Сицилийский ревнивец, стр. 16

— Прогуляемся или возьмем такси? — спросил Макс, беря Софи под руку.

— Ты — оптимист. После одиннадцати такси не поймаешь. Пабы уже закрылись.

— Ты была права. В этом ресторане и впрямь недурно готовят. И обслуживают быстро. Видимо, причиной этому послужило твое присутствие. Ты давно знакома с владельцем? — обняв Софи за плечи, поинтересовался Макс.

— Если я не в отъезде, то захожу сюда пообедать иногда по три раза в неделю.

— А эти Бенито и Рокко, сыновья владельца, не слишком ли они с тобой… дружелюбны? — Макс долго выбирал эпитет. Чуткость и раскованность, с которыми общались с Софи ее ровесники Бенито и Рокко, заставили Макса почувствовать себя в их окружении списанным стариком. Тем более что братья демонстративно игнорировали его, обращаясь преимущественно к своей любимой клиентке, а после издали скептически на него поглядывали. Владелец же ресторана не упустил возможности порасспрашивать Макса, как стоило бы сделать Найджелу, если бы он трепетно относился к собственной дочери.

— Когда Сэм и я путешествовали, мы встретили Бенито и Рокко в Австралии. Мы так подружились, что ребята решили присоединиться к нашему турне. Мы и сейчас поддерживаем очень теплые отношения, — словно бы дразнила она Макса.

— Меня это не удивляет, — хмуро прокомментировал он слова Софи. Эйб, Сэм, сын чилийского посла, Бенито, Рокко… Сколько новых мужских имен ему еще предстоит узнать? Его утешало лишь то, что у него на Софи имелись договором скрепленные права. — А теперь в постель, дорогая, — потребовал Макс, стоило им оказаться на пороге квартиры. Лихорадочный румянец разлился по ее лицу. Она поняла, что это станет неизбежным завершением их каждого совместного дня. Но в этот вечер Софи желала близости не меньше, чем Макс.

Они, держась за руки, вступили в ее спальню. Она нащупала выключатель, и вспыхнул свет. В тот же миг Макс разразился безудержно громким хохотом. Пушистый ковер оттенка слоновой кости, старомодная кровать с роскошным пологом из бледного муслина, покрытая розовым атласным покрывалом, легкий шезлонг напротив кровати, антикварные комод и платяной шкаф светлого дерева — все это очень насмешило Макса. Кроме этого, тут и там возникали стилизованные изображения розочек. А стоящий под окном миниатюрный диванчик, вмещавший огромное количество кукол с фарфоровыми личиками, и большой кукольный домик рядом с ним вызвали у Макса особый сарказм.

— Как можно уснуть, когда столько стеклянных глаз таращится на тебя! Объясни, зачем тебе весь этот слащавый хлам? — язвительно спросил он, указывая на фарфоровую армию в кринолинах.

— А затем, что этот кукольный домик принадлежал еще моей маме, а эти куклы собирались долгие годы, я привозила их из памятных мне поездок. И тебе незачем изводить себя бессонницей в этой спальне, я рада буду постелить тебе в другой комнате, — с достоинством прервала она его очередные нападки.

— Нет, нет. Прости, Софи, — поспешил он исправить свою оплошность и склонился к ней с примирительным поцелуем, который она не пожелала принять.

— В Венеции у нас должны быть разные спальни. Во всяком случае, в моем доме будет именно так. — Она решила, что это наиболее подходящий повод обговорить условия их совместного проживания.

— Не забывай условия договора: мое решение является определяющим, — надменно произнес Макс и опять приник к ее губам.

В один миг ее кровь превратилась в поток раскаленной лавы. Она обхватила Макса за плечи и прижалась к нему. Он медленно приподнял ее свитер и возложил жаркую ладонь на шелковую чашечку ее бюстгальтера. Софи попыталась снять с Макса футболку, но тот отвел ее руки, и когда она удивленно вскрикнула, он поднял ее на руки и, положив поверх ее вычурного ложа, в мгновение ока раздел догола. Ощутив прохладное движение воздуха по обнаженной коже, Софи раскрыла глаза. Она увидела перед собой статного красавца с мускулистым, без единого грамма жира телом, а то, что он хотел ее, было совершенно очевидно.

— Макс, обними меня! — сдавленным голосом выдохнула она и вновь закрыла глаза.

— Повтори! — потребовал он.

— Макс, почему ты медлишь? — еще тише произнесла Софи.

