След на воде, стр. 37

– Смотри внимательно! – Роман стал медленно поворачивать тарелку. Изображение тоже повернулось, как в компьютерной игре, Лена как будто обходила двор – вышла из закутка, оказалась на улице перед окнами с металлическими жалюзями, потом шагнула на площадь, в центре был сквер и деревья в золотом осеннем уборе. – Почему-то мне кажется, что это Питер. – Колдун по-прежнему не отрывал взгляда от тарелки. – Почти уверен.

– Ну да! Это площадь рядом с метро “Петроградская”! – подтвердила Ленка.

Вода в тарелке плеснула, и изображение исчезло.

– Замечательно, – задумчиво проговорил колдун, вытащил из тарелки ключи и спрятал в карман.

Глава 9 МЕТАМОРФОЗЫ (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

Алексей отыскал дом. Свой дом. Много лет свой – отныне чужой. Дом почти не изменился, только появилась над входом ловчая сеть, куда, как в авоську, сыпались отстающие от остова плитки. Поднялся по лестнице – сколько раз он шел сюда после уроков – не счесть. С той поры, казалось, лестницу не ремонтировали. Долго стоял на площадке перед дверью. Дверь была незнакомая. Новая, металлическая. А вдруг она распахнется, и выйдет из квартиры навстречу Алексею сам Алексей. Только совсем другой – никаких листовок не писавший, никуда не уезжавший и… Наконец Стен отважился, вдавил кнопку звонка. Странно, но ему ткрыли, даже не озаботив вопросом. На пороге стояла женщина в коротеньком халатике.

– Вам… вам кого? – проговорила она, запинаясь. Ясно, что ждала кого-то другого, потому и открыла.

– Я ищу Алексея Стеновского.

– Таких здесь нет! – Она уже хотела захлопнуть дверь.

– Вы давно здесь живете?

– Да уж десять лет. Нет, больше… Погоди… Может, это прежние жильцы… Да, кажется, вроде как… да… может быть, он здесь прежде жил.

– А теперь?

– Мне-то откуда знать? Говорят, этот парень деньги украл и его посадили.

Она захлопнула дверь. А он еще долго стоял на площадке, не зная, куда идти.

Потом вновь отыскал автомат, вновь позвонил Веселкову. Теперь телефон не отвечал. Стен купил несколько газет и просмотрел их, пытаясь отыскать хоть какие-то отголоски происходящего. В Питере никого не интересовало, что случилось в Темногорске. Ни единого слова о побоище в доме на берегу озера. Ничего. А местные новости? Ну хоть что-то примечательное…

Лена не ошиблась. Площадь была та самая. Роман сразу узнал сквер. И улицу, и дом отыскал без труда. Вламываться в парадную не стал. Да и зачем вламываться? В связке серый ригель наверняка от наружной двери. Но колдун не спешил опробовать ключи. Он неспешно прогуливался взад и вперед по улице. Знал, что никто не обратит внимания на него – надо лишь при каждом возвращении обтирать лицо платком, смоченным в пустосвятовской воде – и встречные будут видеть каждый раз новое лицо прохожего. Когда во двор-закуток въехал новенький “мерседес”, Роман понял, что именно эту машину он и поджидал. Охранник выбрался первым, распахнул дверь. Потом вышел низенький человек в дорогом костюме и, мелькнув в просвете между дверью и мощной фигурой охранника, исчез. Следом в парадную скользнул здоровяк-тел охранитель, железная входная дверь захлопнулась. Тут наконец машину покинул шофер, закрыл дверцу, хотел закурить. В этот миг Роман и подхватил его под руку. Ноги у шофера вмиг подкосились.

– Тихо, тихо! – проговорил Роман, удерживая здоровяка от падения. – Вижу, тебе плохо, но держись, парень, мы с тобой в соседнем дворе на лавочку сядем, там как раз детская площадка, горочки, лесенки, на детишек поглядим. У тебя, парень, есть детишки?

– Нету, – выдохнул умирающим голосом детина.

– Не волнуйся, будут, если ты службу у своего хозяина бросишь.

Роман сгрузил здоровяка на скамейку, плюхнулся рядом. Достал из кармана серебряную флягу с водой и плеснул шоферу на макушку. Тот немного оживился, но не сделал даже попытки встать и уйти.

– Как войти в парадную? – спросил Роман.

– Ключи, – выдохнул детина.

– Эти? – Роман потряс перед носом шофера связкой.

