконной рамой и карнизом было маловато, тогда как под нами простирались четыре довольно высоких этажа, однако мы все же как-то примостились.

Отжав окно, Курт первым проник внутрь. Уцепившись руками за край рамы, я пополз следом, однако здесь все же явно уступал Курту в ловкости и соответственно в скорости.

— Ну, что ты там копаешься? — донесся до меня его напряженный шепот. — Хочешь, чтобы копы нас засекли?

— Да нет, просто взялся как-то неудобно, — ответил я, спрыгивая вниз, и в этот момент у меня из кармана выпала банка с гуталином.

— Зачем ты вообще таскаешь ее с собой, если не собираешься мазать лицо? — рявкнул Курт.

— Совсем забыл, что положил ее тогда в карман, — ответил я, убирая банку.

Курт включил свой портативный фонарик. — Ну где этот твой сейф? В этой комнате, кажется, вообще ничего нет, а кроме того, не нравится мне что-то эта пыль — следы могут остаться.

— Наверное, она вообще не пользуется этой комнатой, — предположил я.

— Ну тогда пошли искать, — сказал он, и мы принялись обследовать квартиру. В ней, похоже, уже несколько месяцев никто не жил. Красивая старинная мебель была покрыта толстым слоем пыли. Но сейфа не было и в помине.

— А может, малыш, ты вообще ошибся адресом? — спросил Курт, и я почувствовал, что он начинает все больше закипать.

— Даже и не знаю, как это получилось, Курт. Я просто установил, что миссис Уэйкфилд действительно живет в Бельмоне в мансарде большого дома, и почему-то подумал на этот.

— И после этого ты собираешься работать вместе с Куртом Питерсом?! — презрительно рявкнул он. — Ладно, сматываемся отсюда.

Он подошел к краю окна и ступил на поверхность крыши. Похоже, что-то у него там получилось не так — до меня донесся его судорожный вздох, затем раздался короткий крик, сменившийся через секунду глухим звуком удара тела о землю. И тишина.

Я выбрался наружу через другое окно, а спустившись вниз, сразу же поспешил к своей машине, — мне не хотелось задерживаться поблизости от того места, где сейчас лежал Курт.

На следующий день все газеты вышли под крупными заголовками, возвещавшими о том, что известный домушник — верхолаз «Кот» Курт Питерс обнаружен мертвым на тротуаре рядом со старым домом в районе Бельмон.

По заявлению полиции, он при «странных обстоятельствах» упал с крыши, хотя оставалось совершенно неясным, зачем он вообще забирался в давно пустующее строение.

Подумав о «миссис Уэйкфилд», я не удержался и расхохотался.

Ту самую банку из-под гуталина я выбросил в первый же попавшийся канализационный люк. Если лягавые когда-нибудь меня и сцапают, мне бы очень не хотелось, чтобы они стали проводить сравнительный анализ технического вазелина, который был в той банке, с жирной смазкой, оставшейся на башмаках Курта.

Ну что ж, наконец-то настал и мой черед поработать в Парк-хилле!

АЛЕКС ХЭМИЛТОН

Какие проблемы, малышка?

Мать с отцом, конечно же, понимали, что подразумевается под этой самой «загадочной поездкой».

— Ну это будет нечто вроде «загадочной поездки», — оправдывающимся тоном еще раз повторила Лорна.

А про себя подумала: это будет то самое, чем ты решила заняться, перепробовав все остальное. Конечно, все абсолютно то же самое, с той лишь, пожалуй, разницей, что потраченные тобой усилия окупятся лишь в том случае, если ты согласишься на разные там сюрпризы.

— Скорее всего, это просто групповая вылазка на пляж, так ведь, Лорна? — спросил отец, впрочем, без особого интереса в голосе. Ему и матери это представлялось чем-то вроде разновидности ухаживания. Что ж тут поделаешь — дело-то молодое.

Лорне не хотелось говорить им всю правду и потому она колебалась. — Не так уж много нас там будет, чтобы говорить о чем-то групповом, — проговорила наконец она.

У мамы вид был явно встревоженный. Отца вообще никогда толком не поймешь — правду он говорит или просто шутит. А эта взбалмошная девчонка что-то там надумала, а она потом от волнения не сможет места себе найти.

В действительности же эту самую «групповую вылазку» они собирались совершить всего лишь вдвоем — она сама и мистер Филип. В конце концов, если парень и в самом деле собирался на ней жениться и на море произойдут какие-то «необычные» вещи, отец и так обо всем узнает, и все же…

— И это на своей собственной машине, так я понимаю? — ворчливо проговорил отец. — В его возрасте у меня вообще не могло быть машины. Теперь же у молодого человека, как правило, денег больше, чем мозгов. Прихвати-ка на всякий случай кошелек и, если там окажется слишком уж много выпивки, возвращайся домой на поезде.

— Ну что ты, папа, Лорна же не глупенькая девочка, — вмешалась мать.

Отец продолжал смотреть на дочь.

Лорна решила, что будет лучше, если этот самый мистер Филип не станет подъезжать к их дому — она пройдет по улице и станет дожидаться его у перекрестка, устремив вдаль ищущий взгляд. Когда дочь уже собралась уходить, отец оценивающим взглядом окинул ее фигурку и сказал:

— Постарайся не тратить времени впустую, моя девочка. У тебя вполне приличный вид, чтобы хорошо провести время с молодым человеком, а потому советую тебе так спланировать эту «загадочную поездку», чтобы последним ее пунктом оказалось венчание в церкви.

Лорна уже сожалела о том, что не поставила отца в известность относительно своих планов. И если бы сейчас она не опаздывала, то обязательно рассказала бы ему обо всем. Но пришлось лишь чмокнуть его в щеку, на что отец, улыбаясь, подмигнул ей.

— Ну ладно, на мне то не надо репетировать, — проговорил он и вернулся в дом.

Когда Лорна подошла к перекрестку, Филип уже был на месте — стоял рядом со своей маленькой спортивной машиной и легонько постукивал мыском туфли по колесу.

— Привет, малышка, — сказал он, распахивая перед ней дверцу, одновременно продолжая пинать колесо.