Литература бизнеса, стр. 2

В эти сказочные дни влюбленный Роналд не раз пытался найти способ выразить обуревавшие его чувства, но. увы. не находил для них слов. Узнав, что цветы можно заказывать по телеграфу в любой адрес, он засыпал Присциллу букетами со всех концов страны. Телеграфные заказы принимаются круглосуточно и выполняются особым штатом высококвалифицированных специалистов, на чей вкус и умение клиент вполне может положиться. Знаменитый садовод, мистер Дж. Кв. У. Мад из Уостебула (штат Вашингтон) с присущим ему лаконизмом сказал нам об этих заказах: «Будем же ими пользоваться!» Кроме цветов, Роналд посылал еще семена, луковицы и черенки, заказы на которые принимаются на тех же условиях.

Неотвратимо надвигался тот миг, когда Роналд из «Реклам» ощутил необходимость узнать свою судьбу и отважиться на открытое признание. Однако он решил основательно подготовиться к столь важному шагу. Чтобы побороть естественную в его возрасте робость, он приобрел и проштудировал краткое пособие, озаглавленное – «Долой робость! Пользуясь нашей системой упражнений, вы приобретете уверенность в себе за два урока по 50 центов каждый». Роналд выписал эту брошюру по почте, вложив в конверт почтовых марок США на сумму в один доллар. Считаем своим долгом сообщить, что оплата может быть произведена в виде чеков, денежных переводов и любым другим узаконенным способом.

Прелестная Присцилла также подготовилась к объяснению. Она изучила краткое пособие под названием «Что нужно знать молодой девушке» и знала все, что нужно было знать.

И вот наступила роковая минута. Опустившись перед Присциллой на колени, что он мог сделать без всякого риска, так как носил брюки из НЕМНУЩЕЙСЯ ткани, Роналд без труда объяснился в любви, воспользовавшись несколькими заимствованными из упомянутой брошюры фразами. Ответом ему был яркий румянец, заливший щеки Прекрасной Присциллы. Роналд легко (с помощью подтяжек!) поднялся на ноги и прижал девушку к своей груди.

Мы не будем описывать восхитительную церемонию венчания, состоявшуюся в «Рекламах». По случаю бракосочетания Роналда с Прекрасной Присциллой в старом доме была произведена тщательная уборка от чердака до подвалов, и все комнаты были заново отремонтированы. Для этой цели Роналд использовал новую модель пылесоса ПНЕВМО-ВИХРЬ, которую фирма бесплатно предоставляет покупателям на десять дней для проверки в действии; гарантируется полное очищение всех углов и щелей от пыли. Именно эта модель получила блестящий отзыв мистера X. Кв. Оверхеда, известного эксперта из Йеля, который сказал: «Лучшего пылесоса я не знаю!»

Банкет было поручено устроить специализированной фирме. Пригласительные билеты отпечатали в специализированной типографии. Пастору были предложены простые и ясные условия: ему оплачивали стоимость совершения обряда и проезд. Невеста в подвенечном наряде (не понравившаяся заказчику модель принимается обратно, расходы по пересылке оплачиваются фирмой) выглядела очаровательно. На женихе был костюм с личной гарантией портного. И когда счастливая пара опустилась на мягкое сиденье и удобно откинулась на спинку ландо, снабженного рессорами, Роналд заключил Присциллу в объятия и прошептал: «Реклама оправдывает себя».

НАШИ БЛАГОДЕТЕЛИ БИЗНЕСМЕНЫ

Послеобеденные рассуждения, записанные со слов самого скромного из гостей

– Нет, сэр, с дробями я до сих пор не в ладах, – сказал мистер Спагг. хозяин дома, держа в правой руке рюмку портвейна, а в левой – сигару.

И он с гордостью оглядел стол. Все гости, кроме меня, одобрительно закивали.

– Более того, – продолжал мистер Спагг, – за всю мою жизнь они мне ни разу не понадобились.

Последовало всеобщее одобрение.

