История и легенды древнего Рима, стр. 51

История и легенды древнего Рима - i_033.png
Форум Цезаря в Риме. Вариант реконструкции

«Так, обуянные гневом и лютой злобой, они забыли обо всем человеческом или, говоря вернее, доказали, что нет зверя свирепее человека, если к страстям его присоединяется власть», — замечает Плутарх.

Рим охватила паника, каждый подозревал, что его имя в проскрипционных списках. Квинт Педий пытался успокоить римлян, уверяя, что к смерти приговорены только 17 человек. И правда, в первом списке стояли только 17 имен. Но к утру Квинт Педий умер от усталости и волнений. Или, быть может, когда он увидел остальные списки, его хватил удар? Отныне триумвирам никто больше не мог помешать.

Кстати, и Павлу, и Луцию Цезарю удалось спастись. А вот Цицерону не повезло.

Престарелый оратор и его брат Квинт, узнав, что они объявлены вне закона, попытались бежать. Цицерон сел на корабль, но не вынес качки, высадился на берег и отправился на одну из своих загородных вилл. Он то порывался вернуться в Рим и покончить жизнь самоубийством в доме Октавиана, дабы навлечь на того духа мести, то хотел бежать дальше и в конце концов впал в отчаяние, лег на кровать и лежал, не двигаясь. Рабы буквально силой усадили его на носилки и понесли из усадьбы. Однако погоня была уже близка. Посланный из Рима центурион спешил наперерез беглецам. Рабы хотели защитить своего господина, Цицерон остановил их. Грязный, давно не стриженный, с осунувшимся от тревог лицом, смотрел «спаситель отечества» на приближавшихся убийц. Цицерон сам выставил голову из носилок. Центурион отрубил, а вернее, отпилил голову, а затем и руку, которой были написаны филиппики. Убийца привез голову и руку Цицерона Марку Антонию, и тот щедро наградил центуриона, выдав ему 25 000 аттических драхм [50].

Марк Антоний ставил голову Цицерона себе на стол, а его жена Фульвия (в прошлом — супруга Клодия) истыкала язык знаменитого оратора шпилькой для волос.

После того, как Марк Антоний насытился своей местью, голову и руку оратора выставили на форуме.

«Голова Цицерона и рука очень долго висели на форуме перед трибуной, с которой он прежде обращался к народу с речами. И посмотреть на это стекалось больше народу, чем прежде послушать его» (Аппиан Александрийский).

«Не знать, что случилось до твоего рождения, — значит всегда оставаться ребенком. В самом деле, что такое жизнь человека, если память о древних событиях не связывает ее с жизнью наших предков?» (Цицерон).

В истории Рима имя Марка Туллия Цицерона стоит особняком. Человек не знатный и совсем не богатый, к тому же не обладавший военными способностями, возвысился благодаря своим литературным и ораторским талантам. «Первым государственным человеком, принадлежавшим к интеллигентному классу» назовет его Г. Ферреро. Как над всяким интеллигентом, над Цицероном легко посмеяться: о своих недостатках рассказал он сам.

Для «государственного человека» Цицерона римская республика — это прежде всего сам Город, его святыни, земля Италии, римский сенат и доблестный римский народ. Правители получали власть из рук граждан; с отождествлением чьей-то личности с государством Цицерон никак не мог примириться, даже под страхом смерти.

«Был некий Публий Клодий»

Публий Клодий Пулъхр, патриций, состоявший в родстве с самыми знатными и могущественными политиками Рима, выбрал для себя роль народного защитника.

У Плутарха это имя встречается постоянно. В биографиях Цицерона, Лукулла, Помпея, Катона-младшего и Цезаря нашлось местечко для этого необычного человека. Он обвинял противников в несуществующих грехах, интриговал, обсмеивал, издевался, оскорблял. Он довел до абсурда все начинания Гая Гракха, раздавал хлеб бесплатно и восстановил коллегии — часть этих коллегий давно превратилась в вооруженные банды. С их помощью Клодий и его дружки организовывали выборы.

