След на воде, стр. 94

– Помоги! – Он изогнулся, пытаясь оборотиться лицом к колдуну.

– Как? – спросил негромко Роман, подошел ближе к тонущему и остановился.

– Что значит – как? Ветку кинь и тяни. Ну! – даже, погружаясь в трясину, Колодин приказывал.

– Ветки не помогут, – скучным голосом отвечал Роман.

– Это же болото! – завопил Колодин.

– Это – не болото.

Колодин дернулся изо всех сил, и опять его потянуло в глубину – ржавая вода плескалась уже у горла. Роман приступил еще ближе. Теперь он стоял от тонущего метрах в трех – на том месте, где болотина начала затягивать свою добычу. Но если Колодин в том месте провалился по колено, то Роман стоял совершенно спокойно. Вода плескалась возле его щиколоток.

– Сволочь! – Глаза утопающего налились кровью, а от напряжения на лбу вздулись жилы.

– Ты сам себя убиваешь, – произнес Роман все тем же скучным голосом.

А Колодин ушел еще глубже. Болотная вода полилась в разинутый в проклинающем вопле рот, и Колодин стал захлебываться. Он плевался, визжал, хрипел. Но это не могло его спасти. Через минуту голова его полностью скрылась в трясине. Но Роман не торопился уходить. Он присел на корточки и ждал, наблюдая, как на поверхности вскипают, лопаясь, пузырьки воздуха. Наконец гладь воды полностью обездвижилась. Постепенно и муть исчезла – перед Романом, как прежде, лежала неглубокая вода, залившая лесную почву. Не было более предательски чавкающей болотины, готовой поглотить любого неосторожного, забредшего в эти места. И в воде этой лицом вниз, раскинув руки, застыл Степан Максимович Колодин. Никаких видимых повреждений на теле его не было, и когда через несколько дней его в этом лесу отыщут, то решат, что ненароком споткнулся человек, упал в воду лицом вниз и захлебнулся.

Как просто!

Роман сидел на корточках возле утопленника и не уходил. Он смотрел на мертвеца, надеясь, что ему станет немного легче. Но легче не становилось. Он не повернул головы даже тогда, когда раздались шлепающие шаги и вдали, меж кривых березовых стволов, показался сначала Меснер, а потом Стеновский. Можно было предположить, что они по-собачьи взяли след, но на самом деле все обстояло проще – они шли на зов Романова ожерелья.

Меснер, увидев мертвеца, не выказал удивления. Зато Стен поднял руку с пистолетом и хотел выстрелить. Но Эд его остановил.

– Ты его прикончил? – спросил Меснер. Роман отрицательно покачал головой.

– Не я – вода. Я предупредил его: иди как сердце подскажет. И отпустил. Он бросился бежать, мысленно захлебываясь яростью и ненавистью ко мне. Вода не выдержала, взъярилась и поглотила его, мстя за своего повелителя. Простая смерть.

Меснер молча кивнул, то ли соглашаясь, то ли констатируя сам факт простой смерти господина Колодина. Алексей же спросил:

– Но ты знал, что именно так и произойдет?

– Конечно, но я дал ему шанс. Я не мог не дать ему шанса, потому что один раз мы его наказали, отняв сына. Все зависело только от него. Он мог выжить, если бы в его сердце не было ненависти и ярости. Он сам выбрал смерть, я тут ни при чем.

– В твоих рассуждениях есть что-то иезуитское, – заметил Алексей.

– Потому что они строго логичны. Наде они бы понравились.

Роман повернулся и, не оглядываясь, зашагал в сторону кладбища. Меснер со Стеновским переглянулись и двинулись следом. А Колодин остался лежать в воде.

Глава 19 РЕШЕНИЕ ВАСИЛИЯ ЗОТОВА

Он нес Надю на руках и не чувствовал тяжести ее тела. Просто время от времени приходилось опускать Надю на землю и переводить дыхание.

Ее лицо было еще прекраснее, чем прежде. В тысячу раз прекраснее. Трудно было поверить, что может существовать такая красота. Ведь это он виноват в ее смерти. Он сказал, что кольцо защитит ее. И она поверила. Но он обманул ее – кольцо не защищает от пуль. Но Надя этого не ведала. О Вода-царица! Что же он, глупец самонадеянный, наделал!

Несколько минут колдун смотрел на Надино лицо, затем поцеловал ее в покрытые корочкой льда губы. На вкус они были как вода. Ничто и одновременно все.

