Сицилийский ревнивец, стр. 12

Она искренне полагала, что Макс предпочтет навещать ее в особых апартаментах, однако он пожелал оставить ее при себе, объяснив свое решение ее мнимым беспутством. Юрист быстро подготовил окончательную версию небывалого договора и расписался под ним, чем засвидетельствовал ее полную зависимость от Макса на неопределенный срок.

— Хотела? Получай, — подсовывая ей договор на подпись, резюмировал Макс. — Довольна? — ядовито добавил он.

— Абсолютно. Благодарю, что прояснили мои обязанности, — сдержанно ответила Софи. — А теперь, если вы не возражаете, должна вас оставить. Мне необходимо зайти в отель, сделать ряд звонков, подкорректировать мое расписание на неделю-две и собрать вещи. Вернусь завтра, — уведомила она Макса, направляясь к двери.

— Э, нет! Так не пойдет. Не для того мы составляли контракт. Шанс упущен, договор уже подписан. Настало время для моих условий, — он схватил ее в охапку и понес вверх по лестнице.

— Отпусти меня немедленно, — прикрикнула Софи. — Не инвалид, сама дойду.

— Если хочешь, запиши, но запомнить ты должна обязательно, — поставив ее на ноги, менторским тоном произнес Макс. — Итак: пребывая моей штатной любовницей, ты должна быть неизменно приветливой, ласковой со своим господином, то есть со мной. Забастовки недопустимы, препирательства исключены, скандалы — подавно. Позволяется время от времени подразнить, но лишь для того, чтобы доставить мне удовольствие от игры. Ошибки буду строго наказывать.

До Софи медленно доходило, на что она подписалась. Она оглядела огромную комнату, пышная отделка и изысканная обстановка которой венчалась огромной старинной кроватью на возвышении с восхитительным пологом. Софи сморщила лоб, глаза ее округлились и наполнились слезами, рот скривился — еще немного, и она разрыдалась бы.

— О боже! Что я наделала? — задала она риторический вопрос, на который у Макса тут же нашелся сугубо практический ответ.

— Пока ничего, — сообщил он, равнодушно взирая на ее страдания. — Но это только пока, — он пихнул ее в глубь комнаты. — Сними жакет. Все остальное тоже, до пояса с подвязками. Чулки я сниму сам.

— Как ты узнал? — удивилась Софи.

— Ветер — не самый лучший друг коротких юбочек, — удовлетворил Макс ее любопытство. — Раздевайся молча, пожалуйста! — недовольным тоном добавил он. — И не надо так морщиться. Обычный осмотр. Хочу знать, за что плачу деньги. — Он прилежно втаптывал ее в грязь, будто бы в этом еще была надобность. Неуловимая вспышка догадки пронзила замутненное страхом сознание Софи. Она внимательно смотрела на него, такого напористого и красивого. И не понимала, зачем ему так рисковать. Хотя формальный текст их фантастического соглашения юридически безупречен, по существу он все равно абсолютно противоправен. И прознай кто об истинном положении Софи в этой истории, его репутация пострадает ничуть не меньше, чем ее, если не больше. По вспыхивающим в его глазах отблескам внутреннего пламени, она предположила, что есть иная причина для мщения, чем простая денежная подоплека. Софи не была столь самовлюбленной, чтобы в тот же миг назвать эту причину.

— Ты долго это планировал?

— Нет! Когда мы встретились в первый раз, прошло четыре месяца после гибели брата. В этот раз минуло столько же времени после смерти отца. — Впервые за два дня она услышала от него что-то человеческое, и было видно, как трудно ему дается это признание. — Японцы, верящие в магию чисел, утверждают, что четверка — к несчастью. Дьявольское это число. У меня другое суеверие. Встретить тебя — к несчастью. Увидел тебя с этим мерзким боровом — тут же вспомнил о проблемах твоего отца. Мозаика сама собой сложилась.

— И это, по-твоему, оправдывает то, что ты сейчас делаешь?

— Да разве я что-то делаю? Нет. Я жду, когда ты, наконец, сделаешь то, что я тебе велел.

Софи сняла жакет и отбросила его, не глядя, в сторону, затем расстегнула блузку, и та сама соскользнула с ее плеч. Отвела руки назад, расстегнула молнию юбки и гордо приосанилась, оставшись в нижнем белье и вожделенных чулках на кокетливых подвязках.

— Тебе нравится то, что ты видишь? — низким бархатным голосом спросила она.

