Возмездие, стр. 2

«Дело — табак, — вспомнил он старинное выражение. — Кури, пока есть возможность, потому что вряд ли кто-нибудь из нас доживет до завтра».

Призрак еще несколько раз затянулся, погасил окурок в пепельнице, вмонтированной в подлокотник кресла, и снова глотнул виски.

Какими бы мрачными ни были перспективы, он не собирался впадать в отчаяние. Он привык смотреть в глаза опасности, и этот случай не был исключением.

Капитан Шеппард установил, что земные колонисты похищены Коллекционерами, таинственной инопланетной расой, беспрекословно исполняющей приказы Жнецов. Затаившиеся в глубинах космоса, эти разумные машины все же ухитрялись каким-то образом руководить своими приспешниками, несмотря на разделявшие их миллионы световых лет. Выполняя приказ хозяев, Коллекционеры захватили людей и переправили их на свою родную планету, расположенную где-то в ядре Галактики. Там похищенные подвергались генетической трансформации и превращались в органическое сырье для ужасного эксперимента по созданию нового Жнеца.

Шеппард с помощью «Цербера» разрушил их планы. Но Призрак знал, что Жнецы на этом не остановятся. Человечество должно изучить своих непримиримых и безжалостных врагов, чтобы подготовиться к их неизбежному возвращению, определить их слабые и сильные стороны, найти и научиться использовать уязвимые места.

«Церберу» удалось по крупицам воссоздать фрагменты технологии Коллекционеров. Уже началось строительство установки для первых, осторожных опытов по ее использованию. Однако в конечном итоге есть только один способ получить необходимые сведения: самим повторить эксперименты Коллекционеров над живыми людьми.

Призрак прекрасно сознавал всю чудовищность таких планов, но вопросы этики и морали отходили на второй план, когда речь шла о выживании человеческого рода. Не миллионы похищенных, а всего лишь горсточка тщательно отобранных мучеников, принесенных в жертву ради защиты и сохранения всего человечества.

Планы по продолжению экспериментов Коллекционеров разрабатывались в строжайшем секрете, без ведома и одобрения Шеппарда. Союз между «Цербером» и знаменитым героем оказался непрочным, ни одна из сторон полностью не доверяла другой. Возможно, в будущем они и смогут работать вместе, но пока Призрак рассчитывал только на собственных агентов.

Негромкий мелодичный звонок сообщил ему о том, что поступил вызов от одного из таких сотрудников.

— Включить экран, — скомандовал Призрак, садясь в кресло и сосредоточив внимание на голопроекторе.

Свет потускнел автоматически, как только стена за спиной сделалась прозрачной. Умирающее солнце вновь заполнило кабинет оранжево-красным сиянием.

— Прием, — приказал Призрак, и перед ним возник образ Кая Лэнга.

Как и большинство землян, этот мужчина был продуктом общемировой культуры. Его китайское происхождение проявлялось в темном цвете глаз и волос, но строение носа и подбородка ненавязчиво подсказывало о присутствии в его родословной также славянских корней.

— Мы нашли его, — доложил Кай Лэнг.

Не было нужды уточнять, о ком он говорит. Лучший киллер «Цербера» вот уже почти три года шел по одному следу.

— Где? — спросил Призрак.

— На Омеге.

Мускулы на жилистой шее Кая Лэнга напряглись, когда он произносил это слово, — непроизвольная, но объяснимая реакция. Космическая станция Омега олицетворяла собой все, что «церберы» ненавидели и презирали в инопланетянах: неуважение к закону, варварскую дикость и звериную жестокость. Кай Лэнг повернул голову, и стала видна татуировка на шее: змея, заглатывающая свой хвост.

Уроборос обычно символизирует бесконечность, но Призрак знал и о другом, тайном смысле этого символа: самоуничтожение. Это был и его собственный путь, такой же вечный.

«Цербер» обратил внимание на Кая Лэнга десять лет назад, освободив его из тюремного лагеря Альянса. Призрак внимательно изучил досье потенциального новобранца: космодесантник из спецотряда номер семь был арестован за то, что, находясь в увольнении, убил крогана в обычной барной потасовке.