– Да, эти. Ригель от двери, здоровый ключ – от гаража, а вот тот желтый – от предбанника.

– Отлично. Какой этаж?

– Третий.

– И как зовут хозяина?

– Колодин.

– А ключи от квартиры у тебя есть?

– Нету.

– Охрана?

– Да, специальный предбанник в квартире, на окнах – сигнализация.

– Серьезный у тебя хозяин. Ладно, не печалься. – Роман вновь плеснул шоферу водой на макушку. – Эту встречу забудь. Тебе плохо стало с сердцем – только и всего. Приступ. В больнице полежишь. Пора менять место работы.

Роман вскочил и исчез в узкой улочке.

А детина стал медленно заваливаться набок.

– Мужчина, вам плохо? – спросила какая-то старуха, заглядывая здоровяку в лицо.

В ответ тот прохрипел невнятное.

Юл уже часа три бродил по центру города, съел две порции мороженого, зашел в Русский музей, почти бегом миновал залы на втором этаже и ушел – обилие картин теперь действовало на него угнетающе. Как будто он очутился в толпе и все кричали, требовали внимания, хватали за руки, тормошили. Больше он никуда не заходил, просто шел по проспекту, постоял на мосту, полюбовался на бронзовых коней, вскоре свернул, хотел зайти в кафе перекусить – деньги еще оставались, – но выбрал не ту дверь и очутился в маленькой картинной галерее. Картины были современные. Опять картины! Юл уже хотел выйти, но вдруг взгляд его упал на висящий напротив входа портрет. Манера исполнения немного напоминала детский рисунок, при том что художнику явно удалось передать сходство – это был портрет Алексея Стеновского. Юл подошел. Никакого сомнения – портрет изображал его брата. Юл направился к девушке, что торговала за прилавком серебряными украшениями.

– Хочу купить вон ту картину. – Юл небрежно ткнул пальцем в портрет. – Сколько стоит?

Девушка сверилась по каталогу:

– Триста долларов.

– А я думал – тысячу, – фыркнул Юл.

После недавнего дефолта цифра в триста баксов была астрономическая. Юл вернулся к картине, чтобы еще раз посмотреть на портрет. В этот раз никакого сходства со Стеном не обнаружилось. И подпись гласила: “Портрет И. К.” Юл зажмурился, вновь распахнул глаза. На миг мелькнуло лицо Стена и пропало, заслоненное другим, отдаленно схожим, но все равно другим. Юл тронул пальцем ожерелье на шее. Вновь появилось лицо брата.

Он так и не понял, что же происходит с картиной, вышел из галереи, запомнил адрес и отправился искать кафе.

Лишь очутившись у дверей Ленкиной квартиры, Стен вспомнил об утренней ссоре. Зачем он сюда пришел? Алексей уже повернулся, желая уйти.

Дверь отворили, не дожидаясь его звонка. На пороге стояла Лена, накрашенная ярко, по-вечернему, с уложенными в замысловатую прическу волосами, в красно-желтом платье с золотой нитью, наверняка купленном на вещевом рынке.

У нее по– прежнему был плохой вкус.

– Ни о чем не спрашивай, – она приложила палец к губам, – и иди за мной. У нас для тебя небольшой сюрприз.

Она хотела взять его за руку, но Алексей брезгливо оттолкнул ее ладонь. Лена отпрянула, будто опасалась, что ее ударят. Потом ненатурально рассмеялась:

– Не бойся, не буду к тебе приставать!

Бежать было поздно, и Алексей прошел в гостиную. Стол бы раздвинут, и на белой скатерти выстроились в ряд хрустальные, грубой огранки бокалы и тарелки с красными кляксами цветочков по краям. В разнокалиберных салатницах горки съедобных смесей. Типичное меню типичной вечеринки: “шуба”, “оливье” и рыбный салат.

– А может, это вовсе не наш Стен, а кто-то другой, очень похожий на него, – сказала Лена, смеясь.

– Нет, это Леха, без всякого сомнения. У кого еще может быть такая паскудная рожа, кроме него, – отвечал мужчина, показавшийся необыкновенно знакомым.

“Кирша? – удивился Алексей. – Ну да, Кирша”.

За столом в гордом одиночестве восседал Санька Кирша, пил мартини и закусывал салатом. Несмотря на то, что он успел отрастить пышную огненно-рыжую шевелюру и холеные усы, Стен его сразу узнал.

×
×