Академик, стр. 41

Через некоторое время я зациклил десяток последних плетений на однократный повтор и под шумок, прихватив двух девушек, свалил порталом к себе на айсор.

Проснулся я от легкой пульсации страха. Кто-то стоял рядом и боялся на всю катушку. Открыв глаза, я увидел Арру и Гритту. Полностью одетые в слегка помятые платьица, девушки стояли обнявшись и тряслись так, словно перед ними был расстрельный взвод.

— Арра, Гритта, вы чего?

— Умоляю вас, господин! Убейте нас быстро и без боли! Я очень боюсь боли! — вскрикнула Арра, размазывая слезы по лицу.

— Так. Стоп. — Я поднял руки. — Никто никого не собирается ни убивать, ни даже обижать.

Со вздохом оглядев разбросанные по комнате детали своего туалета, я не придумал ничего лучшего, чем завернуться в одеяло.

— Ну? — Я шагнул ближе и осторожно стер пальцами слезинки на расстроенных мордашках. — Я что-то не так сделал?

Арра молча кивнула.

— Это ведь айсор? Мы на айсоре?

— Ну да. Сейчас это мой дом, и я пригласил вас к себе домой. А что? Не должен был?

Теперь кивнула Гритта.

— Наказание за полет — смерть! — прошептала она.

Я тоже кивнул.

— Понятно. Но вы никуда не летали, — возразил я. — Сначала я вас перенес телепортом. А потом вы были со мной. Я ведь ночью не летал?

Девушки неожиданно покраснели.

— А вообще хочу сказать всего две вещи. Первое. Если так судить, то сейчас летят все жители Ииствари. Ведь планета движется вокруг звезды, а вся система движется вместе с галактикой.

Девушки задумались. Похоже, эта простая мысль не приходила им в голову.

— А второе? — осмелев, спросила Гритта.

— А второе. — Я подошел еще ближе и заглянул ей в глаза. — Мне совершенно наплевать на ваши идиотские законы. Я сам себе закон. А закон мой повелевает так! — Я сделал страшные глаза и громовым голосом продолжил: — Сейчас мы идем в ванну, потом одеваемся и идем есть! И если мне кто-нибудь помешает я его самого съем! — Переведя взгляд на девчонок, спросил: — Страшно?

— Очень. — Арра кивнула и хихикнула.

Завтракали мы на верхней террасе айсора. Была еще ночь, и скользящие под летающим домом ночные города сверкали россыпью огней. Потом я так же, телепортом отправил их домой, наказав на всякий случай молчать о ночном приключении и предупредив о том же подававшую еду служанку.

Спустившись проверить Вадима, я с удивлением обнаружил пустую площадку. Видимо, пилот перешел к практическим занятиям. Конечно, на мой взгляд, рановато, но ему все же видней.

Сутки на Ииствари были чудовищно длинны. Почти вдвое от земных и достаточно существенно от стандартных. Не полярная ночь, но все же.

Не успел я устроиться в удобном кресле, чтобы неспешно перекурить, как мимо айсора пулей проскочил невнятный летающий объект, заложил пологий вираж и, сбросив скорость, стал с пронзительным свистом маневрировать над посадочной платформой.

Довольно неуклюже Ра-Сасс наконец-то встал на все три ноги, и из открывшегося кокпита буквально вывалился полуживой, но совершенно счастливый Вадим.

Я подтащил и усадил его в кресло и, соорудив еще одно, устроился напротив.

— Как птичка? — с улыбкой спросил я довольно щурившегося пилота.

— Нет слов. — Он ладонью взъерошил себе волосы. — Я даже на орбиту выскочил.

— Как думаешь, сколько тебе еще нужно времени на освоение?

Вадим рассмеялся.

— Да нисколько. Там практически все делает автоматика. Нужно только не зевать и постоянно держать небо. А техника умная. Сама все сделает.

— Была бы техника такой умной, — ворчливо возразил я, — там не было бы места для пилота. Ладно. Через пару местных часов рассветет, и полетим смотреть мое новое приобретение.

— Я что-то пропустил? — удивился Вадим.

— Ну я же не протестую против того, что ты не взял меня с собой в полет, — возразил я. — Вот и пришлось развлекаться на свой манер.

Глава 21

К рассвету айсор завис над окраиной Артостона, куда обещали подогнать мое недавнее приобретение.

Чтобы не терять времени даром, мы с Вадимом решили поесть. На площади, где вчера гремел праздник, было чисто убрано, а из ресторанчика доносилась негромкая музыка.