Спагг, конечно, – фигура, причем, говорят, самая крупная в резиновой промышленности на континенте. За столом собрались сплошь фигуры и короли – рубашечный король, фруктовый король, а в правом углу сидел человек, которого, как я не раз слышал, называли Наполеоном мороженого мяса. Само собой разумеется, что в таком собрании, как я уже упоминал вначале, всегда присутствует несколько Наполеонов, о которых так и говорят: «Ну, прямо Наполеон!», «Ни дать ни взять Наполеон!» и т. д. Ни одно собрание деловых людей без них не обходится. Кроме того, там было несколько «революционеров». Мне показали человека, который революционизировал заготовку сушеных яблок, и другого, который произвел революцию в сбыте водоустойчивых красителей, и еще третьего, который собирался произвести революцию в продаже яиц. Словом, там собрались те, кого теперь называют воротилами, то есть люди, которые ворочают большими делами. Их, безусловно, нельзя было назвать мыслителями. Мыслить им вообще ни к чему. И когда такие люди говорят, что за всю жизнь им ни разу не потребовалось знакомство с дробями, это, знаете ли, производит впечатление. Если большие люди свободно обходятся без дробей, то кому, скажите на милость, нужны эти дроби?

Но самое интересное ждало меня впереди. Большие люди заговорили о своих «побочных интересах», то есть о том, чем они занимаются наряду с бизнесом.

– Ну, как там дела в твоем университете, Спагг? – спросил бумажный король.

– Спасибо, теперь лучше, – ответил Спагг. – Наконец нашли парня с хорошей деловой хваткой и поставили его во главе. Он теперь перестраивает все хозяйство на новый лад. Мы надеемся, что нынешний годовой баланс будет выглядеть весьма недурно.

– Давно бы так, – удовлетворенно заметил бумажный король.

Они замолчали, и слово взял Наполеон мороженого мяса. Насколько я мог понять, речь шла о церкви, попечителем которой он состоял.

– У него не было ни хватки, ни выдумки, – говорил Наполеон. – Каждое воскресенье одно и то же; что ни проповедь – все о божественном да о божественном. Этого, знаете, никакая паства не выдержит. Людям хочется чего-нибудь современного. Я как-то попытался урезонить старикана: «Неужели вы не можете придумать что-нибудь поинтереснее? Ну, что-нибудь такое, чтобы народ мог отдохнуть от религии!» Какое там! Видно, такой уж он уродился.

– Разве нельзя было устранить его? – спросил кто-то из слушателей.

– Это не так-то просто. У нас не было с ним контракта – у старика имелось письменное назначение, как это делалось в старину (его прислали к нам сорок лет назад), а в письме была об этом всего одна строчка: «Пока господу будут угодны молитвы его». Вот тут и крутись как знаешь. Адвокаты прямо сказали, что не смогут из этого ничего выжать.

Он закурил новую сигару и продолжал:

– Потом еще эта история с кладбищем. Помните, вокруг нашей церкви было кладбище: ивы, памятники и надгробные плиты в траве?

Несколько человек кивнули.

– Запущенное кладбище – плохая реклама для церкви, сами знаете. Памятники старые, плиты наполовину раскрошились, а ивы все какие-то косматые, ни одной порядочной. Нам, конечно, хотелось расчистить это место: убрать старые надгробия, спилить деревья, выложить площадку дерном, а перед входом утрамбовать дорогу и сделать подъезд для машин – знаете, так, полукругом. Ну, старик наш – на дыбы, а без его согласия, как нам объяснили юристы, трогать могилы было рискованно. Есть будто бы какой-то старый закон «о нарушении покоя усопших». На новые кладбища он, как я понимаю, не распространяется, но тут как раз сохранял силу. Прямо безвыходное положение. А от этого кладбища был один только вред: кому охота гнать свою машину по траве, да еще среди могил – того и гляди распорешь шину об осколок плиты.

– Ну и что же вы сделали? – спросил Смит.

– В конце концов мы его все-таки вытурили. Мы ловко обыграли дело с пенсией, и старик согласился уйти в отставку по-хорошему.

– Кто же у вас теперь вместо него?

– Парень что надо! До нас он служил у пресвитериан (а до них, кажется, в англиканской церкви), но мы в него вцепились намертво, согласились на все его условия, и он подписал с нами контракт.

– Сколько же вы ему платите?

×
×