Ангел во плоти, стр. 26

Наконец он шепотом спросил:

– Тебя привез сюда Джим Маклолин?

– К-кто? – заикаясь, проговорила девушка. Однако Брэдфорд не почувствовал ее страха.

– Мой адвокат. Я велел ему привезти тебя сразу, как только он тебя найдет… Где бы я ни был!.. Сколько же времени потребовалось, чтобы найти тебя!

Анджела быстро сообразила, что Брэдфорд не догадывается, почему она здесь и кто она, и почувствовала удивительное облегчение. Но почему он так рад ее видеть? Ведь он не пожелал приехать к ней в прошлое лето.

– Зачем ты утруждал себя поисками? Ты ясно дал мне понять, что у тебя появилось новое увлечение и ты не желаешь больше иметь со мной дело, – резко сказала Анджела.

– Что ты болтаешь? – ошеломленно проговорил Брэдфорд. – Это ты исчезла!

– Ничего подобного. Я ждала целую неделю после окончания занятий в пансионе, но ты так и не появился.

Он снова обнял ее и крепко прижал к себе.

– Господи, Ангел, тут произошла какая-то дьявольская путаница!" Я думал, что ты сбежала. Когда цветы, которые я посылал тебе, были возвращены, я приехал, чтобы выяснить в чем дело. Я пришел в твой пансион, но среди его воспитанниц не оказалось Анджелы Смит.

– Я…

Боже, ну что она может сказать? Конечно, Анджела Смит не могла числиться в пансионе… Потому что Анджелы Смит не существует вообще.

– В чем дело. Ангел? Объясни мне, что случилось, почему мы вынуждены были потерять столько времени и так долго быть врозь?

К Брэдфорду и Анджеле подъехал Зеке и заговорил раньше, чем Анджела успела что-нибудь придумать.

– Мисси Анджела, почему вы так одеты? Что случилось с вашим красивым красным платьем, в котором вы были вчера?

Анджела на всякий случай отступила назад, пока Брэдфорд переводил взгляд с нее на Зеке. Постепенно на его лице отразилось понимание, глаза побелели от гнева.

Анджела почувствовала, что ее охватывает паника. Она быстро повернулась к Зеке, лихорадочно думая, как погасить все растущую ярость Брэдфорда.

– Кто-то ножницами расстриг мое платье, когда я спала, Зеке. Должно быть, кто-нибудь из слуг.

Я решила не оставаться там, чтобы разбираться с этим делом. Платья Сюзи слишком малы мне, так что ее брат одолжил мне свою одежду. Но ты не говори об этом Джекобу, иначе он расстроится…

– Все ясно, Анджела Шеррингтон! – Голос Брэдфорда прервал многословную тираду Анджелы. – Зеке, подожди здесь, а ты, – он крепко впился пальцами в ее руку, – ты иди со мной!

Брэдфорд потащил ее в перелесок близ дороги, оставив Зеке в полном недоумении. Когда Брэдфорд и Анджела отошли достаточно далеко, чтобы он не мог их видеть и слышать, Брэдфорд остановился и повернул девушку к себе лицом.

– Почему?! – проревел он, глаза его метали молнии. – Какого черта ты пошла за мной в заведение Моди и сразу не сказала, кто ты?

– Ты… н-не узнал меня… Я д-думала, ч-что…

– К чертовой матери все, что ты думала! А что должен был думать я? Ты ведь с самого начала знала, кто я, разве не так?

– Да.

– Тогда почему ты заставила меня платить за тебя, заниматься с тобой любовью и лишить тебя девственности? Объясни, почему?

– Брэдфорд, ты делаешь мне больно. – Анджела попыталась вытащить свою руку, но он сжал ее еще крепче, и девушка вскрикнула от боли.

– Я потратил тысячи долларов, чтобы найти тебя, в то время как ты продолжала благополучно учиться в пансионе. Ведь ты была там все время, не так ли? Неудивительно, что в списках не было Анджелы Смит!.. Зачем ты лгала мне? Почему, черт побери, ты не могла сказать, кто ты?

– Не надо, Брэдфорд! Ты бы этого не понял! – воскликнула Анджела. Слезы покатились по ее щекам.

– Так объясни толком! – потребовал он. – Ты знала, что я страстно хотел тебя! Я отдал бы тебе все, что ты пожелала бы! А теперь я вижу, что отец опередил меня. – Он с отвращением оттолкнул Анджелу. – Разве не так? Забавлялась одновременно с папой и сыном?