Мы присели за столик на открытой террасе, и через пару секунд перед нами появилась юная красотка с небольшой папкой.

Как я и предполагал, список блюд был загадочнее текстов давно умершей цивилизации. Но с помощью официантки мы быстро разобрались.

Только-только умяли по порции мяса, как на площади появился мэр собственной персоной. Не дойдя нескольких шагов до столика, он остановился и встал на колени.

Я встал; подойдя к нему, поднял с колен, отряхнул пыль и усадил на свободный стул.

— Почтенный Тайово, вы случаем не заболели? Вчера вы мне казались куда более здравомыслящим человеком.

— Ну то было вчера, — возразил мэр. — А сегодня внеочередное заседание городского совета постановило подтвердить ваши полномочия лорда — защитника города Артостона и прилегающих территорий.

— Я вынужден со всем почтением отказаться, дорогой мэр.

Он невесело усмехнулся.

— Я разговаривал с Оороном, и он рассказал мне историю вашего появления в нашем мире. И естественно, что вы не знаете некоторых наших обычаев.

Он вопросительно глянул на меня, а поскольку я молчал — продолжил:

— Каждый Небожитель имеет пусть и небольшую территорию, где молятся ему лично. Взамен он исцеляет безнадежно больных, дарит дождь в засуху и всякое такое. Если, конечно, захочет.

— А если не захочет?

Мэр тяжело вздохнул.

— А что мы можем сделать? Когда дожди лили целую неделю, грозя оставить город без урожая, нам не оставалось ничего другого, как молиться. Когда заболела моя дочь, я тоже молился.

— А без чудес, значит, никак? — Я поставил пустой бокал на стол. — Врачи, агрономы, метеорологи? Зачем вам тогда вся эта цивилизация, если вы уповаете на чудеса?

— Не уповаем, — упрямо возразил мэр. — Надеемся. Кроме того, это наша единственная защита от произвола других Небожителей.

— Но вы же умный человек. А если я завтра покину планету? Кто вас тогда защитит?

Глядя на поникшего мэра, я вдруг, даже несколько неожиданно для себя, дружески похлопал его по плечу.

— Не дрейфь. Прорвемся. Обещаю никуда не сбежать, пока не решу эту проблему.

Тайово сразу повеселел. И раскрыл рот, собираясь что-то сказать.

— Там, в ратуше…

— Что, делегация счастливых граждан города? — догадался я.

— Ну мы хотели… вручить, так сказать… в торжественной обстановке… жезл лорда-защитника.

— А нельзя ли этот жезл потихонечку украсть, и незаметно принести сюда? — вкрадчиво спросил я.

— Ну люди ждут праздника… — несмело возразил он.

— Праздник будет, — твердо пообещал я. — Только позже. А жезл сейчас.

— Но кроме этого вам надлежит поделиться кровью с храмом Небожителей…

— Это еще зачем? — Я с интересом посмотрел на мэра. — Без моей крови никак?

— Так весь смысл наших молитв пропадет, если там не будет хотя бы капли вашей крови…

— Так. — Я решительно встал. — Вадим. Заканчивай обжираться. На айсоре поешь.

— Я только начал! — возмущенно прогудел Вадим, но отложил еду и тоже встал.

— Показывайте свой храм…

Казалось, мэр тоже был удивлен моей торопливостью, но бодро засеменил вперед, показывая дорогу.

Храм Небожителей был совсем рядом.

Внешне все это было похоже на обыкновенную кирху. Витражи, стрельчатые окна с витражами и, конечно же, крест на высоком шпиле.

— Не напоминает ничего? — Я полуобернулся к Вадиму.

— Твою дивизию… — прошептал пилот. — Если они мне сейчас еще и распятие покажут, я точно …нусь.

По случаю раннего утра народу было совсем немного, и мы под невнятный шепот поднялись по широкой лестнице на второй этаж в главный зал.

Распятия, конечно, не было. Как пояснил тучный священник, крест означал четыре стороны света и четырех повелителей неба под управлением пятого, который и был самым главным, но при этом как бы неотъемлемая часть других четырех. В общем, история так себе, но по сравнению с легендой о Христе вообще верх логичности. Я вдруг представил себе, что если в моем мире ко временам Христа существовала гильотина, то церковники, наверное, носили на груди маленькие золотые гильотинки, усыпанные самоцветами. И страшно вообще подумать, что случилось бы в случае казни Христа на электрическом стуле. Позолоченные стульчики на шпилях и римский легионер, втыкающий шокер в тело казнимого, дабы прекратить его муки. Шокер судьбы…