Он вновь поднял тело и понес. Он мог бы идти так до края земли. Или до самого Беловодья. Никого и никогда он так не любил. Так отчаянно, всей душою. Разве что реку свою. Но в тот миг он бы мог и реку отдать, светлую свою Пустовятовку за Надину жизнь.

– Что с тобой? – Лена тронула Романа за рукав. – Ты ранен?

Он повернул руку – на куртке осталась дыра от пули. Вода смыла кровь и затянула рану, а дыра в ткани осталась. Впрочем, рана зажила не до конца – Роман все еще чувствовал боль повыше локтя, так же как боль в разбитой губе.

– Ерунда, просто ткань пробило.

– Я все же посмотрю! – Лена почти силой стащила с него куртку.

Но ее помощь не потребовалась: рана уже закрылась, хотя на коже и осталось красное пятно. Обычно раны на теле колдуна заживали без следа. А тут вот – не сумел. Возможно, потому, что рана была огнестрельной.

– Ты поедешь с нами, – сказал Баз Зотов. Роман не сразу понял, о чем говорит добрый доктор.

– Куда? – Роман смотрел на Надю. Она лежала на заднем сиденье джипа, и лицо ее было закрыто тканью. Но Роману казалось, что он все равно видит ее лицо и ее открытые остекленевшие глаза. Юл перебрался на переднее сиденье. Закутанный в одеяло, он напоминал нахохлившегося птенца. Он несколько раз порывался что-то сказать, но лишь открывал рот и так ничего и не сказал.

– Вы хотели этого так сильно, – напомнил Меснер.

– Зачем мне ехать? – Он пожал плечами. – Все, что хотел, я узнал.

– Не все. – Добрый доктор кашлянул. – Дело в том, что ты нам нужен.

– Да? – бесцветным голосом спросил Роман. – Зачем?

– Этого я не могу сказать. Но поверь мне на слово – Беловодью грозит еще большая опасность, чем прежде. Гамаюнов сказал, что только ты можешь нам помочь.

– Сказал Гамаюнов? – Колдун глянул на доброго доктора исподлобья. – Да? Значит, вы явились сюда по приказу Гамаюнова, а не по зову моего ожерелья на помощь? Так?

Он даже не испытывал обиды, говоря это, – просто констатировал факт.

– Нет! – запротестовал Стеновский. – Надя почувствовала опасность, и мы уже мчались тебя спасать, когда Гамаюнов связался с Базом.

Стен не врал – все так и было. Но все равно Роману было тошно. И что же теперь делать? Ехать в Беловодье?

Колдун задумался. Но лишь на миг. Странная нелепая надежда коснулась его сердца. Беловодье… Град небесный на земле, град мечты. Ведь там возможно все…

– Хорошо, едем! Немедленно! – Роман почти закричал.

– Мы с Алексеем тоже едем в Беловодье, – сказала Лена.

Роман схватил ее за руку.

“Будь счастлива, девочка. Если сумеешь”.

– Скорее! – выкрикнул колдун нетерпеливо.

– Ромочка, Варюша совсем замерзла, – жалобным голосом сообщил отец.

Они с мачехой сидели на груде нарубленных еловых и сосновых веток и в самом деле дрожали.

– Тогда садитесь в машину. – И Роман кивнул на стоящий невдалеке шикарный “мерседес” Колодина. – Небось не ездил в таких тачках, папаша.

– Нет! – Воробьев-старший затряс головой. – Ни за что в такую машину не сяду.

– Я их довезу до Пустосвятова, а потом вас догоню, – предложил Меснер. – Машина хорошая, мне нравится.

– Отлично, – кивнул Роман, стараясь не смотреть ни на отца, ни на мачеху.

Тут меж деревьев мелькнуло, приближаясь, что-то белое. Ага, Глаша ненаглядная объявилась. Как же без нее! А где пропадала, когда в ней нужда была?

Она же, будто уловив Романов упрек, спешно затараторила:

– Думаешь, легко сразу с двумя сладить? Я одного одной рукой щекочу, другого – другой, а они от смеха корчатся – и хоть бы хны. Ни один не помирает. И из пистолетов своих палят.

– Групповухой значит занималась.

– Тьфу, на тебя, бесстыдник! Иди, иди погляди, оба еще тепленькие, под соснами лежат.

– Слушай, Глаша, – строго приказал Роман. – Хочешь назад к деткам вернуться?

Утопленница спешно кивнула.

×
×