— Вполне. — Озадаченный ее прямотой Макс боялся перехвалить свою «покупку». — Но я, кажется, просил снять все, кроме чулок, — он шагнул к ней и снял перламутровую заколку с волос, распределив их вдоль спины и плеч. — Никаких заколок. Поняла? — он отошел на прежнее место и продолжал любоваться.

— Да, — нерешительно ответила Софи.

— Да — это хорошо. — Он погладил ее по плечу. — Я знаю, ты обучаемая, — добавил он, дыша ей прямо в лицо. — Теперь тебе не улизнуть, Софи. Можно, конечно, отсрочить неизбежное, но я не советую. Будешь сопротивляться, сделаешь только хуже себе, — лениво урезонивал Макс, чувствуя, что Софи теряет самообладание.

Затем последовал плотоядный поцелуй, и ее воля иссякла.

Макс, казалось, не замечал ее страха. Он приник губами к ее набухшему розовому соску, как к вожделенному лакомству. Через минуту-другую он ощутил мелкую дрожь, электрическим разрядом пронзившую ее тело.

— Да, именно так, — обрадовался он и, снова подняв Софи на руки, осторожно положил на простыни, после чего продолжил медленно ее раздевать. Вскоре на ней остался лишь старомодный пояс с тонкими шелковыми чулками. — Все, как я хотел! — с удовлетворением хмыкнул Макс. И, не сводя с нее сладострастного взгляда, принялся срывать с себя одежду.

Лежа на спине, Софи очарованно смотрела на него, невольно заражаясь его страстью.

— Нравится? — рассмеялся Макс тихим низким голосом. — Любуйся, — он встал на колени на постели возле нее и запустил пальцы в ее шелковистые волосы.

— Я любуюсь, — кивнула Софи, окончательно расставшись со смущением. — Впечатляющее зрелище, что и говорить. Но ты ничего не забыл? Нам ведь не нужны последствия?

— Каждому из нас есть чего опасаться, — усмехнулся Макс и потянулся к ящичку изящной прикроватной тумбочки, из которого извлек маленький целлофановый квадратик. — А вот и я в боевой экипировке! — с нескрываемым воодушевлением воскликнул он и прижался к Софи всем телом.

— Но я… — Она растерянно махнула рукой, но уже через несколько минут последние сомнения улетучились из ее головы.

Софи крепко обхватила плечи Макса, и ее пальцы заскользили вниз по его спине.

— Терпение, bella mia. —Он слегка отстранился.

Софи, влекомая безотчетным желанием быть в этот момент ближе к Максу, хотела прижаться к нему, приподнявшись. Но он властным движением остановил ее и чуть ли не оттолкнул назад.

— Нет.

Ей оставалось лишь смотреть, как он неторопливо поглаживает ее бедра и, не притрагиваясь, бесстыдно разглядывает пушистый треугольник между ее ног.

Наконец Макс медленно отстегнул чулки один за другим от кружевного пояса и неспешно снял с ее ног. Потом самозабвенно стал покрывать поцелуями обнажившуюся кожу.

Софи затаила дыхание, когда мужчина начал приближаться к ее лону, и тихо вскрикнула, почувствовав прикосновение его нежного и требовательного языка. Она закрыла глаза и запрокинула голову, отдаваясь мучительному наслаждению.

— Лакомая моя, — низким голосом проговорил Макс.

Что происходило потом, Софи помнила плохо, потому что уже не отдавала себе отчета ни в своих эмоциях, ни в действиях, и все слилось в одном волшебном празднике любви.

Когда все закончилось, они несколько минут молча лежали рядом. Макс любовался ее раскрасневшимся лицом среди хаоса разметавшихся по подушке волос. Неожиданно Макс перекатился на другой бок, поднялся с кровати и, обернувшись к Софи, произнес:

— Физиология нас не подвела. Для начала очень даже неплохо. Не снимай пояс для чулок. Оставайся в нем. Вернусь, продолжим, — распорядился он и направился в ванную комнату.

Она осталась ждать.

Глава седьмая

Открыв глаза на следующее утро, Софи сладко зевнула и безмятежно потянулась, изогнувшись под легким шелковым покрывалом. Часы на прикроватной тумбочке показывали восемь. Софи была одна в комнате. Обернувшись простыней, она присела на край постели. Посидев минуту-другую и проснувшись окончательно, она направилась в ванную комнату и в просторной душевой кабинке подставила лицо обильному напору теплой воды.

×
×