Макс снова окинул Софи жадным взглядом и буквально набросился на нее. В эту ночь он вознамерился перечеркнуть своим искусством всех ее бывших партнеров.

Софи смутно осознавала, что для Макса их любовная игра скорее напоминает поединок, но как его не простить, ведь каждое новое ощущение, которое он дарил ей, становилось для нее открытием. Девушке никогда еще не приходилось испытывать столь сладких мук!

И когда Софи достигла желанной развязки этой феерии, а потом услышала свое имя в его хриплых стонах, она поняла, что счастлива.

Тем неожиданнее и больнее явилось для нее то, что случилось потом. Макс встал и, не сказав ни слова, вышел из комнаты. Хлопнула дверь. Софи натянула на себя одеяло и сжалась в комок. Ей стало обидно и очень стыдно. Он удовлетворил свою похоть и ушел, так как она ему сразу стала неинтересна. Раздался еще один стук двери, и Софи решила, что, по всей видимости, Макс обнаружил спальню для гостей, которую она ему предлагала. Он ушел спать в другую комнату!

Она пыталась унять давившие ее слезы, как вдруг услышала над собой голос, который ласково произнес:

— Софи, ты не спишь? Она рывком скинула с себя одеяло и увидела голого Макса с бутылкой и бокалами в руках.

— Освежимся в антракте? — осведомился он приветливо.

— В антракте?!

Утреннее солнце ослепительно сияло в окно будуара, не позволяя сразу открыть глаза. Софи осторожно перевернулась на бок и уткнулась взглядом в спину лежавшего рядом мужчины.

— Макс, — лениво пробормотала она. — Ты был здесь всю ночь?

— Да, конечно. Мне больше некуда было податься, — так же протяжно отозвался он. — К сожалению, необходимо вставать и собираться. Вылет через час двадцать, — проговорил Макс и сонно уткнулся носом в ее грудь. — Вставай, вставай! Я звоню шоферу.

Через двадцать минут Софи уже покидала свою уютную квартирку, облаченная в короткий черно-красный килт и черный мохеровый свитер, с алыми балетками на ногах. Она грациозно нырнула на заднее сиденье лимузина, где ее уже ждал любимый мужчина и господин.

Глава девятая

Их возвращение в венецианский дом Макса было стремительным. Диего, встретивший босса и его подругу сразу же после их приземления, все выполнял точно и оперативно. Ступив в холл, Софи обнаружила ожидавшую их группку людей, которые оказались прислугой Макса в его венецианских апартаментах и были ей незамедлительно представлены. Повар Мария — супруга Диего, горничная Тесса — их замужняя дочь, садовник Люк — муж последней.

— Разве у тебя есть сад? — удивилась Софи.

— Диего отнесет твой багаж наверх, а я буду сопровождать тебя в ознакомительной экскурсии. Тебе уже известно, что на первом этаже у нас столовая, кабинет. А здесь что-то вроде комнаты для утреннего отдыха и приемная, — Макс гордо расхаживал по своему дому, открывая перед Софи одну дверь за другой. — Ниже размещаются кухня, служебные помещения, комнаты Диего, а еще ниже — винный погреб.

Софи впечатлило наличие в палаццо отлично оборудованного спортзала и огромного, крытого стеклом бассейна, за которым следовала оранжерея.

— Этот райский сад, равно как и все остальные уголки моего скромного жилища, в твоем полном распоряжении. А я сейчас вынужден тебя покинуть. Дела зовут. Но не забывай: обедаем вместе в полвторого.

— Слушаюсь, мой повелитель, — отсалютовала она с легкой горечью в голосе.

— Я очень рад, что ты наконец осознала это, — совершенно серьезно сказал он, уходя.

Оставшись одна, Софи решила подняться «к себе». Там она увидела Тессу, распаковывавшую ее вещи. Софи, поблагодарив, отказалась от ее помощи, поскольку делать ей все равно было нечего. Но в одиночестве она пребывала недолго.

— Я забыл тебе передать это, — сказал Макс, проходя на ее сторону через гардеробную комнату, и положил что-то на туалетный столик, где несколько минут назад она аккуратно расставила свой парфюмерно-косметический арсенал и шкатулку с драгоценностями. — Я открыл для тебя счет в Итальянском банке, как мы и договаривались. Это твоя кредитная карта. Приготовься к прогулке по магазинам сразу после обеда. Я намерен слегка изменить твой стиль. Ты не должна появляться на людях в этих коротеньких юбочках. Это зрелище не для здешней публики.

×
×