Избранник сердца, стр. 25

Клэр решила, что Фрэнк долго не женился просто оттого, что не видел в том необходимости. А возможностей у него было хоть отбавляй. А она? Она стала его женой лишь потому, что ждет от него ребенка. А как же его любовь, забота? Не будь она беременной, как он вел бы себя с ней?

Он не предохранялся в ту роковую ночь. У него не было никакой защиты.

Зато теперь он защищает ее, ее состояние!

Он защищает свое отцовство.

К тому дню, на который был назначен благотворительный матч, чувства Клэр находились в полном смятении. Элисон, член благотворительного комитета, достала им билеты на лучшие места.

– Между нами и ареной есть небольшая площадка, – поясняла она, – но от нас ее отделяет дополнительный барьер. Нам ничто не угрожает.

– А что может нам угрожать на стадионе? – не поняла Клэр, которая помнила только школьные состязания.

– Ты раньше никогда не бывала на таких крупных матчах с участием звезд?

– Нет, никогда.

– Правее нас находится сектор, который устроители и сами спортсмены называют ямой с крокодилами, а еще крысятником. Туда билеты покупают самые оголтелые фанаты. Перед матчем будет концерт; но они здорово заводятся еще до игры. Сама увидишь. Главное, до нас им не достать; мы будем в безопасности.

В безопасности… Нервы у Клэр были и так на пределе, а это слово взволновало ее еще больше. И все же, когда они очутились внутри огромной крытой спортивной арены, переполненной тысячами возбужденных людей, она признала, что Элисон действительно была права. Когда на сцену посередине арены вышла первая рок-группа, вопли фанатов в сочетании с громом музыки едва не свели ее с ума. Парни и девушки орали, прыгали и качались, как безумные.

Клэр начала понимать, что жизнь Фрэнка вовсе не так безоблачна, как ей казалось раньше. Она знала, что ему приходится много разъезжать по стране, когда он играет «на выезде». В Техасе его просто носят на руках, впрочем как и других игроков «Ойлерс». Его популярность была огромна. Когда он в телеинтервью заявил, что, возможно, завершит спортивную карьеру, он стал получать мешки писем с просьбами остаться и даже с угрозами.

Ясное дело, устроители благотворительной акции собрали много денег от восхищенной публики, которая раскупила дорогие билеты мигом. Клэр невольно заражалась всеобщим поклонением и поняла, что в нем в большой степени присутствует сексуальная составляющая. Неужели поклонение настолько заразительно? Возможно, человеку, который привык быть кумиром толпы, обыкновенная жизнь кажется пресной и скучной без такой подпитки.

Предматчевый концерт заканчивался. Фанаты пришли в полное исступление, когда на сцену вышла группа, в которой играл Трой. Толпа юнцов попыталась прорваться через оцепление. Охрана с трудом сдерживала натиск. Нескольких девиц унесли на носилках: от духоты или перевозбуждения они потеряли сознание.

Перед тем как объявили последнюю песню, на поле все-таки прорвалась небольшая группка, среди которых Клэр заметила девицу с длинными черными волосами в облегающем зеленом мини-платье. Она удивленно посмотрела на Элисон, когда девица подбежала к Трою и сунула ему в руку какую-то бумажку, скорее всего записку. Послав Трою воздушный поцелуй, девица побежала обратно за оцепление, ловко уворачиваясь от охранников.

– Это самая ярая фанатка, их еще называют «группи», – сухо сообщила Элисон. – Они готовы переспать с любым, кто имеет отношение к их любимой группе и, как правило, ходят по рукам – от солистов переходят ко второму составу, потом – к осветителям, рабочим сцены и так далее. Она, наверное, хочет после концерта попасть за сцену.

Клэр стало не по себе. Ведь Элисон тоже постоянно рискует. Возможно, даже больше, чем она. Ее муж музыкант, нравы в их кругах широко известны. Выпивка, наркотики, секс со случайно подвернувшимися подругами. Какое счастье, что Фрэнк спортсмен и хотя бы первые две напасти ему не грозят. Вместе с тем в голове Клэр мелькнула шальная мысль: хорошо, что целью девицы был не ее Фрэнк!