Альянс, в назидание другим, сурово наказал бывшего лейтенанта: разжаловал в рядовые и приговорил к двадцати годам заключения в военной тюрьме. Послужной список Кая Лэнга, подтвердивший его неуживчивый, вспыльчивый нрав и предвзятое отношение к инопланетянам, не способствовал смягчению приговора. Но для Призрака эта склонность к ксенофобии как раз и была лучшей характеристикой. А если добавить тот факт, что землянин справился с кроганом при помощи одного лишь стандартного армейского ножа, становилось ясно, что организация пополнилась еще одним ценным сотрудником.

За десять лет, с тех пор как «Цербер» устроил ему побег, Кай Лэнг стал одним из лучших специалистов по мокрым делам. Но не просто безжалостным убийцей. Он понимал, что необходимо соблюдать осторожность, и научился планировать и приводить в исполнение весьма сложные и тонкие операции.

И сейчас, когда агент обнаружил цель, Призрак поначалу хотел отдать ему приказ о ликвидации, но затем в голову пришла другая идея. Им ведь требуются люди для проведения эксперимента, так почему бы не убить одним выстрелом двух зайцев?

— Привези его ко мне, — распорядился он. — Живьем. И проверь, хорошо ли замел следы.

— Я всегда работаю чисто, — гордо напомнил Кай Лэнг.

Удовлетворенный ответом Призрак пробормотал: «Выключить», и голографическое изображение агента дрогнуло, а затем исчезло.

Он откинулся на спинку кресла, небрежно покрутил стакан в руке, взбалтывая оставшуюся на дне жидкость, и одним долгим, жадным глотком допил ее.

«Долго же мне пришлось тебя ждать, Грейсон! — подумал он, и эта мысль была намного веселее тех, что одолевали его всего минуту назад. — Но, надеюсь, оно того стоило».

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Пол Грейсон знал, что Призрак все еще разыскивает его. Прошло почти три года с того дня, когда он предал «Цербер» ради спасения дочери. Но он понимал, что охота за ним не прекратится и через тридцать лет.

Разумеется, он сменил имя: нет больше Пола Грейсона, теперь он стал Полом Джонсоном. Но это только видимость защиты, она не поможет, если кто-нибудь из агентов Призрака отыщет его биометрическую карту. А эти агенты были повсюду.

Со дня основания «Цербер» имел осведомителей практически на каждой планете Альянса. Во всем Пространстве Цитадели трудно отыскать место, где он мог бы укрыться, не опасаясь, что в один прекрасный день они все-таки отыщут его след. И поэтому он сбежал на Омегу.

Призраку никогда не удастся прочно закрепиться на этой гигантской космической станции, фактически являющейся столицей Граничных систем. Радикальная прочеловеческая политика «Цербера» была слишком хорошо известна инопланетным хозяевам станции — военачальникам, диктаторам, главарям преступных группировок, и появление на Омеге агентов Призрака было бы для них крайне нежелательно. Даже если кто-то и заподозрит, что Пол прячется именно здесь, добраться до него будет непросто.

Грейсон видел некую иронию судьбы в том, что полученные за годы службы в «Цербере» навыки шпиона и киллера так пригодились в его новой жизни на Омеге. С той лишь разницей, что раньше он учился убивать инопланетян, а теперь стал наемным убийцей у них на службе.

— Мы напрасно теряем время, — проворчал Санак, положив рядом с собой снайперскую винтовку. Он заворочался в скафандре, пытаясь поудобнее устроиться между штабелями контейнеров, которые они с Грейсоном выбирали для укрытия.

Свое оружие Пол держал наготове, направив на корабль, стоящий на другом краю погрузочной площадки. Он чувствовал, как старательно его батарианский партнер избегал даже случайного легкого прикосновения к нему, когда занимал позицию.

— Будем ждать сообщения от Лизелль, — упрямо ответил землянин.

Батарианец повернулся и уставился всеми четырьмя глазами на скорчившегося рядом с ним человека. Верхняя пара глаз при этом мигала, а нижняя замерла в каменной неподвижности.