Избранник сердца, стр. 32

– За Кэмерона Келли, который подарил нам жизнь!

– За лучшего на свете отца! – присоединился Хоакин.

– Покойся с миром, Кэм. Поистине то был добрый день, когда мы впервые приехали в Буэна-Виста, – заключил Фрэнк.

Эпилог

Время шло быстро. Обитатели Буэна-Виста снова готовились к Рождеству. Живот Клэр рос. Фрэнк купил вертолет и учился управлять им. Он часто отправлялся в тренировочные полеты над территорией Буэна-Виста, а она ждала его дома. Ей нужно было соблюдать осторожность.

Первое время им часто звонили тренер «Ойлерс» и агент Фрэнка из Хьюстона. Во время разговоров с ними Фрэнк хмурился и отвечал односложно. Клэр иногда становилось не по себе. Уж слишком резко он закончил свою стремительную карьеру.

Наконец она решилась спросить:

– Фрэнк, тебе предлагают новый контракт? Может, снова приглашают сняться в кино?

– Клэр, меня ничто не интересует. Я покончил со всем этим. – Он скривил губы в улыбке. – Рано или поздно мой агент поверит в то, что мои намерения серьезны.

Клэр не стала настаивать. Она понимала: только Фрэнк вправе решать все, что касается его профессии. Интересно, думала она, надолго ли его хватит? Времена меняются. Сейчас он полон желания стать примерным отцом, но потом, возможно…

Он пожал плечами и добавил:

– Если я соглашусь, большую часть времени мне придется проводить далеко отсюда. Выездные матчи, тренировки и так далее… Всего этого нам будет хватать с избытком, когда мы откроем здесь спортивную школу. В общем, тебе не о чем волноваться.

– Я и не волнуюсь.

– Вот и отлично! – облегченно рассмеялся Фрэнк. – Я не хочу, чтобы ты тревожилась. Мне нравится моя жизнь. Мне хорошо здесь, с тобой. А после того, что мы с тобой решили, я просто счастлив.

Клэр видела, что он говорит искренне.

На Рождество Фрэнк созвал в Буэна-Виста всех родственников и друзей. По традиции обед накрыли в патио. За столом вместе с гостями сидели все работники. Фрэнк исполнял роль Санта-Клауса. Он раздавал подарки, которые самолично выбрал, купил и сложил под елку. Лицо его светилось радостью.

Видя, как муж целиком погрузился в праздничные хлопоты, Клэр задумалась. Сколько же унылых, тоскливых праздников было у него в детстве! Сколько пустоты, одиночества… И каким мудрым оказался ее отец, открывший свое сердце и свой дом для трех городских уличных мальчишек! Он круто перевернул их жизнь, научил их главному. Благодаря ему все трое многого добились в жизни, но главное – познали самих себя.

– Если кто-то и способен заменить сеньора Кэмерона, то только наш Фрэнк, – прошептала Тина на ухо Клэр. Она едва не лопалась от гордости за своего Любимца. Фрэнк без устали катал на себе детишек Кэтрин и Троя и помогал им выбрать подарки, предназначенные каждому из них.

Вот только понравится ли Фрэнку всю жизнь заменять Кэмерона? По силам ли ему чужая роль?

Клэр вспомнила, что говорил Хоакин после оглашения завещания. Тогда она была просто вне себя от ярости. Ей казалось безумием то, что отец завещал половину ранчо футболисту.

«Ты наклеила на него ярлык и никак не желаешь взглянуть на него другими глазами… В тебе говорит предубеждение, Клэр. Фрэнк еще не понял до конца, каков он на самом деле».

Да, тогда она действительно испытывала сильное предубеждение против него и его жизни. Вот отец, Хоакин и Трой гораздо лучше понимали сущность Фрэнка. Ей предстоит еще многому научиться, но уже сейчас она понимает, насколько важно для него быть отцом семейства. Но когда же он поймет, каков он на самом деле и в чем его истинное предназначение? Клэр могла только гадать. Может быть, Фрэнк еще и сам ничего толком не понимает. Остается только надеяться, что его предназначение как-то связано с Буэна-Виста.