Правда, вряд ли он откликнулся бы на столь недвусмысленное предложение. Фрэнк как-то рассказывал ей о своем отношении к подобного рода девицам. Клэр была убеждена, что он ни разу не воспользовался их услугами. И все равно Клэр чувствовала, что находится буквально на грани нервного срыва.

15

Клэр не догадывалась, что ее муж пребывает примерно в таком же состоянии. Фрэнк сидел в раздевалке, ожидая, когда команды позовут на поле, и думал о том, что ему действительно пора уходить. Из динамика до игроков доносились звуки музыки и восторженный рев тысяч людей. Скоро вот так же будут орать, приветствуя их и желая им победы. Поклонение толпы обычно заводит и тех, на кого оно направлено. Но Фрэнк давно понял: после мощного выброса адреналина неизбежно следует упадок сил, потому что все это связано прежде всего с игрой и ореолом национальных героев, а не с личностью конкретного человека. Фрэнк знал: ему такое больше не нужно. Особенно тоскливо после матча ехать одному в очередной отель и входить в пустой номер…

Завтра он уедет домой вместе с Клэр. Они вернутся в Буэна-Виста. Там его любят по-настоящему, любят не Красавчика Фрэнки, а просто Фрэнка, любят таким, какой он есть.

Ему не нужна искусственная любовь. В их с Клэр семье все настоящее, неподдельное. Клэр обрадуется, когда он объявит ей о своем решении. Ей все-таки трудно находиться в компании сплошных знаменитостей.

В раздевалку вошел возбужденный ударник группы Троя.

– Кое-что для тебя, Фрэнки! – Он сунул ему в ладонь фотоснимок и подмигнул. – Повезло тебе, друг! Мне дала это телка в зеленом мини-платье. Она стоит прямо перед сценой, в крысятнике. Сиськи у нее – закачаешься!

Фрэнк уже собирался выбросить фото, когда ударник, подмигнув, добавил:

– Ах да! Она просила тебе передать, что она твоя давно пропавшая младшая сестра. Представляешь? На что только не идут эти птички!

Сестра?!

У Фрэнка сжалось сердце.

Ему впервые пришла в голову странная мысль: ведь он мог быть не единственным ребенком, у матери могли быть и другие дети. Он ничего не помнит, но, с другой стороны, он был очень мал, когда попал в приют. Никто никогда не говорил ему, что у него есть сестра. А что, если ее удочерили? Еще в младенчестве. Значит, ей сейчас года тридцать два.

Он посмотрел на снимок. Определенно не девочка. Должно быть, ей за тридцать. Трудно определить возраст женщины. Сходства с собой он не заметил, но это ничего не значит. Скорее всего, отец у нее был другой.

«Давно пропавшая сестра»! Внутри у него все сжалось. У него и в мыслях не было пытаться разыскать кого-то из родственников, так как он всегда считал, что был единственным ребенком.

А если нет?

По радио объявили выход команд.

– Фрэнк, пора. – Джим Коллинз, сидевший рядом, толкнул его локтем.

Фотографию некуда было сунуть, кроме как под футболку. Он заметил надпись на обратной стороне:

«Пожалуйста, вели охране пропустить меня! Я твоя сестра Франческа. Фрэнни Фиорентино».

Фрэнни… Фрэнк…

Интересно, пыталась ли она раньше связаться с ним? Возможно, ее просто не допускали до него.

Или она обыкновенная группи?

Сейчас нет времени думать об этом.

Пора на поле.

Брюнетка в зеленом мини-платье. Надо взглянуть!

Футбол неожиданно понравился Клэр. Вопли фанатов затихли после того, как команды исполнили национальный гимн. Потом судья ввел мяч в игру, и на стадионе снова поднялся невообразимый шум.

Фрэнк неизменно вызывал вопли восхищения. Ему не нужно было применять запрещенные приемы или взывать к жалости судьи, притворяясь травмированным. Он играл естественно, как дышал. Казалось, он неутомим. Когда Фрэнк с мячом вышел один на один с вратарем и забил первый гол, Клэр показалось, что произошло землетрясение.

Она увидела, что Фрэнк улыбается своей знаменитой улыбкой, которая, казалось, могла бы растопить камень.

×
×