Времена идеалистов прошли. Теперь «интересы народа» защищали исключительно ради собственной выгоды. Но чернь обожала дерзкого демагога и носила Клодия на руках. Возможно, многие любили его искренне. Сам он никого не любил и не уважал и, помня лишь о своих интересах, раскачивал и без того дырявую римскую лодку. Однако историки обычно слишком примитивизируют его образ. Называют Клодия цепным псом Цезаря, рисуют его развратником и повесой, почти безумным. Несомненно, это был человек, для которого не существовало преград, он мог нарушить любые табу, сокрушить любые стены. Бешеное упорство, смелость, обаяние, умение управлять толпой, ораторские способности, — всем этим природа наделила его наряду с поразительной красотой. О поступках Публия Клодия известно в основном из трудов его врага Цицерона, но вряд ли «спаситель отечества» был в этом случае хоть на палец объективен. В текстах Марка Туллия есть намеки на то, что Клодий хотел расширить права вольноотпущенников и облегчить участь рабов. Подобные предложения не могли добавить популярности на выборах. Так что неведомо, действительно ли Публий Клодий решил сделать столь смелый шаг и, главное, с какой целью он мог отважиться на подобное. Может быть, этот бунтарь в конце концов пришел к выводу, что его любимая богиня Свобода достойна всеобщего поклонения, а, как уже было сказано, для Клодия не существовало никаких преград.

Смерть его — отдельная новелла в грандиозном романе под названием «Гибель республики».

Итак, Клодий ненавидел Цицерона, одно время враждовал с Помпеем и воевал на улицах Рима с Милоном, который был другом Цицерона. Тит Анний Милон, сменивший Клодия на посту народного трибуна, защищал «интересы сената» и претендовал на должность консула. Милон истратил три состояния на устройство театральных действ и гладиаторские бои, чтобы получить большинство в народном собрании. Клодий срывал выборы консулов, а сам в то же самое время выставил свою кандидатуру в преторы. Так что 1 января 52 г. до н. э. консулы все еще не были выбраны. Итак, в один из январских дней Милон выехал из Рима. Навстречу ему спешил Клодий, возвращавшийся в Город. И вот на Аппиевой дороге вблизи того места, где находилось святилище Доброй Богини, которую Клодий когда-то так бесстыдно оскорбил, Милон и Клодий повстречались.

Клодий ехал верхом, за ним — свита из 30 рабов, вооруженных мечами. С ним было еще трое спутников. Милон же путешествовал в повозке с женой (а женат он был на дочери Суллы) и со своим близким другом. За Милоном следовала большая толпа рабов — около 300, — и среди них — два гладиатора, Евдам и Биррия. Именно гладиаторы и затеяли ссору с рабами Клодия. Когда Клодий оглянулся на этот шум и принялся угрожать гладиаторам, Биррия ударил его копьем в плечо. Тут же началась драка между рабами Клодия и Милона. У Милона людей было больше, и рабы Клодия отступили в ближайшую таверну, унося с собой раненого Клодия. Когда Милон узнал, что его враг ранен и спрятался в таверне, то кандидат в консулы решил прикончить кандидата в преторы. Все равно теперь уже никто не поверит, что ранили Клодия случайно. Люди Милона взяли таверну приступом, выволокли Клодия на дорогу и убили, нанеся тому множество ран. Рабы самого кандидата в преторы были либо убиты, либо разбежались. Тело Клодия бросили прямо на дороге в пыли, здесь его нашел возвращавшийся в Рим сенатору велел положить тело в носилки и доставить в Город. Убитого принесли в его дом на Палатине вечером, тело выставили в атрии, народ и рабы сбежались, чтобы оплакать своего кумира. Вдова Клодия Фульвия с воплями и рыданиями показывала многочисленные раны на теле супруга. Утром на Палатине собралась огромная толпа. Возмущенные преступлением, сторонники Клодия выставили обнаженное и перепачканное тело на форуме, на рострах (ораторской трибуне, украшенной рострами — таранами трофейных кораблей). Убитого почтили пламенными речами, затем отнесли тело в курию, сложили из скамей костер и тело сожгли вместе с курией и Порциевой базиликой — частично.