Клэр жалела о том, что в прошлом так третировала его. Вспомнив о его безрадостном, ужасном детстве, она накупила ему целую гору подарков на Рождество, и в том числе новую широкополую ковбойскую шляпу, настоящие ковбойские сапоги со скошенными каблуками, кожаный ремень с выгравированными на пряжке инициалами. У нее приготовлен еще один подарок для него, самый важный подарок, но его она вручит, когда они останутся одни.

Фрэнк преподнес ей красивые платиновые серьги – бриллианты с жемчугом, – которые прекрасно сочетались с подаренным им на ее совершеннолетие колье.

На следующий день, дождавшись, когда гости после традиционного рождественского обеда отправились отдохнуть, она позвала Фрэнка в кабинет. Хотя ей было немного не по себе – она не знала, как он отнесется к ее подарку, – она была уверена, что поступает правильно.

Она протянула ему запечатанный конверт.

В нем лежали акции. Еще два процента Буэна-Виста. Отныне Фрэнк – главный владелец.

Он так долго смотрел на бумаги, что у Клэр сжалось сердце. Потом он повернулся к ней и удивленно спросил:

– Зачем?

– Без тебя Буэна-Виста не выжила бы. А еще… Ты мой муж, Фрэнк. И тебе больше пристало быть здесь главным.

Он покачал головой.

– Но в завещании Кэма…

– Мой отец предназначил тебя на роль рыцаря-спасителя, и ты сыграл ее превосходно. Но сейчас все немного по-другому. Мы с тобой муж и жена. По-моему, папа одобрил бы мой подарок… – Она разволновалась. – Неужели ты против?

Он широко улыбнулся.

– Как я могу быть против? – Однако он пытливо заглянул ей в глаза. – Ты уверена, что хочешь этого, Клэр? Я знаю, как много для тебя значило положение владелицы…

Кровь бросилась ей в лицо. Она так ненавидела его, когда открылось содержание завещания! Она так старалась не допустить его на территорию, которую считала безраздельно своей…

– Я была не права, Фрэнк. Я столько всего натворила… – Она извинялась, однако в глазах ее плясали веселые искорки. – Ты показал мне, насколько я ошибалась, и теперь я хочу исправиться.

– Клэр! – Он со вздохом притянул ее к себе и обнял за плечи. – Ты дочь Кэмерона. Тебе не нужно было этого делать. Я не чувствую себя приниженным из-за того, что тебе принадлежит большая часть Буэна-Виста. Я не могу принять от тебя такой подарок. По-моему, это будет несправедливо.

– Нет, справедливо, – возразила она и осеклась. А может, ему все видится по-другому? Может, он подозревает, что она таким образом пытается крепче привязать его к себе, взвалить на его плечи груз ответственности, от которой он потом не сможет уйти?

Фрэнк долго молчал. Наконец он проговорил:

– Тогда… подари мне один процент акций. И мы с тобой будем равноправными партнерами. – Он ухмыльнулся. – С меня этого вполне хватит.

Клэр вздохнула с облегчением.

– Конечно! – с жаром согласилась она, бросаясь ему на шею и скрепляя их новый договор поцелуем.

Ребенок родился через три недели после Рождества – очаровательная девочка, которую они назвали Анджелой на итальянский лад. Обожающий малышку отец вскоре сократил имя до Энджи.

К тому времени, как Клэр и Энджи выписались из больницы, начались дожди, которые шли с небольшими перерывами целых два месяца. Сухая, растрескавшаяся земля, которая столько времени казалась безжизненной, снова начала цвести и плодоносить.

– Просто чудо, правда? – заметил Фрэнк однажды утром. Они стояли на веранде и смотрели на бескрайние зеленые луга, простирающиеся до самого горизонта.

– Возрождение, – прошептала Клэр, любуясь тем, как расцветает земля, которая еще совсем недавно казалась мертвой.

– У нас целых два чуда. – Фрэнк склонился над их дочуркой, которую он не спускал с рук. – Видишь, Энджи? Ты появилась на свет и принесла с собой дождь.

Малышка загугукала. Видимо, слова Фрэнка пришлись ей по душе. Клэр тоже чувствовала себя абсолютно счастливой. У нее не было сомнений: Фрэнк вполне доволен жизнью в Буэна-Виста с ней и Энджи.

×
×