– Этого не было!

– Черт побери, я должен знать правду! Ты отдалась мне, и я хочу знать, почему!

– Я… н-не могу сказать этого.

– Ты скажешь! Может быть, ты шлюха? Сколько мужчин у тебя было после меня?

– Ни одного! Господи, у меня вообще никого не было, кроме тебя! – произнесла она сквозь рыдания.

– Тогда почему ты отдалась мне?

– Ты… ты ненавидишь меня сейчас, Брэдфорд, и я не могу тебе ответить… Не могу!

Анджеле удалось вырваться, и она побежала, спотыкаясь о корни деревьев, к дороге. Не переставая рыдать, она взобралась на лошадь и поскакала в сторону «Золотых дубов», повторяя про себя: «Он меня ненавидит!»

Глава 24

Остаток дня Анджела провела в своей комнате, дав волю слезам.

Бесполезно думать о том, как могло бы быть. Сейчас он ее ненавидит. Она еще больше разозлила его, отказавшись дать объяснения. Но как могла она сказать ему о своей любви, если он думал о ней самое худшее? Как могла она признаться, что именно из любви к нему она ему отдалась? Он просто не поверил бы ей, стал бы смеяться над ней.

После полудня Анджелу пришел навестить Джекоб, узнавший от Ханны, что она не очень хорошо себя чувствует. Он рассказал ей о визите Брэдфорда и о том, что ему не удалось уговорить сына погостить подольше.

Может, это и к лучшему? Анджела с ужасом думала о возможности новой встречи с Брэдфордом. А сейчас он был на пути в Техас…

Под вечер в комнате появилась Евлалия, переполненная новостями и сплетнями.

– Господи, весь дом гудит, как улей, после вчерашнего приезда хозяина Брэда! Народ удивляется, что он был здесь, а они и не знали об этом! Пришел – и сразу ушел, и никто не знал! – оживленно рассказывала горничная, доставая зеленое платье из тафты, вырез и подол которого были отделаны золотой вышивкой.

– Мне не понадобится это платье. Я не выйду сегодня к обеду.

– Нужно, мисси. Сегодня хозяин Джекоб будет первый раз после болезни сидеть во главе стола, и поэтому вы должны там быть.

– Да, ты права. Я не подумала об этом, – вздохнула Анджела и позволила Евлалии помочь ей надеть платье.

Анджела и Евлалия отлично уживались друг с другом, несмотря на то, что споры между ними возникали по любому поводу. Евлалия была уверена, что она точно знает, что лучше для Анджелы. В большинстве случаев Евлалия была права, но Анджела не могла допустить, чтобы горничная знала об этом, ибо в таком случае потерялся бы смысл этих препирательств, а ведь обе получали от них истинное удовольствие.

Чуть позже Анджела спустилась по лестнице вниз и вошла в столовую, где уже сидели Кристал и Закари. Следом за ней в столовой появился Роберт. Джекоба пока не было.

– Ты явно заставляешь себя ждать, Анджела, – сварливо заметила Кристал.

– Перестань, Кристал, – попытался урезонить ее Закари. – Отца еще нет, так что Анджела не задержала обед… И, пожалуйста, не забывай, о чем мы с тобой говорили, хорошо?

– А ты не забыл, что говорила тебе я, Закари Мейтленд? – вызывающе спросила Кристал. – Угрозы твоего отца не сделают меня лицемеркой.

– Отец никогда не угрожает попусту, Кристал, – напомнил ей Закари. – Лучше послушайся моего совета и попридержи язык, если не хочешь неприятностей.

– А ты не запугивай меня! – огрызнулась Кристал, бросив на мужа колючий взгляд. – Я буду говорить, что мне нравится и когда мне нравится, даже если это касается ее!

Роберт стукнул кулаком по столу.

– Почему бы вам обоим не заткнуться! И перестаньте говорить об Анджеле так, словно ее здесь нет! – выкрикнул он.

– Пожалуйста, на полтона пониже, – сказал Закари. – Это уж никак не твое дело.

– Мне меньше всего хотелось стать причиной вашей перебранки, – вздохнула Анджела и, глядя прямо в глаза Кристал, жестко добавила:

– Мы все отлично знаем, кто, как и о чем думает, но сегодня первый день, когда Джекоб выйдет к столу после болезни, и обед должен быть дня него приятным.

– Я слышу – поминают мое имя? – проговорил с улыбкой Джекоб, входя в столовую.

×
×